Тулса (СИ) - Панченко Сергей Анатольевич

— Уровень кислорода и адреналина в крови превышает норму. Вам рекомендуется воздержаться от серьезных физических нагрузок перед сном. Сейчас будет проведена стимуляция участков коры головного мозга слабыми токовыми импульсам для расслабления и приведения в норму. Прошу занять сидячее или лежачее положение.

— Сейчас не надо. Давай через полчаса. — Вслух попросил Светоч и откинулся к стене. — Готово. МАК принял меня за него.

— Ура. — Захлопала в ладоши Коломбина.

— Слава тебе, Господи. — Произнес Влас. — Так говаривал мой друг, оставшийся на внешнем кольце, каждый раз, когда ему перепадал лишний ужин или выпивка.

Тело Сластоцвета дернулось в последний раз и обмякло.

— Всё, пошел перед богом рейтингом хвастаться. — Произнесла Гертруда. — Господи, прими душу раба твоего, Сластоцвета. Тьфу, прости меня Господи, что осквернила губы свои таким именем.

— Высадите нас. — Попросил Светоч.

— Переоденься. — Буркнул Влас. — А этого наоборот наряди в твои пятнистые тряпки, чтобы сомнений не было, что загнулся именно ты.

— Я? — Светоч не думал, что ему придется одевать и раздевать покойника.

— А кто у нас сегодня сорвал джек-пот? Мы поедем назад в свое подземелье, а ты заберешься на Олимп и будешь поплевывать на окружающую действительность сверху. Напрягись напоследок, небожитель.

— Хорошо. Поможешь? — Светоч обратился к Коломбине.

— Конечно.

Влас посветил экраном своего устройства, чтобы помочь им. Пятнистая военная форма совершенно изменила облик Сластоцвета. Исчезла лощеность, внешняя исключительность. Он стал обычным, а вот Светоч преобразился.

— Мы с тобой как инь-янь. — Произнесла Коломбина, рассматривая его.

— А кто это? — Светоч никогда не слышал этого слова.

— Это символ единения двух противоположностей, черного и белого. — Она положила смуглую ладонь поверх белой одежды.

Влас рассмеялся.

— Теперь глаз да глаз за этой половинкой. — Предупредил он и постучал в перегородку, отделяющую грузовой отсек от кабины.

Грузовик остановился. Почтальон постучал в стенку, сигнал, что можно покидать машину.

— Я вам премного благодарен за помощь. — Светоч пожал руки Власу и Гертруде.

— Заглядывайте к нашему пищевому автомату, если что. — Произнес Влас.

— Мы вам нормальный обед приготовим, не то, что роботы. — Пообещала Гертруда.

— Обязательно. — Светоч не сомневался, что вернется проведать.

Открыл дверь и выпрыгнул в холодный ночной воздух. Помог спуститься Коломбине. Дождались, когда уедет грузовик, потом пошли к дому. Светоч наслаждался полноценной работой «клеща». Теперь он знал куда идти.

— Только бы соседи не увидели. — Произнес он. — Сразу поймут, что этот Сластоцвет не похож на настоящего.

— А когда мы будем переезжать? — Спросила Коломбина.

— До утра надо найти новую квартиру.

По дороге Светоч заказал легкий ужин. Ничего другого ментаграмма не позволила ему сделать. Строго следила, что он не переедал перед сном. Они съели плоский бутерброд с сыром и зеленью пополам, и запили соком без сахара.

— Так и придется регулярно ездить по известному адресу, чтобы поесть нормально. — Посетовала Коломбина, не наевшись.

— Ездить придется мне, а тебе безвылазно сидеть дома. Если донесут, что у меня живет «дикарка» рейтингу снова конец и все начнется сначала. Обещаю, что ты ни в чем не будешь нуждаться. — Светочу стало жалко подругу.

Коломбина посмотрела на него через прищур.

— Ты только смотри, не прими себя за настоящего Сластоцвета. Вживешься в роль и снова станешь тем горожанином, которым был. — Поделилась она своими уместными опасениями.

— Нет, ты что. — Светоч привлек ее к себе и поцеловал. — Для меня больше ничего не существует на полном серьезе, кроме тебя. Ты для меня и Тулса, и самый высокий рейтинг, и война, и прекрасное будущее, наше будущее.

— Чему-чему, а риторике тебя обучили. — Засмеялась подруга и поймала губами поцелуй.

До квартиры одни добрались незамеченными. Сластоцвет жил почти на самом верхнем этаже в двухуровневой квартире с огромным балконом с оранжерей, накрытой панорамным стеклом без перегородок, с изменяющейся светопропускной способностью.

— Вот это хоромы. — Не переставала удивляться Коломбина, рассматривая их не по первому разу. — Я бы осталась тут.

— Нельзя. Здесь нас быстро вычислят. Но мы выберем не хуже. — Пообещал Светоч.

На балконе стоял шезлонг для загара, на котором нескромно раздвинув ноги лежала кукла.

— Не разговаривай с ней. — Шепнул Светоч. — Вдруг она шпионит. — Он накрыл ей лицо полотенцем.

— А чего только лицо? Какая она отвратительная. — Коломбина передернула плечами. — Как можно ставить ее выше живого человека?

— А по мне так ничего. Милая.

— Заткнись. — Угрожающе процедила подруга. — Куклолюб твое имя.

— Тогда у меня половина города были бы тезками. — Пошутил Светоч.

Светоч воспользовался терминалом Сластоцвета, чтобы поискать подходящие варианты нового жилья и работы. МАК любезно предложил ему несколько.

— Чем вас не устроил существующий вариант? — спросила ментаграмма.

— Понял, что топтание на месте приводит к потере чувства сопричастности с миром. — Придумал Светоч. — Хочу изменений и новых целей.

Выбрал он двухуровневые апартаменты в районе города, называемом «Паруса». Там стояли дома, напоминающие раздутые на ветру паруса. Внутри вогнутой стены находились зеркальные полосы, собирающие свет в фокус внутри граненого стеклянного шара. Получался красивый элемент городской архитектуры и заодно дополнительный источник энергии. К тому же от «Парусов» до штаб-квартиры отряда «дикарей» было намного ближе, чем от «Белых Башен».

После подбора квартиры, Светоч занялся поиском работы. Сластоцвет не имел работы, как таковой. Он активно занимался общественной деятельностью, что и позволило ему набрать высокий рейтинг. Светоча не устраивала общественная работа. Он не обладал ораторским искусством, не любил внимания к себе и в данной ситуации считал, что чем меньше его будут видеть в лицо, тем лучше. Из предложенного списка ему больше всего приглянулась профессия смотрителя исторического музея, в котором хранились экспонаты догармоничной эпохи. Судя по статистике, посетители не баловали музей, совершенно не проявляя интереса к своему прошлому. Теперь Светоч знал, что правильно делали. Он там был в подростковом возрасте и мог уже сравнить с той историей, о которой ему поведали за барьером.

Светоч с Коломбиной совместно приняли душ. По-другому было нельзя, потому что девушка являлась невидимкой для МАКа. Ни кран открыть, ни смыть унитаз у нее не получилось бы, не говоря о более продвинутых вещах. Подруга валилась с ног. Светочу пришлось ее растормошить.

— Коломбина, потерпи еще немного. Сейчас переедем на нашу постоянную квартиру, и там будешь спать всю оставшуюся ночь и день до следующего утра. — Пообещал он ей.

Ментаграмма трезвонила, заставляя его самого лечь спать. Светоч намеренно не пил воду из-под крана, боялся, что в него добавлено успокоительное. Вызвал автомобиль и спустился вниз. Коломбина пришла в себя во время спуска. Здесь присутствовал визуальный эффект спуска в космическом лифте. Внизу под слоем плотной атмосферы просматривался рельеф земного шара, а перед глазами мелькали одинаковые участки несущей конструкции и проносящиеся фонари. Над головой висела огромная космическая станция, вокруг которой искорками летали разнообразные космические аппараты.

— Хорошая иллюзия. — Заметила подруга. — Выглядит как ирония над человеческими мечтами, которые двести лет назад были уверены в том, что следующий город под управлением МАКа будет построен на орбите.

— Да, нам больше не интересно смотреть на звезды. — Согласился Светоч. — Нас беспокоит доступ к новым развлечениям сильнее всего. Я никогда не слышал, чтобы существовала профессия космонавта.

— Зачем она нужна, если в космос все равно не летают?

— Ну, хотя бы для того, чтобы у людей была уверенность, что это не так. А у вас летают?