Красный Нарцисс - Елена Анатольевна Леонова

как тяжесть ответственности ложится на его плечи. Он осознавал, что полковник прав. Этот убийца — бомба замедленного действия, и её нужно обезвредить, прежде чем она вновь взорвётся.

Метель бросила в лицо следователя сотню колючих снежинок, когда он вышел из здания управления полиции.

Встреча с Тимофеевым не принесла ничего, кроме ощущения бессилия. Впервые за годы службы дело осталось нераскрытым. Ни твёрдых зацепок, ни явного мотива, ни даже имени преступника. И Белов… Смерть журналиста особенно давила. Она, можно сказать, была на совести майора. Он проигнорировал его, не выслушал, не придал значения словам. И вот результат. Смерть еще одного невинного человека, а маньяк ускользнул. И всё это после дела «Ордена Янтарной Бездны»! То расследование оказалось непростым и тянулось годами. Но там хотя бы была понятная структура, цели и противостоял Саблину не один человек, а преступная сеть! А здесь — лишь тень догадок, ускользающих сквозь пальцы. Кто этот гений зла? Что им движет? И почему он выбрал именно его, следователя? Хотел доказать его несостоятельность? Продемонстрировать, что все — лишь пешки в чужой игре?

Спустившись в метро, Саблин поехал домой.

Зимняя стихия встретила его на выходе из метрополитена с ещё бо́льшим напором, засыпая снегом улицы и тротуары. Приближаясь к дому, майор достал сигарету. Завтра придётся начинать заново: просматривать материалы, протоколы опроса свидетелей, улики и поговорить с Филиппом. Где-то должна быть подсказка!

Не доходя до подъезда, Саблин закурил, выпуская в морозный воздух густой дым.

Его взгляд блуждал по светящимся окнам домов, белому покрову во дворе, тусклым заснеженным фонарям, но внезапно следователь остановился.

Сквозь беспорядочно падающий снег он увидел яркое пятно на скамейке у своего подъезда. Красный конверт.

Саблин сорвался с места и подбежал к лавочке, выбрасывая на ходу сигарету.

Неужели снова?!

Резким движением он схватил конверт и разорвал его.

«Вы почти нашли меня,

И в игре теперь ничья.

Но я рядом, не скрываюсь.

Лишь на время попрощаюсь…»

Снег попадал под воротник пальто, прилипал к волосам, таял на ресницах, но Саблин, казалось, не чувствовал ничего. Он стоял, держа в руках листок бумаги, последнее послание от Нарцисса.

Прощание? Неужели всё кончено? Неужели больше не будет жертв? Или это очередная уловка?

На мгновение в душе следователя вспыхнуло облегчение, но тут же его сменил вопрос. Как убийца узнал, что Саблин идёт домой?

Майор резко оторвал взгляд от послания и осмотрелся. Преступник ещё не ушёл, он наблюдает. Где-то рядом. Но где? В каком из заснеженных дворов или тёмных окон прячется этот монстр?

Метель продолжала бушевать, превращая всё вокруг в размытое, призрачное полотно. Снег кружил, и только оглушительная тишина была ответом на вопросы следователя.

Саблин сжал скулы. Игра продолжается. И теперь это уже не просто работа, а личный вызов. И он принимает его.

Глава 75. Москва. Понедельник. 21.15

Сквозь пелену падающего снега, из ледяной тени улицы, он наблюдал.

Саблин склонился над скамейкой, его фигура казалась особенно одинокой в этом белом безмолвии. В руках он держал красный конверт, финальный акт в их захватывающей игре. Алая бумага, как кровь на руках Саблина, которую он не смог остановить.

Мужчина почувствовал невероятную радость, видя, как дрогнули плечи следователя, как в глазах мелькнуло отчаяние.

Убийца знал, что полиция близко. Вышла на него. Видел, как они заходили в травмпункт, а потом ездили в дачный посёлок. Ищейки шли по его следу, но так и не поймали! Он оказался хитрее, умнее того, для кого разыгрывал эти удивительной красоты сцены. Саблина!

Пусть теперь следователь пребывает в страхе, оглядываясь, подозревая всех и каждого, опасаясь, что он где-то рядом. Его жизнь превратится в кошмар, в сущий ад, но именно в этом и смысл. Однако, очевидно, Саблин будет и дальше метаться, расследовать, искать ответы, копаться в деталях, но всё будет тщетно. Он будет на шаг впереди, всегда!

Уголки губ мужчины дрогнули в усмешке. Он был гением, кукловодом, дёргающим за ниточки чужих судеб. Вспомнил, как легко ему удалось проникнуть в их мир. Как, прикинувшись обычным человеком, соседом, смог завоевать доверие друга следователя, Филиппа Смирнова. Как, сидя за одним столом с Саблиным на даче, пил вино, слушал его рассуждения и понимал: эти люди — всего лишь пешки в его игре. До чего же наивны! Они не догадываются, что зло не обязательно должно быть тупым, оно умно, расчётливо и изобретательно. Полиция думала, ловит его, но на самом деле была лишь частью его плана.

Поначалу, конечно, мужчина пребывал в растерянности, не знал, какой сюжет использовать в постановке для столь искушённых зрителей. Но Смирнов неожиданно подкинул ему идею. В тот вечер, когда он пробрался в его дом, на столе лежала раскрытая книга — «Исход». И тогда всё сложилось в единую, блистательную картину! Они сами подкинули ему сюжет, сами заказали представление. А дальше дело было лишь за малым — показать, на что он способен!

Действующих лиц — участников своего представления — он выбрал легко, нашёл их среди посетителей травмпункта, когда ещё там работал. Идеальное место для поиска. Люди ослабленные, уязвимые, ищущие помощи. Они сами пришли к нему, словно на сцену. А он наблюдал за ними, изучал их, как актёр свою звёздную роль. Каждый из них был уникален, каждый нёс в себе историю — трагичную, но нелепую, раздражающую банальностью, глупостью, нежеланием найти силы и изменить её. Эти истории прекрасно подходили и должны были быть рассказаны. Да, он готовился заранее, выбирая жертв, подыскивал актёров. Это было несложно, даже увлекательно.

Первым был бездомный, Калинин, или, как его звали в районе, — Виталич. Он пришёл в травмпункт с переломом стопы, но его дух был сломлен раньше. Убийца сделал его персонажем истории о несбывшихся мечтах. Его разочарование, отчаяние, потеря целей в жизни — всё это он вплёл в канву представления. Бомж стал символом упущенных возможностей, трагической фигурой бездействия. Виталича пришлось использовать для доставки первого конверта. Потрясающе придумано! Жертва сама приносит в полицию уведомление о своей смерти! Заставить его это сделать оказалось несложно, за пару сигарет.

Вторым стал Краснов, дворник. Он появился с разрывом в колене, но его глаза были полны скрытой ярости. Из него получился персонаж истории о подавленном гневе. Его невысказанные обиды, агрессия — всё это чудесно вплелось в сюжет. Краснов был символом опасности, человека, чья жизнь была разрушена изнутри.

Третья, Чеботарёва, пришла с переломом запястья. Он сделал её героиней драмы о саморазрушении. Девушка принимала наркотики и не хотела