Фантастика 2025-69 - Вадим Бурденя

носу с ними, узнав, что залезли на территорию Руки, и понимая последствия, решили быстро свалить, заодно убрав свидетелей. Вот и получил Слав в живот две пули, но успел ударить в ответ, чем спас остальных ребят. Из пришлых живым не ушел никто, а Слава привезли к местному целителю банды, где тот и выхаживал его три дня.

Родителям он особо не собирался ничего объяснять, ведь и до этого часто пропадал из дома на несколько дней. А вот для школы нужна была справка. И хотя со справкой проблем тоже не было — хватало у банды своих докторов и врачей в разных поликлиниках и больницах, только терзали его смутные предчувствия — даже настоящая справка не прокатит. И окажется он в кабинете у Ужаса, а организм-то ещё далеко не восстановился. Подлатать то его подлатали, но живот всё так же сильно болел, постоянно накатывала слабость, кружилась голова, питаться можно было только одними бульонами. Пропустить ещё одну-две недели, восстановиться? Точно минутным разговором не отделаешься, а ведь было уже явно подмечено — чем дольше ты оставался рядом с айколдуном, тем хуже тебе становилось. Вертя в руках полученную справку, на которой причиной выдачи была указана ОРВИ, Слав вспомнил слова завхоза о возможной помощи с заучем при косяках. Вот и было принято решение, не отдавать справку классухе, а подойти сначала к Джерри Дмитриевичу, главное, придумать историю поубедительней.

— Доброе утро, Джерри Дмитриевич, разрешите?

— Да, конечно, Вячеслав, заходи, приветствую, какими судьбами?

— Вы говорили, что можете помочь со Стигом Семёновичем. Понимаете, у меня заболела бабушка… — тут Слав отчетливо увидел в глазах и на лице Томова промелькнувшее разочарование, какое-то сожаление, намёк на кривую усмешку.

Во время субботников он активно общался с завхозом, как один из лидеров школы был кем-то вроде бригадира, назначался одним из его помощников, в общем, отлично себя зарекомендовал, выстроил даже неплохие отношения: например, завхоз при встрече с ним в коридоре мог остановиться, перекинуться несколькими словами, пошутить, теперь же Слав почувствовал, как всё это рушится, поэтому была забыта история про бабушку, которая тяжело заболела и он ей помогал, присматривал и из-за этого и ему выписали справку, а он как-то на автомате, не осознавая, скомканно продолжил:

— …И меня подстрелили, еле на ногах стою, не потяну встречу с Уж… Стигом Семёновичем.

Взгляд завхоза безошибочно уставился на живот:

— Садись! — сказал Джерри, при этом отправляя мыслеобраз Селене с просьбой глянуть Славу Чернова, не помрёт ли тут часом. — Подумаем, что можно сделать…

Не прошло и минуты, кабинет директора так же располагался совсем не далеко от кабинетов зауча и завхоза, как дверь открылась и в комнату влетела Селена Александровна:

— Добрый день. Джерри Дмитриевич… Чернов? Тааак…Что произошло и что за коновал вас лечил, которого и к тараканам подпускать нельзя?!? — тут же посыпались вопросы директора, которая заодно приступила к лечению школьника.

— Ничего, поранился… — одновременно удивился и насторожился Слав, а потом ему стало хорошо, прошла боль, головокружение, появились силы, только вот побежали мурашки по телу, будто от холода, и его начал сковывать страх.

В помещение зашёл Ужас.

— Вот, посмотрите, Стиг Семёнович, поранился он, пулями, с проникающими ранениями брюшной полости! — тут же сдала ученика директриса.

— Блядь, это пиздец какой-то, полное фиаско, что им тут всем понадобилось, радует, что хотя бы подлечили. — начал ругаться про себя Слав.

— Это же не в школе произошло? — холодно поинтересовался зауч.

— Нет, нет! — быстро закрутил головой Слав.

Так же было давно подмечено, что если рядом находилась ведьма, то и аура колдуна не так сильно давила.

— Справка есть?

— Да-да!

— ОРВИ. Освобождение от физкультуры нужно?

— Нет-нет!

— Не самый лучший жизненный путь вы выбрали, молодой человек, такие пути обычно бывают очень короткими, вы осознаёте это?

— Осознаю, — наклонил голову Слав, — но и сойти с этого пути уже нельзя, нуу можно, только дорога может стать ещё короче.

— Что же, ваша жизнь, вам её жить, главное, чтобы отрицательные стороны вашей жизни оказывали как можно меньше негативного влияния на окружающих вас людей, особенно здесь, в школе. Я достаточно ясно выразился? — равнодушно спросил зауч.

— Очень ясно. Всё понял.

— Вы молодец, что всё осознаете и понимаете. Тогда больше вас не задерживаем, скоро начнётся урок.

Слав пулей вылетел за дверь. А жизнь-то заиграла яркими красками!

— Что, товарищи ведьмы и колдуны, приступим к нашим должностным обязанностям и мы? — заулыбался Джерри.

В классе на Слава смотрели сочувственно, сначала, потом настороженно, не понимая его отличного настроения и фонтана энергии. Кот поостерегся задавать вопросы представителю не то, чтобы враждебной, но точно не дружественной группировки, зато не постеснялась Скворцова, Катя вообще редко чего стеснялась:

— А что это ты такой довольный, в мазохисты записался, радуешься встрече с заучем? Или ты, типа, три дня действительно при смерти был, и врач-реаниматолог лично принёс справку Ужасу?

— Да это пиздец, не поверите! — Славу очень хотелось поделиться своей удачей. — Хотел к Томову за подстраховкой обратиться, а там напоролся и на директрису, и на Ужаса! Так мало того, что подлечили, так ещё зауч похвалил, наверное, у него хер разберёшь, ругает он или хвалит.

Одноклассники кинулись к Славу за подробностями, большинство, а Катерина очень сильно задумалась. У неё так же назревали проблемы, может быть, тоже обратиться к Томову, хотя чем он поможет? Да хотя бы выговориться, потом ещё останется Слав, но это крайний вариант, который вряд ли что-либо решит.

Ближе к вечеру в дверь кабинета Джерри опять постучались, только на этот раз Скворцова. Вообще, девушки, Скворцова и Снегирёва, его очень радовали. С большим энтузиазмом Катя и Наташа принялись исполнять заключенное с Томовым соглашение, можно даже сказать слишком большим энтузиазмом, так что Джерри пришлось немного утихомирить их пыл. Но результаты были — одно только примирение двух заклятых красавиц школы резко сократило и другие конфликты, конфликты между их группами поддержки. Причём это было настоящее, искреннее примирение, сомневающихся, пытающихся снова раздуть огонь соперничества и войны, девочки давили с двух сторон: никакая сволочь не могла стать препятствием на пути к их машинам. Причём изменилось и отношение к самому Джерри, он перестал быть объектом флирта, стрельбы глазками, намёков, а стал уважаемым и любимым шефом.

— Катерина, заходи, чай может сделать? Кофе не предлагаю, поздно уже для кофе, вредно для молодого растущего организма.

— Ай, Джерри Дмитриевич, у меня уже всё выросло, больше ничего не растет, и слава богу!

— А как же мозг, Катя, он ещё должен сформироваться, или… — попробовал подколоть Скворцову Джерри, но заметил, что