Охота на Зверя - Ульяна Соболева

– Это какая-то игра, да? – очень тихо, закрывая глаза, чтобы все же не смотреть. Не попадаться на этот крючок. Не вбивать его себе в вены настолько глубоко, что потом придется рвать вместе с мясом.

***

Нет, это они – игра. А ты…не знаю. Чем дольше я с ней, тем больше понимаю, не имеет значения, что будет после, но я должен получить её. Не для того, чтобы доказать себе и ей…но для того, чтобы наконец унять этот хренов зуд от желания касаться её постоянно. Иногда кажется, кожу готов содрать с ладоней, только бы не ощущать эту потребность трогать её волосы, её губы, её тело. Сжимать его, впиваться пальцами. Я впервые настолько сильно хотел не просто трахнуть женщину, а касаться, касаться, касаться, чёрт бы её побрал!

– А ты играешь, Марианна?

Закрыла глаза, и я склоняюсь к её губам, очерчивая их языком. Ладонью провести по обнажённой ноге в разрезе платья, поднимаясь всё выше, сдерживая победное рычание, когда едва заметно задрожала.

***

Не открывая глаз, задрожать от прикосновений его языка к своим губам. Не целует, а дразнит. Если Ник решит, что хочет получить любой ценой, он сделает все, чтобы получить. Проводит ладонью по голой коже, поднимаясь вверх, и я невольно впиваюсь руками в спинку скамейки. Предательское желание насладиться этим дольше. На несколько секунд дольше. Я ведь смогу себя остановить…Нас обоих. Как долго, я не знала. Наверное, я надеялась, что Ник устанет от попыток, и в то же время я, наверное, перерезала бы себе вены хрустальным кинжалом, если бы он это сделал.

– Не играю…И это страшно не играть, когда играют тобой, – распахнула глаза, невольно проведя языком по влажным губам и вздрогнув от того, насколько он сейчас близко ко мне. В миллиметре. В наносекунде от моего падения в космос его глаз.

***

– А чего еще ты боишься, малыш?

Прижимая её к себе за талию, сатанея от близости её тела. Вдыхать запах её кожи и думать о том, какая она на вкус. Я уже знал это. Я вспоминал его каждый день, который находился рядом с ней. Каждый день, в котором, словно идиот, держал дистанцию, предоставляя ей право выбирать. Решиться самой. Сейчас я полной грудью вбирал в себя её аромат и чувствовал, как сводит скулы от потребности снова ощутить этот наркотик на своём языке, в своей крови.

Запрокидывая её голову назад, провести языком по шее, по истерически бьющейся жилке на горле, стискивая пальцами мягкое тело, вжимая его в себя.

***

Себя!

Я боялась себя. А от прикосновения губ к шее начала дрожать и задыхаться. Впилась в спинку скамейки, дрожа от дикого напряжения. О Господииии! Еще… я хочу, чтобы касался еще!

– Что ты наиграешься гораздо быстрее, чем я успею открыть глаза.

Задыхаясь и запрокидывая голову, прогибаясь навстречу и сильнее сжимая пальцы. Немного… совсем немного. Я потом остановлюсь. Я смогу.

***

– Тогда открой глаза прямо сейчас, и скажи мне сама, игра ли это?

Приподнять её и посадить на спинку скамьи, удерживая за талию ладонью. Склониться к её щеке, намеренно громко вдыхая запах её волос, смешанный с запахом ночи.

– Открой глаза, – нырнуть ладонью в вырез платья, пальцами по внутренней стороне бедра, вверх к кружевному белью. Её сердце бьётся так гулко, что его стук отдается у меня в ушах. Бешеная реакция. Как и моя на нее. Неконтролируемая. Необъяснимая.

Скользнул пальцами под резинку трусиков и тут же поцелуем в губы, не позволяя отстраниться, остановить. Потому что остановиться сейчас я точно не смогу. Только не после того, как улыбалась каждому второму мерзавцу в этом доме; не после того, как позволяла лапать себя другим мужикам. Показать должен, кому принадлежит. Наглядно продемонстрировать ей. И себе тоже. Дьявол! Эти её губы, которые сожрать хочется. Такая сладкая. Пальцами по складкам плоти, продолжая яростно терзать её рот.

***

Резко распахнуть глаза и задержать дыхание, встретившись с его взглядом. Расширенные зрачки, и в них безумие и голод. Он настолько осязаем, что я перестаю дышать, но мое сердце бьется с такой силой, что я сама его слышу. Впиваться в резное дерево, удерживая равновесие и понимая, что вот с этой секунды я уже взгляда не отведу. Не отпустит. Жадно набрасывается на мой рот, и я делаю первый глоток воздуха его дыханием, с громким стоном и сильно впиваясь в его затылок. Ногтями, подаваясь всем телом вперед, ощущая, как пальцы алчно скользят между ног к кружеву белья. Меня не просто трясет, а лихорадит с такой силой, что я ударяюсь зубами о его зубы, пожирая его дыхание с тем же голодом. И понимая, что, если позволить дальше, никто из нас уже не остановится. Напряжение во всем теле и ноющая боль в сосках, к которым он лишь прикоснулся, а меня пронизало сумасшедшее желание кончить только от этих прикосновений…иногда я спрашиваю себя, если бы он захотел, то мог бы довести только поцелуями, грязно толкаясь в рот языком и посылая в мой мозг картинки или выкручивая соски и нашептывая на ухо своим хриплым голосом? Иногда мне кажется, что я могу кончить, если он будет долго смотреть мне в глаза и приказывать сделать это.

Впрочем, я уверена и в обратном: если этот дьявол захочет, он не даст мне разрядки. Он касается моей плоти, и я чувствую, что вот-вот разорвусь на миллиарды осколков…сползу с этой проклятой скамейки на колени к его ногам, чтобы уже самой умолять не останавливаться. Стиснуть коленями его руку, задерживая, пытаясь увернуться от поцелуя. Сейчас…прекратить сейчас.

***

Чёрта с два я позволю ей отстраниться! Снова накинулся на дрожащие губы, яростно покусывая, втягивая нижнюю, жадно сплетая языки. Ладонь на бурно вздымающуюся грудь, сжав сильно, затем дёрнуть корсаж платья вниз и застонать самому, прикоснувшись к острому соску. Перекатывать его между пальцами, продолжая насиловать рот, не позволяя отстраниться и сделать даже вздох. Она продолжает сжимать колени, но уже расслабляется, выгибаясь, подставляя грудь моей ладони.

Нет, девочка,