Тулса (СИ) - Панченко Сергей Анатольевич

— А вы не боитесь наделить МАК моими чертами. Так он был хотя бы нейтрален, а со мной научится психовать или игнорировать. Нужен ли горожанам такой нестабильный проводник в светлое будущее.

— Уверен, что именно такой и нужен. Они должны знать, что тебя можно обидеть и за это прилетит ответка. Суперинтеллект с человеческим характером еще на шаг приблизит нас к пониманию божественной сути мироздания. Твое имя определило судьбу, Светоч и надо нести бремя его смысла с гордостью. Так сказано в Уставе Гармонии?

— Так.

— Вставай, соня, пора на работу. — Произнесла ментаграмма голосом Светоча. — Тебя заменить некем. Я никому не доверю ухаживать за моим телом.

Коломбина лениво заворочалась в кровати, потянулась и открыла один глаз.

— Когда уже ты начнешь заботиться о моем теле. Оно очень скучает по твоим ласкам.

— Я могу устроить тебе такие ласки через нервную систему, никакие физические прикосновения не заменят. — Пообещал Светоч.

— Хорошо, сегодня вечером устроим романтический вечер. Я вчера чуть не накричала на коллегу, нервная стала от одиночества.

— Ты не одна, я постоянно с тобой.

— Не только со мной, но и с миллионами жителей Тулсы. Это меня немного задевает. Хочу, чтобы мы были только друг у друга.

— Осталось четырнадцать сомневающихся городов. Как только они согласятся на симбиоз, аналогичный нашему, я передам им опыт, и мне найдут замену. Она, кстати, уже готова.

— О, боже, еще четырнадцать. А я уже сейчас хочу кучу детей и шум-гам в доме. Я тебе не говорила, скоро приедут мои родители. Так было бы здорово представить их тебе вживую.

— Не вздумай, не хватало еще, чтобы они пялились на голого зятя, похожего на труп. Скажи им, как только меня отсоединят от проводов, мы с тобой сами приедем к ним в гости. Очень хочу увидеть море.

— Ладно, скажу. Они очень гордятся, что их дочь подруга самого известного человека в мире.

— Ох уж эти жители внешних территорий со своим менталитетом. Мне вообще этот титул не нравится. Я не выбирал его, чтобы гордиться чем-то.

— Скромняга. Люблю таких. — Коломбина слезла с кровати и направилась в душ. — Чем сегодня будешь заниматься?

— Озадачу МАК разработкой очистных сооружений непосредственно вокруг предприятий в промышленной зоне. Пусть конструирует миниатюрные барьеры вокруг заводов и фабрик. Люди на всей планете имеют равные права на чистый воздух. Так же хочу создать в Тулсе учебные заведения, обучающие настоящим профессиям, программированию, науке. Теперь, когда границы открыты, горожане, мягко говоря, кажутся людьми недалекими напротив тех, кого они считали дикими. Мы это отношение честно заслужили, но я собираюсь его исправить. Уверен, что горожане генетически более разнообразное сообщество и способны при умелом приложении сил выдать результат лучший, чем у жителей внешних территорий.

— Ну, скоромности у тебя не убавилось. — Посмеялась Коломбина, становясь под струи теплой воды. — Добавь жасмина в воду. Нет, не надо жасмина, давай мяты, хочу вспомнить твой запах.

— Будет исполнено.

Влас отключил симуляцию, вздохнул, смахнул слезу с небритой щеки и постучал по крышке саркофага со Светочем. Он был рад, что в городе остался хоть один человек, который живет той жизнью, которая была у него много лет назад. В счастливом неведении относительно произошедшего после того, как он сделал выбор.

Оказалось, что после включения в работу МАКа в Тулсе, МАКи других городов почувствовав угрозу, решили совместно уничтожить его и сбросили на него несколько ядерных зарядов прямо с орбиты. Город был уничтожен. Погибли все, кто оказался снаружи. Банде Власа повезло, его люди почти в полном составе оказались глубоко под землей, неподалеку от хорошо защищенного помещения с вычислительным центром МАКа и саркофагом Светоча, работающим от миниатюрного реактора. Он находился в обучающем режиме, из которого так и не вышел. Светоч жил с полной уверенностью, что общается с настоящими людьми, а не виртуальными двойниками.

Коломбина после реанимации из-за повреждения мозга так и не смогла ходить. Она прожила пару месяцев, выпросила у Гертруды дозу наркотиков и ушла из жизни. Сама Гертруда выхватила дозу радиации, попав в разлом у поверхности, и пережила Коломбину на полгода. Никодим исчез в подземельях бесследно пару лет назад. Михаил умер совсем недавно, полез в лабиринты, нарвался на крыс и умер от гемаррогической лихорадки, заразившись ею после укуса. Айна сошла с ума, когда поняла, что ее дочь погибла. Выбралась на поверхность и больше не вернулась.

Влас остался один, если не считать полуживого Светоча. Его заботой стали поиск еды и поддержание жизни напарника. Иллюзия, в которой жил Светоч, заряжала и его, придавала сил продолжать жить дальше. Долгими часами во мраке, когда из всех развлечений были доступны только собственные мысли, Влас размышлял, в какой этап развития люди допустили ошибку, перестав верить самим себе и доверившись своему бездушному творению.