Повелители теней - Майкл Кобли

Он покачал головой. Оно и не должно быть похоже на него, решил он. Просто на некоторое время отвлечь внимание.

Тишину нарушил шорох и звук шагов, донесшиеся из темноты, притаившейся за конусом серого света, сочившегося через люк в потолке. Таврик натянул рубаху на доски и на цыпочках отступил назад, туда, где коридор заворачивал и кончался тупиком. Он шлепнул башмаком по грязи, достаточно громко, чтобы его услышали, потом затаился за углом и нащупал на полу небольшой камень, напряженно вглядываясь в темноту. Прошло совсем немного времени, и он заметил, как на черном фоне появилась еще более черная тень, обретавшая контуры по мере приближения. Таврик узнал высокую фигуру и широкие плечи Оружейника, бледный свет придавал его кожаному доспеху металлический блеск, в одной руке Оружейник сжимал учебный меч.

Таврик кинул камень, который упал в другом коридоре с коротким, но достаточно громким стуком. Оружейник развернулся на звук, шагнул к стене и затаился с другой стороны угла, где и ждал Таврик.

Схватив остов с рубахой, мальчик шагнул из-за угла, швырнул Оружейнику свое чучело и упал на колени. Он ощутил порыв холодного ветра над головой и услышал звонкий стук учебного меча, ударяющегося о стену, в тот самый момент, когда в свою очередь делал замах на уровне ног Оружейника.

Его меч нашел свою цель. Оружейник обрушил град проклятий, а Таврик откатился в сторону. Встав на ноги, он увидел Оружейника, растирающего красную полосу на голени. На какой-то миг в его глазах загорелся злобный огонек, потом он потянулся к рубахе на деревянном кресте. Поднял чучело, засмеялся и перебросил его Таврику.

— Приманка, отлично! — сказал он, отряхивая руки о штаны. — Но она редко срабатывает два раза подряд.

Таврик снял с остова свою теперь уже грязную рубаху и надел ее на себя.

— А если это будет приманка получше? Или их будет несколько?

Оружейник кивнул:

— Это то, что ты освоишь, когда начнешь упражняться с войсками. — Он поднял вверх руку, увидев, что Таврик раскрыл рот. — Скоро, обещаю. А теперь нам нужно вернуться и отчистить твою руку и тебя самого к приходу учителей.

Снаружи воздух был холодным и сырым, приближался дождь. Таврик шел за Оружейником по высокой мокрой траве в гору, к Крепости Баринока, пар вырывался изо рта при каждом выдохе. Крепость когда-то была монастырем Ордена Древа-Отца, именно этим объяснялся ее вид. Она была прекрасно укреплена, отвесные каменные стены укрепляли два холма и закрывали проход в долину. За стенами возвышалась длинная постройка, нелепая и неаккуратная. Когда-то она состояла из нескольких различных зданий, но потом что-то заставило обитателей крепости перестроить все.

«Монахи Ордена, наверное, чувствовали реальную угрозу нападения, если не поленились взяться за столь хлопотное дело, — подумал Таврик. — Возможно, это произошло после падения Лиги Яфрена, этот период был полон жестоких войн и восстаний».

Таврик ощутил на лице первые капли дождя, когда они подошли к воротам, низкой и узкой двери, сделанной из цельного куска черного дерева толщиной в руку и закрепленной между железными столбами. Дверь была такой тяжелой, что требовалось три человека, чтобы вращать открывающий ее ворот. Они прошли, раздались грохот цепи и металлическое позвякивание, потом последовал удар, который Таврик ощутил всем телом, — так дверь встала на место. Они поднялись по каменной лестнице в небольшую комнатку. Стоявшие при входе три вооруженных охранника поклонились (только Оружейнику, как заметил Таврик).

— Сир, — обратился один из них, — мне приказано сообщить вам, что господин Кодель вернулся и господин Распорядитель требует вас обоих к себе, вас и подопечного Таврика.

Оружейник нахмурился:

— И нам даже не позволят привести себя в подобающий вид?

Охранник замялся, и Таврик почувствовал смутное беспокойство.

— Сир, приказ был особый: вы должны прийти к нему сразу по возвращении в крепость.

— Прекрасно, мы сделаем так, как приказал Распорядитель. — Он посмотрел на Таврика. — Иди за мной и держись поближе.

Они встретили всего несколько человек по пути в покои Распорядителя, которые находились в верхней части главной башни. В основном это были слуги, но попадались и Дети Охотника, по одному или парами, они приветствовали Оружейника. Но у Таврика сложилось впечатление, что все смотрят на него. Он понимал, что это может быть игрой его воображения, но беспокойство росло по мере продвижения по освещенным каменным коридорам крепости. Его мысли вернулись к брату лорда Командующего. Когда они только приехали сюда, он видел его один раз: ковыляющую фигуру в оковах, которую грубо тащили вниз. В «клетки», как назвал это место один из охранников. С тех пор он не видел его и не слышал о нем ничего.

Когда они наконец подошли к высокой железной двери в конце коридора, Оружейник помедлил, прежде чем постучать. Голос из-за двери пригласил их войти, и Оружейник повернул ручку.

Комната была хорошо обставлена, украшена коврами и гобеленами, здесь были шкафы и полированный овальный столик. Но взгляд Таврика привлекла куча мусора, заметенная к камину, там были остатки стула и чего-то еще, скорее всего небольшой статуэтки. В комнате находились двое: один из них, нервно барабаня пальцами, сидел за столом, глядя в клочок бумаги, лежащий на зеркально гладкой поверхности, второй стоял у окна, облокотясь на подоконник. Это был Кодель. Он произнес, не оборачиваясь:

— Благодарю вас за быстрый приход, Оружейник. — Голос его звучал ровно и спокойно, странно контрастируя с напряженной обстановкой. — Дело обернулось так, что от нас требуется четкое выполнение наших обязанностей и верность. Распорядитель Эскридан, прочтите письмо еще раз.

Распорядитель осторожно взял клочок бумаги и начал читать:

«Эскридан!

Знайте, что наш союз с рыцарями узурпатора распался. Никогда больше наши пути не пересекутся с путями этих гнусных заговорщиков. Я жду, что вы отдадите приказ прервать всяческое сотрудничество и отзовете всех наших воинов. Сделайте все, что только в ваших силах, чтобы ускорить процесс. Подопечный Таврик должен быть немедленно препровожден в Уметру в сопровождении Коделя и дюжины всадников. Я буду там ждать их прибытия.

Приказы отданы мной лично шестнадцатого числа месяца Полной Луны, в год Империи 1109.

Капитан Волин».

Распорядитель уронил бумагу на стол. В повисшей в комнате тишине опасения Таврика переросли в страх. Они отсылают его в Уметру, а не обратно в Крусивель. В этой записке чувствовалась угроза. «Я буду там ждать их прибытия». Волин, насколько он помнил, относился к нему с подозрением, если не сказать с неприязнью. Что же он намеревается сделать с ним? Во рту у Таврика пересохло, его новая рука резко потяжелела, ноги дрожали, но он заставил себя выпрямиться и ничем не выдавать своей тревоги.