Охота на Зверя - Ульяна Соболева

дух. Вот почему картинка обрывается именно в этот момент. А гребаный ублюдок остался жив. Точнее, он сдох и… воскрес. Особенность Нейтралов – воскрешение. Их дар за отречение от многих мирских слабостей. Дар, который делает их практически неубиваемыми. Если не знать, как именно убить Нейтрала. Дар, который с каждым воскрешением утраивает силу и дает невероятные возможности и способности. Дар, которым сам Курд воспользовался в свое время, едва лишь узнав о нем. Воспользовался, нарушив самый главный из законов Нейтралов. Никто не имел права на воскрешение без разрешения Высших. И за все существование Нейтралитета не было ни одного случая Воскрешения.

Но Курд хотел большей власти, чем была у его предшественника. Он хотел быть сильнее любого из своих подчиненных. Он записал для себя несколько столетий своей жизни, подробно законспектировал и вложил в файл. Даже лишившись памяти, он не упустил ничего из прошлого, и никто не узнал, что именно он провернул, а его собственное могущество возросло в десятки раз.

О Воскрешении обычным Нейтралам ничего неизвестно. Во-первых, потому что убить их невозможно, а во-вторых, если их и убивают, то это делает лишь инквизиция и Палач. Делает так, чтобы преступник не «вернулся». Но если все же и случилось бы воскрешение, то воскресший практически ничего не вспомнил бы из своей прошлой жизни. Стираются десятилетия, а иногда и целые века, и восстановить их невозможно…Курду это в свое время не удалось, как он ни старался…но зато его должность давала ему ключи от всех тайн сущности Нейтралов.

Думитру не поверил информации. У него возникло едкое желание увидеть Морта своими глазами. О да, это была личная и странная слабость Курда – ненависть к этому типу. Ненависть с примесью какого-то восхищения. Хотя бы потому что противник попался достойный и обыграл Главу несколько раз. С таким интересно играть. Такого намного интереснее побеждать и убивать.

Курд телепортировался в мир смертных и с отвращением осматривался по сторонам. Давно он здесь не бывал. Ничего не изменилось. Низшие живут по своим идиотским законам в грязи и убожестве. Погрязли в грехах и разврате. Бессмертные раздражали еще больше тем, что слишком хорошо устроились. Зажрались, так сказать.

Ничего, скоро здесь потекут реки крови. Курд устроит им месиво, которое они не забудут еще очень и очень долго. Думитру прошел на закрытый ипподром мимо охраны, которая его даже не заметила, потому что он полностью очистил их мозг на несколько минут и заставил проводить себя в ВИП зону, откуда мог рассматривать высокородных гостей скачек так, чтобы самому оставаться в тени, наслаждаясь ледяной кровью ликанов и глядя не вниз, на наездников, а на лоджию напротив, где восседала королевская семья.

Когда заметил Морта, внутри что-то дернулось и по венам потекло марево яда. Курд подавил едкое желание уничтожить противника прямо сейчас. Первый порыв, от которого свело скулы и пальцы. Он заставил себя откинуться в кресло и закурить сигару, рассматривая бывшего Вершителя. А точнее, тщательно сканируя его поведение. Через пару минут Курд уже взял себя в руки. Он наблюдал, получая подтверждение тому, что Морт действительно воскрес и ни черта не помнит. Простейшая проверка. Глава заказал для Князя бутылку дорогого виски и подписался именем одного из первых жертв Вершителя – довольно известного политика-вампира, казненного Мортом за неконтролируемое обращение молоденьких несовершеннолетних проституток, которых приходилось уничтожать, подчищая за идиотом-извращенцем. Такую казнь трудно забыть – слишком известной была жертва… и никто и никогда не забывает своего первого «подопечного».

Курд отправил курьера к Морту с запиской и пожеланиями выиграть в ставках, а когда получил ответ, усмехнулся и прищелкнул языком. Ему ответили довольно пространно и пожелали того же самого. Курд еще какое-то время не мог понять, почему испаряется его ярость, и внутри возникает сладостное чувство предвкушения. Чем больше наблюдает за ублюдком, тем сильнее печет в груди адреналин. Определенно, этот подонок Морт заставлял Курда испытывать эмоции впервые за тысячу лет. Курд видел то, чего не замечали другие, и то, что так тщательно скрывало семейство Мокану-Вороновых – Князь на самом деле многого не помнит. Они все даже понятия не имеют, какая опасная тварь находится рядом с ними.

Думитру достаточно изучил одного из своих самых сильных Нейтралов, чтобы заметить изменения в поведении. Это был его лучший воин и это был его самый умный враг. Безэмоциональная, жестокая до безобразия машина смерти. Извращенец, психопат и садист. Морт был в чем-то похож на самого Курда. Оба они получали удовольствие от чужих страданий и смерти. Жрали боль и эмоции. Поглощали страх и крики агонии. Пытки Морта не выдерживал никто. Это были самые любимые записи из всех, что проходили в инквизиторских казематах. Вершитель придумывал свои экзекуции, как фанатичный режиссер-сценарист продумывает каждую сцену своего любимого детища. Это были великие постановки с самыми разными психологическими и физическими издевательствами, на которые только способен мозг серийного маньяка. На лице Вершителя Курд видел адское наслаждение болью жертвы, такое же, как и испытывал сам, когда занимал ту же самую должность. Позже Морт научился это скрывать, как и сам Курд…Но Глава уже почуял себе подобного. Это восхищало и пугало одновременно. Думитру были не нужны преемники, но он бы не отказался от преданного слуги с подобными способностями и наклонностями. Вершитель не оправдал надежд Курда. У Морта, как оказалось, имелась слабость. Отвратительная, безобразная в своей банальности слабость – ЖЕНЩИНА! Нечто, непостижимое разуму Главы. Неподдающееся его пониманию и вызывающее презрение. Опускающее Морта на несколько ступеней ниже себя самого. Даже сейчас, когда, по сути, бывший Вершитель не помнил свою жену, он вздрогнул, когда она появилась в поле его зрения вместе с помощником Морта – Зоричем.

Вздрогнул, едва увидел её, подался вперед. Болезненная и презренная Курдом страсть отразилась в глазах Князя, вперемешку с …ревностью? Еще одна недостойная эмоция. Смотрит на неё и подрагивает от вожделения. Его похоть ощутил даже сам Курд. Взрывной эмоциональной волной огненного цвета. Увидел пылающую ауру Морта. Думитру передернул плечами – слабость, недостойная Нейтрала. Желания, слишком низменные и первобытные для таких возвышенных существ, как они. Но у каждого своя страсть, у Думитру она тоже была. Например, просмотр своих воспоминаний или музей с «ликами смерти». И эта слабость бывшего Вершителя на руку самому Главе. Это его личный бесценный приз.

«Она тебя и погубит рано или поздно, Морт. А точнее, я на ней