В боях за Ельню. Первые шаги к победе - Михаил Лубягов

Комфронтом приказал майору Утвенко одним стрелковым батальоном надежно прикрыть стык с левым флангом 103-й дивизии в районе хуторов Топорова и Кузнецова, порекомендовал перенести штаб дивизии ближе к линии фронта. Все его приказания были выполнены без промедлений. В частности, штаб дивизии в этот же день покинул Покровские хутора и обосновался в роще в одном километре северо-восточнее деревни Холмец.

В приказе о 19-й дивизии, как и о 120-й и 105-й, сказано сравнительно мягко: в течение дня они вели бои на рубежах, занятых 9.8.41 г., существенного продвижения вперед не имели. Но тут же вставлена ставшая притчей во языцех фраза: «Бывшее командование 19-й сд генерал-майор Котельников и бригадный комиссар Дружинин за бездеятельность сняты с должностей и преданы суду».

В 106-й дивизии были замечены недостатки, аналогичные тем, что и в 103-й. Она, несмотря на полученное в последние дни свежее пополнение, говорится в приказе, в течение нескольких дней ведет бои на одном и том же рубеже, не имея существенного продвижения вперед. Командование систематически не выполняет боевых приказов на наступление, не приняло решительных мер к арестам и расстрелу командиров подразделений, не выполняющих приказ о решительном наступлении, отбалтываясь отсутствием виновных и жалуясь на трудности боя.

Гроза обошла стороной командования 102-й танковой и 107-й стрелковой дивизий. Они продолжали наступать и имели некоторый успех.

102-я отразила контратаку до двух рот противника с пятью танками в направлении на Лейкино, рассеяв и уничтожив отдельные группы немецких вояк. В этом бою особенно успешно атаковал противника батальон капитана Самсонова из 102-го мотострелкового полка. Его бойцы, по оценке начальства, проявляли исключительный героизм. Увлекшись наступлением, они совсем забывали о коварстве врага, о чем говорит следующий случай. Когда старший сержант Волков со своим отделением вскочил во вражеские окопы, немецкие солдаты подняли руки вверх и закричали:

— Рус, сдаемся в плен.

Поверив им, Волков с отделением двинулся вперед, и тут враги, просившие пощады, стали стрелять в спину нашим бойцам. Схватка ожесточилась. Волков со своим и подоспевшим на помощь еще одним отделением рассчитался с обманщиками.

В результате 13-часового боя батальон Самсонова сохранил за собой деревню Лейкино и даже несколько расширил свой плацдарм, захватил пленных и трофеи.

Решительно действовал в этом бою старший лейтенант Мелкунянц. Он прибыл на передовые позиции с группой красноармейцев, доставивших горячую пищу атакующим. Когда бойцы, воспользовавшись некоторым затишьем, обедали, он заметил на левом фланге группу немецких солдат, намеревавшихся окружить наших. Мелкунянц с пришедшими с ним красноармейцами двинулся навстречу противнику. Он трижды поднимал свою группу в атаку. Храбро сражались повар Войтов, санитар Зубков. Немцы отошли, оставив несколько убитых.

107-я стрелковая дивизия закрепилась на берегу реки Ужа и северо-восточнее Митина, подошла к населенному пункту Кусаловка.

С 8 по 10 августа частями 107-й дивизии уничтожены два полка 15-й пехотной дивизии противника и до батальона 40-го пехотного полка, 11 самолетов, до трех дивизионов артиллерии и одна минометная батарея, 11 танков, три бронемашины, три легковые автомашины, захвачено 12 орудий калибра 75 миллиметров, 23 миномета, 12 мотоциклов, 34 автомата, много винтовок и другого имущества.

Приказ Ракутина по итогам дня по стилю напоминает записку Жукова, так как готовился с его участием, хотя подписали документ командарм и двое Ивановых — член Военного совета армии и начальник штаба опергруппы.

Согласно новому приказу части в течение дня 11 августа должны были продолжить выполнение задачи, поставленной в приказе № 012 от 7 августа. Начало атаки командарм назначил на восемь часов утра.

Противник ждал новых ударов и не ослаблял свою группировку. Как свидетельствует Гудериан, в районе ельнинской дуги 10 августа находились 268-я, 292-я и 15-я пехотные дивизии. 10-я танковая — западнее Ельни, 17-я танковая — северо-западнее Ельни, дивизия СС «Рейх» — тоже северо-западнее Ельни. Здесь же находился на отдыхе и доукомплектовался полк «Великая Германия». Восточнее деревни Прудки, в Починковском районе, дислоцировалась 18-я танковая дивизия, которую Гудериан включал в ельнинскую группировку. Но и ему было нелегко. В штаб группы армий «Центр» он доносил 10 августа, что 46-й моторизованный корпус упорно обороняется южнее Ельни, так как советские войска глубоко вклинились в районе Лейкина.

Гудериан все еще продолжал лелеять свой план удара на Москву из района Рославля, но в качестве запасного плацдарма укреплял ельнинский выступ.

Жуков, предчувствуя осложнение обстановки в районе у Рославля, беспокоился и об оперативной группе Ракутина. Он подчинил ему 309-ю стрелковую дивизию полковника Ильянцева, которая 10 августа закончила выгрузку из железнодорожных составов и сосредоточила свои полки и штаб в лесах у деревень Михали, Волоста, Ветки Вяземского района.

ДЕНЬ ДВАДЦАТЬ ПЯТЫЙ.

Понедельник, 11 августа

Надо отдать должное пунктуальности генерал-майора Ракутина. Несмотря на огромную напряженность боевого дня, несмотря на то, что этот день затянулся далеко за полночь, он издал необходимые приказы о перемещении подполковника Соловьева и полковника Груздева. При этом В.П. Соловьев не был смещен в комбаты, а назначен командиром мотострелкового полка в 102-ю танковую дивизию. Груздев временно назначен командиром 85-го стрелкового полка, майору Карташеву Ивану Ивановичу доверили батальон в этом же полку.

На должность командира 103-й мотострелковой дивизии Жуков выдвинул генерал-майора Биричева Ивана Ивановича. Перед войной он служил в должности старшего помощника инспектора пехоты Московского военного округа. На войну убыл начальником штаба 61-го Тульского стрелкового корпуса, после упразднения корпусной системы находился в распоряжении штаба Резервного фронта, и вот в нужный момент Жуков вспомнил сорокашестилетнего генерала, получившего это звание в мае 1940 года и имевшего солидный опыт работы в войсках, выходца из бедной крестьянской семьи Приводинской волости бывшей Вологодской губернии, затем Архангельской области.

При вступлении Биричева в новую должность, т.е. 11 августа, дивизия занимала оборону по фронту от Быкова (исключительно) до Лаврова протяженностью около восьми километров. Передний край в районе Ушакова охватывал деревню с трех сторон, выступом на север. Само Ушаково, занятое гитлеровцами, господствовало над окружающей местностью и поэтому являлось их важным опорным пунктом. Как правый, так и левый фланги дивизии не были тактически выгодными. Севернее Семешина и Лаврова ее передовая линия проходила по большой низине, а немцы находились на гребне над этой низиной. Противник располагал на всем участке фронта хорошими возможностями для наблюдения и прицельного обстрела, подступы к его позициям были затруднены.

Дивизия состояла из двух мотополков. Танковый полк был расформирован, оставшиеся от него два неисправных танка были вкопаны в землю и служили бронеточками. 271-й гаубичный артиллерийский полк дивизии славился своими боевыми качествами. Зенитный дивизион имел четыре счетверенных пулеметных установки на машинах. Дивизион противотанковых орудий, разведывательный и саперный батальоны находились на позициях в качестве стрелковых подразделений, за исключением одной саперной роты, создававшей минные поля. В мотополках насчитывалось по 500—600 человек.

Этими силами, включавшими свежее пополнение, полученное в последние дни, генерал-майор Биричев продолжил выполнение задачи: нанести удар с рубежа Ушаково — Лаврово в направлении Петрянино, Софиевка и далее на Ельню. Он понимал, что суровая ответственность, обещанная другим комдивам, в случае невыполнения приказа не обойдет и его, новичка.

Жуков же надеялся, что сегодня дела пойдут лучше, что этому должно послужить более четкое взаимодействие всех родов войск. А к операции кроме артиллерии привлекалась авиация. Ее командирам он предложил обратить особое внимание на непрерывное прикрытие от воздушных атак 102-й, 107-й, 100-й и 103-й дивизий и на уничтожение скопления живой силы, танков и артиллерии противника. Казалось, что для разгрома врага у опергруппы достаточно сил. Но не тут-то было…

На командный пункт Ракутина, откуда Жуков стал управлять войсками, из штабов дивизий поступала неутешительная информация. Лишь из 107-й сообщили, что в ночь с 10 на 11 августа 586-й стрелковый полк Некрасова решительным ударом выбил противника из деревни Малое и занял ее. Командир полка и военный комиссар старший политрук Алтухов лично вели бойцов и командиров в атаку на врага и нанесли ему сокрушительный удар. На других же участках после мощных ударов артиллерии, в том числе батарей PC, после налетов нашей авиации на позиции противника наша пехота, пытавшаяся атаковать, оказалась под сильным ответным огнем, не позволявшим продвигаться вперед.