Ядерный Ангел - Андрей Львович Астахов

очень хотелось ее увидеть, поговорить с ней. Но я понимал, что мне просто необходимо побыть одному, сосредоточиться, все хорошо продумать. Сейчас даже незначительная ошибка может привести к настоящей катастрофе.

Нацистские радиостанции больше не передавали праздничные реляции о победах на Американском континенте. Я добросовестно прослушал эмоциональную речь Адольфа Гитлера № 5 – она была вполне в духе Адика № 1. Параллельно мы слушали американские новости: янки сообщали, что наступление нацистов под Хеленой остановлено, части вермахта измотаны и понесли большие потери. У Солт-Лейк-Сити тоже наступило затишье. На юге дела у янки шли веселее: выдвинувшаяся из Аризоны бронемоторизованная группа «Чиппева» выбила японцев из Палм-Спрингс и теперь наступает на Барстоу, Помону и Сан-Бернардино. Понятно, что доверять и американским и нацистским пропагандистам было бы глупо. Но еще до этого я пообщался по радио с Мюрреем. Американец был, казалось, разочарован тем, что Димон умер, так и не раскрыв штатовской разведке своих секретов. Ясен пень, я не стал откровенничать и делиться тем, что узнал от покойного программера, просто сказал, что теперь придется менять весь первоначальный план.

- И что вы планируете делать? – осведомился у меня Мюррей.

- Посмотрю, можно ли использовать апокалитовв поисках машины Вальтрауба. Мне они кажутся очень боевыми ребятами. А еще у меня сотня солдат-клонов и полным-полно самого разного оружия. Сейчас я пытаюсь установить объект, на котором расположена цайт-машина. А потом попробуем с ним разобраться.

Я не врал Мюррею: объект 43-530, или Град Небесный, как его называли сами апокалиты,имел завидный арсенал. Когда Ермолай познакомил меня с полной описью стреляющего и взрывающегося имущества, у меня глаза от удивления округлились. Шесть тысяч единиц стрелкового оружия, от пистолетов до снайперских винтовок и пулеметов калибра 12,7-мм и к ним почти два миллиона патронов. Мины, гранаты, взрывчатка в ассортименте. Противотанковые ручные гранатометы и ручные огнеметы, пусковые установки ПТУР «Фальке», 80-мм безоткатные пушки, 75- и 105-мм полевые орудия, зенитные автоматы «Фирлинг-390», пусковые зенитные установки «Блаутзаугер», шесть колесных бронемашин «Даймлер», пять гусеничных бронетранспортеров, куча автомобилей и мотоциклов и даже два вертолета – правда, один неисправный. Словом, оружия и снаряжения на целую армию. Большая часть этого добра осталась еще с тех времен, когда объект принадлежал нацистам, кое-что апокалиты захватили трофеями у шуцманов ЛИСА. Армия Ермолая насчитывала шестьсот восемьдесят пять человек – все мужчины апокалитов, способные управляться с оружием и техникой. Плюс херувимчики. Я и не представлял, что имею под ружьем отлично вооруженный и прилично обученный полк. Короче, странствующий рыцарь Леха Осташов по милости Димона превратился в настоящего полковника.

- Действуйте, - благословил меня Мюррей во время второго радиосеанса. – И помните, что сейчас от вас зависит очень многое.

Этих слов я от него ждал. Но после разговора с Мюрреем я решил немного отдохнуть, прилег на часок – и пообщался с нахтмайстером Шварцкопфом. Теперь я думал только о том, что говорил мне во сне рыцарь-вампир.

- У тебя усталый вид, Лех, - сказал Тога. – Много куришь и совсем не спишь.

- Да ты тоже не цветешь, между прочим, - огрызнулся я, зажигая последнюю сигарету из пачки. – Морда зеленая, глаза красные. Вобщем, все твои усилия коту под хвост. Диск Димона нам никак не сгодится.

- Похоже на то, - вздохнул Тога. – Чаю хочешь?

- Наливай, - я откинулся на спинку дивана, закрыл глаза. – Слушай, Мейсон, а может просто скинуть американцам инфу про объект D65? Пусть шарахнут по нему водородной ракетой – и делов!

- Можно. – Тога помолчал. – Только мы с тобой навсегда останемся в этом мире. И ход истории переменить уже не удастся. Так все и останется, как есть.

- Верно. Вот чего бы я не хотел, так это прожить здесь остаток жизни. Есть идеи?

- Ни-ка-ких, - по слогам произнес Тога, подавая мне чашку с чаем. – Алину видел?

- Нет. Хочу поговорить с ней, но пока мне нечего ей сказать.

- Карагод все время при ней. Гляди, уведет.

- Не уведет. Алине сейчас не до Карагода. И не до меня. Лукошина жалко, хороший был мужик…. О, мать твою, что такое?

- Ты что?

- Да ничего, голова что-то кружится. Пожалуй, мне и впрямь надо покимарить минуток триста.

- Леха, я вижу, ты что-то недоговариваешь. В чем дело?

- Опять ко мне нахттотер во сне приходил. Знаешь, если честно, я боюсь спать. От этих тварей таким холодом веет, будто в могилу попадаешь.

- Чего они в тебя так вцепились? Хотят что-то?

- Хотят, проклятущие. Предлагают с их белокурыми Шнеевиттхен потрахаться, чтобы новую расу вывести.

- И ты отказался? – Тога присвистнул. – Непохоже на тебя, Лех. То, что Марика вампир, тебя не остановило. А тут новые незабываемые ощущения: йа, йа, Алекс, дас ист фантастиш! Шпиль мит мир нох айнмаль!

- Издеваешься? Ты бы этих красоток увидел один раз, до конца жизни бы импотенцией страдал.

- Неужели уродливые такие?

- Красивые. Как сама смерть. И так же, как смерть, ничего, кроме ужаса не вызывают. Но ты прав – надо поспать. Болт на них, на этих нахттотеров.

- Я пойду еще с компом поковыряюсь. Может, получится что.

- Флаг тебе в руки. И прошу тебя, придумай что-нибудь. Мне вот в мою бестолковку ничего не лезет.

- Будем думать, - Тога остановился в дверях, помахал мне рукой. – Иду воевать с нацистским искусственным интеллектом. Пожелай мне удачи.

********************

Сон как сон, не самый худший. Слава Богу, на этот раз никаких нахттотеров. Но лучше бы приснился Питер, а не чертова компьютерная игра, с которой начался весь этот кошмар.

Я снова бегаю по улицам Тайнхолла – мне позарез необходимы деньги на новую лошадь. Тысячу двести монет я заработал на продаже части своего вооружения – Джин-По из «Железной Руки» расщедрился. Теперь я бегу в «Золотой павлин»: возможно, для меня есть новая работа.

Надо же, я не ошибся. Хозяин «Павлина» вручает мне письмо от сенсея и мешок с золотом. В письме только имя клиента – «Граф Николае Радулеску, замок Чоп, восточная Коловашия». Впрочем, этого вполне достаточно. Теперь я знаю имя того, за чью голову мне отвалили аж двести дукатов авансом.

Забираю деньги, бросаю записку сенсея в горящий камин и ухожу из таверны. Следующий пункт программы