Красный Нарцисс - Елена Анатольевна Леонова

Эти бумаги, словно осколки стекла, отражали события сегодняшнего дня, который должен был стать триумфом, а обернулся разочарованием.

Следователь вычислил его, серийного убийцу. Знал теперь, кто это. Но знание оказалось бесполезным. Зверь, почуяв опасность, затаился. Скорее всего, сбежал, понял, что его выследили, и растворился в зимней мгле, как кошмарный сон.

Саблин вздохнул, проведя рукой по усталому лицу. Сделал затяжку сигаретой. Получится ли его задержать? Вопрос повис в воздухе, тяжёлый и гнетущий. Шансы таяли с каждой минутой, с каждым новым сугробом, наметаемым за окном. Маньяк, будто тень, ускользнул. И следователь, сидя в своём кабинете, чувствовал себя бессильным перед лицом этой ледяной, зимней тьмы.

Дверь открылась, и зашли Максимова с Синицыным.

— Мы пробили по базам имя травматолога Ершова, — сообщила Дина. — Оно вымышленное. Такого человека нет.

— Как же он устроился на работу? — тихо спросил Саблин.

— Непонятно. Дачный участок, где жил сосед Смирнова, принадлежит Петру Яковлевичу Костину, но тот скончался пару лет назад. Родственники отсутствуют, поэтому дом стоял пустой.

— Ясно, — следователь кивнул. Имя Нарцисса он так и не знает. Подозревал, что фамилия Ершов — это липа. С дачей была надежда, но и тут — провал. И теперь у майора нет ничего, чтобы могло вывести на след преступника. Только лицо. Он видел соседа Филиппа, запомнил. К тому же есть фото из травмпункта, даже ориентировки по внешности уже разослали, но на поимку надежды мало. Нарцисс так мастерски маскируется, что спокойно разгуливает по городу уже несколько недель, не привлекая внимания.

— Шульц сказал, отпечатки пальцев в дачном доме совпали с теми, которые были найдены на местах преступления. Это точно сосед Смирнова, — подключился к разговору Синицын.

— Ага, — майор продолжал бесцельно разглядывать свой рабочий стол.

— Есть ещё новости по убийству журналиста Белова, — сдержанным тоном произнесла Максимова.

Саблин медленно перевёл на неё взгляд.

— Он был первым ребёнком в семье. У него есть младший брат.

— Думаешь, журналист — последняя жертва Нарцисса? Первенец?

— Ну да. Очень на это похоже, — кивнула Дина. — Время смерти, как утверждает Шульц, десять часов вечера.

— Та самая десятка из последнего послания, — напомнил Саша.

— Мы вроде бы решили, что цифра относится к египетским казням.

— Да, но, возможно, Нарцисс просто не стал рушить символику.

— Вы сомневаетесь? — спросила Дина. — Что Белов — последняя жертва?

Майор затушил сигарету.

— Я считаю, его убийство — случайность. Незапланированно. Белов узнал, кто преступник, и тот его устранил.

— С первенцем и десяткой просто совпадение?

Саблин вздохнул.

— Догадавшись про то, что журналист представляет опасность, Нарцисс мог поменять план и убить Белова вместо кого-то другого, но решил продолжить следовать схеме. Однако картина преступления не вяжется с предыдущими. Нет цифр, убит Белов не в нашем районе.

— Подобному есть объяснение, — возразила Максимова. — Записки нет, так как преступник закончил свой спектакль. А другой район, потому что это последнее убийство. Но оно рядом с вашим домом. Его цель ведь вы!

Саблин пожал плечами.

— Возможно, и так.

— Ну, одно нам известно, — сказал Саша, — Нарцисс выбирал своих жертв из тех, кто приходил к нему в травмпункт. Там он узнавал адреса и фамилии, понял, что они все живут в районе нашего участка.

— Да. Это теперь очевидно.

— Какой дальше план, товарищ майор? — поинтересовалась Дина. Она видела, что начальник в подавленном состоянии, но дело не раскрыто. Нужно продолжать.

— Идите домой, — дал неожиданный ответ Саблин.

Максимова и Синицын переглянулись.

— Мне надо подумать, — добавил следователь, заметив удивление на лицах лейтенантов.

Помедлив пару секунд, ребята вышли из кабинета.

Оставшись в одиночестве, Саблин вновь закурил.

Дело зашло в тупик. Глухой и тёмный. Преступник словно растворился в воздухе, оставив после себя лишь клубок неразрешимых вопросов. Закончил ли он свою игру? Или просто затаился, выжидая удобный момент для нового удара?

Зацепок нет. Куда двигаться дальше, где искать неуловимого Нарцисса — оставалось загадкой. Но самое мучительное — это мотив. Что им двигало? Зачем он присылал красные конверты, адресованные лично следователю? И почему все инциденты так тщательно выстроены вокруг десяти египетских казней? Откуда эта странная, пугающая аллегория?

В голове всплыли мысли о Смирнове и древних свитках. Связь с преступлениями была пугающе очевидной, но в чём она? Нарцисс бывал на даче писателя и видел перевод текста свитков? Это и натолкнуло его на идею о казнях? Нет. Не сходится. Первый конверт он подбросил раньше, чем Филипп узнал, что в рукописях рассказывается о Моисее.

Майор вздохнул.

Вопросов становилось всё больше, они множились, как тени в полумраке кабинета. А ответов, как назло, не было ни одного. Следователь чувствовал себя частью безумной игры, придуманной преступником, как тот и хотел. И самое страшное — он так и не понимал правил.

Неожиданно раздался стук в дверь.

— Войдите!

Заглянула Виктория.

— Товарищ майор, можно?

— Да-да, заходите, — отбросив мрачные мысли, Саблин встал, туша недокуренную сигарету.

— Слышала, что вы вышли на маньяка? — Колесникова прошла в кабинет. От неё шёл аромат мяты и цитруса, смешавшийся с морозной свежестью. Женщина была в светлом пуховике и белой шапке, на которой поблёскивали мокрые снежинки.

— Ну… не совсем. Самого убийцу мы не поймали.

— Ещё не всё потеряно, — улыбнулась Виктория.

— Тяжёлый случай. У нас нет новых зацепок. Мы упустили Нарцисса.

— У него была цель, помните? Если он её достиг, возможно, все убийства прекратятся.

— Меня это не устраивает. Преступника необходимо поймать.

Колесникова поджала розовые губы.

— Не хотите выпить? — быстро спросила она.

Саблин ответил женщине удивлённым взглядом.

— Сейчас?

— Да.

— Мы с вами?

Виктория кивнула.

— Вам нужно расслабиться. Посидим где-нибудь. Обсудим дело ещё раз.

Следователь молчал. Мысли об алкоголе вызывали отвращение. Но предложение было заманчивым. Провести время вместе с Викторией казалось невероятно приятной идеей. Колесникова нравилась майору. С ней легко, интересно, а главное, она привлекала Саблина, как женщина. Он не думал об отношениях с ней, так как полагал, что судебный психолог замужем или встречается с кем-то. Сложно представить, будто у неё никого нет, да и предложение выпить, возможно, просто дружеский жест.

— Я… — начал майор, но телефонный звонок прервал его. Он достал мобильный из кармана брюк.

— Саблин, — послышался голос Тимофеева.

— Да, товарищ полковник. Добрый вечер.

— Жду тебя у себя. Приезжай.

— Понял.

Следователь убрал телефон.

— Похоже, вынужден отказаться, — обратился он к Виктории.

— Да. Вам надо ехать. Ну… тогда в другой раз? — Колесникова улыбнулась.

— Обязательно.

Глава 73. Саудовская Аравия. Эр-Рияд. Понедельник. 19.20

Филипп лежал на кровати в номере отеля, чувствуя, как обезболивающее медленно, но верно унимает боль. Перебинтованная кисть ныла, плечо пульсировало, а пластырь на