Повелители теней - Майкл Кобли

Мазарет кивнул:

— Капитан Волин и его советники решили, что наши пути расходятся, и переубедить их оказалось невозможно.

— Это все сильно осложняет.

— Но не делает невозможным, — ответил Мазарет. Он положил руку на плечо Джерейна и отвел его к задней стене комнаты. — А теперь расскажите мне об этих шаманах. Это они устроили милейшее представление за воротами?

— Это был Ахаж, он из клана Беграйика, такой же грубый, как и все дикари, но умудрился влюбиться в женщину из города и забрал ее в свой лагерь, в северной части города. Ее брат публично заявил об этом, Ахаж был готов четвертовать его, но женщина умолила его простить ее брата. Ахаж простил. — Джерейн коротко хмыкнул, останавливаясь у возвышения. — Через несколько дней появились шаманы, расспросили его о таком беспримерном проявлении милосердия и решили, что подобная мягкотелость должна быть наказана. Последствия вы видели. — Он посмотрел на своих людей. — Как мы расстроились!..

Остальные негромко засмеялись приглушенным смехом, в котором звучала жажда мести. Мазарет лишь слабо улыбнулся:

— Насколько опасны эти шаманы, Джерейн? У меня к вам важное задание, и я хотел бы знать обо всех возможных препятствиях.

— А в чем суть вашего задания?

— Я хочу, чтобы вы нашли одного человека и захватили его, не причинив при этом вреда, а потом я вывезу его из города и увезу на север.

— И где искать этого человека? — спросил Джерейн.

— Где-то в Уметре есть площадь с двумя фонтанами, так?

— Старая Императорская площадь, — ответил Каммер. — Это за купеческой слободой, рядом с Таснийским каналом.

Мазарет посмотрел в ничего не выражающее лицо человека:

— А что может означать фраза «овечий домик»? Это вам о чем-нибудь говорит?

Каммер, нахмурясь, задумался, потом взглянул на Джерейна:

— Должно быть, Билар, мануфактурщик.

— Интересно, — Джерейн повернулся к Мазарету, — вообще-то этот дом — убежище Детей Охотника.

— Это осложняет дело? — напряженно поинтересовался Мазарет.

Джерейн усмехнулся:

— Нет, нисколько. Так получилось, что наше собственное убежище стоит прямо напротив дома Билара, через канал.

— Невероятно.

— Полагаю, что такие удивительные совпадения — попытки Матери извиниться за имеющиеся в жизни мелкие неприятности. — Все засмеялись, и на этот раз Мазарет присоединился к ним.

Дорога к убежищу шла по темным переулкам, по слабо освещенным задним дворам, по подвалам и узким лазам, заваленным мусором. Мазарет почувствовал запах канала задолго до того, как увидел его и успел взглянуть на чернильно-черные воды, зажатые между плотно стоящими домами, прежде чем Джерейн и остальные провели его по узкой лестнице, каким-то образом прикрепленной к стене мастерской. Дверь наверху вела на чердак, загаженный птицами. Часть крыши прогнила и провалилась внутрь, их шагам аккомпанировал шорох существ, селившихся под обломками крыши. Заговорщики прошли через чердак и вышли в другую дверь на настоящую кошачью тропу. Мазарет старался не думать о возможном скоростном спуске, слушая, как ветхие доски поскрипывают под ногами.

Пройдя по доскам, они оказались на чердаке большого каменного дома. Стены там были обиты деревом, на невероятно толстом ковре стояли стол и шесть стульев. Двое людей Джерейна зажгли от своих фонарей лампы на полу, а Джерейн подошел к единственному окну, закрытому ставнями, и начал вглядываться сквозь щели, держа у глаз какой-то предмет. Мазарет подошел к нему и разглядел в щелочку заднюю стену шестиэтажного дома. Многие окна были закрыты ставнями, лишь из нескольких пробивался свет.

— Это мануфактура, — пояснил Джерейн. Он протянул ему предмет, через который рассматривал дом. — Хочешь попробовать? Видел когда-нибудь такое?

Мазарет нахмурил брови. Предмет представлял собой кожаный цилиндр, в который с двух сторон были вставлены стекла. Взяв его в руки, он понял, что на самом деле он состоит из двух кожаных цилиндров, один был чуть уже и вставлен во второй.

— Приближает предметы, — догадался Мазарет, приставляя цилиндр к правому глазу. — Я слышал о таких вещах, но ни разу не видел.

Джерейн показал ему, как вращать цилиндры, выдвигая или задвигая меньший, и неясная громада здания вдруг предстала пред Мазаретом во всех деталях. Мазарет выругался и опустил прибор, потом засмеялся и снова приставил его к глазу. Здание в ночи представляло собой просто темную массу за исключением тех окон, из которых пробивался свет. Мазарет внимательно рассмотрел каждое, но не увидел цветов на окне, о которых упоминал Бардоу. Он обнаружил только крупную женщину, стирающую на заднем дворе, и девочку-служанку, шьющую у окна в пятом этаже.

Мазарет вздохнул и вернул цилиндр. Джерейн вопросительно посмотрел на него, пожал плечами и сам начал разглядывать здание.

— Так что же мы ищем? — пробормотал он.

Мазарет хотел было рассказать ему о путешествии Бардоу, но подумал, что это может прозвучать слишком неправдоподобно. К тому же он понял, что окно с цветами может оказаться и на фасаде здания, его может закрывать лепнина, или цветов просто не видно в темноте.

— Хм… она прехорошенькая, — произнес Джерейн. Не могу сказать, что мне знакома. Наверное, она… — умолк и присвистнул. — Ну и дела!

Он улыбнулся, выпрямляясь, и передал цилиндр Мазарету, который быстро настроил его и снова посмотрел на окно в пятом этаже. Девушка отложила шитье и разговаривала теперь с человеком, одетым как городской торговец. Это был Волин.

Второе потрясение ожидало Мазарета, когда девушка, расстроенная чем-то, поднялась и отошла от окна, открыв белую вазу с несколькими желтыми цветами. Он опустил цилиндр и отдал его Джерейну.

— Кто там? — спросил один из людей Джерейна.

— Не кто иной, как доблестный капитан Волин, — пояснил тот.

На чердаке удивленно заохали и зашумели.

«Девушка, — горько подумалось Мазарету. — Наследник Дома Тор-Каварилл девушка».

— Это она, мой господин? — Джерейн проницательно посмотрел на него. — Именно ее вы собираетесь похитить и вам ужасно не хочется этого делать, да?

Мазарет пропустил завершение фразы мимо ушей.

— Да, именно ее я должен увезти в Крусивель. — Его слова показались ему самому безумными.

— Когда это нужно сделать?

— Этой ночью. Волин, возможно, собирается забрать ее с собой, значит, мы должны опередить его. — Мазарет выдержал пристальный взгляд Джерейна. — Мы идем прямо сейчас.

ГЛАВА 17

Жажда мести рождает руины,

Сны обращаются в явь

В призрачном свете

Бессонных ночей тирана…

Караван барж медленно двигался по каналу к запертым воротам Уметры, его вели четыре крепких мускулистых человека. Три баржи были нагружены мешками с зерном, овощами и фруктами — последним урожаем с унавоженных полей Северо-Восточной Кейаны. Все три судна были накрыты одним огромным куском парусины, защищающим груз от осадков. В сумраке ночи караван казался огромным змееподобным чудовищем, а лампы на головном горели как жуткие глаза.