Русская пятерка. История о шпионаже, побегах, взятках и смелости - Кит Гейв

«Ред Уингз» решили объединить русских в одну пятерку и выставить ее на матч НХЛ, смешав две абсолютно разные системы. Ларионов признался в разговоре с журналистами после матча в Калгари, что на пятерых советских игроков легла немалая доля ответственности в этот исторический момент.

– Это огромная ответственность, потому что впервые в НХЛ пятеро российских ребят выйдут в одном звене, – сказал он. – Безусловно, ответственности добавляет еще и то, что мы играем за «Детройт» – одну из лучших команд Национальной хоккейной лиги.

Федоров, которого сместили с центра на правый край, когда всех россиян поставили в одну пятерку, волновался значительно меньше. Лучший советский хоккеист молодого поколения в минувшем сезоне был признан самым ценным игроком, закрепив за собой статус одного из лидеров на площадке.

– Почему бы и нет? – ответил он, когда прозвучал вопрос, сможет ли пятерка из русских хоккеистов добиться успеха в НХЛ. – Мы прекрасно друг друга понимаем, потому что все заканчивали одну и ту же школу ЦСКА. Мы знаем, как играть друг с другом. И потом, мне кажется, что мы знаем, чего от нас хочет тренер. Мы будем действовать по установке. А там, надеюсь, у нас все получится.

В итоге пятеро русских хоккеистов устроили настоящую революцию в одном из старейших клубов НХЛ. Чуть ли не в мгновенье ока «Ред Уингз» подняли свою игру на уровень, какого в лиге практически никогда не видели, начали бить один рекорд за другим и подогрели ожидания своих болельщиков до точки кипения. Сказать, что эта новая пятерка доминировала на льду Калгари, было бы колоссальным преуменьшением. Они играли с присущей советскому стилю элегантностью. Свою первую шайбу забросили на одиннадцатой минуте первого периода. Русская пятерка настолько быстро перешла из обороны в атаку, что игроки «Калгари» все еще были в чужой зоне нападения, когда за их воротами уже пульсировал красный свет.

Всего несколькими секундами ранее «Огоньки» прошли с шайбой среднюю зону, но Константинов тут же ее перехватил в зоне «Детройта» и инстинктивно подкинул Федорову неудобной стороной крюка в центральный круг вбрасывания. Одним плавным движением, без какого-либо замешательства Федоров не глядя отдал передачу с неудобной руки на Козлова, который уже сделал разворот на 180 градусов и принял шайбу на дальней синей линии – лицом к воротам «Калгари». Козлов получил пас от Федорова на скорости, шайба пришла точно ему в крюк, и он оказался совершенно один в восемнадцати метрах от беспомощного голкипера «Флэймз» Тревора Кидда.

Козлов беспрепятственно устремился к сетке – Кидд отразил первый бросок щитком, но форвард «Детройта» послал шайбу в неприкрытые ворота с неудобной руки. Этот гол в итоге стал победным. Всего одна комбинация, которая заняла лишь несколько секунд и выставила «Детройт» своеобразной хоккейной версией «Гарлем Глобтроттерс», игравшей против тренировочных конусов, навсегда изменила Национальную хоккейную лигу.

Ведомые Русской пятеркой, для которой это был своеобразный «Soviet Re-Union»[1], «Детройт» обыграл «Калгари» со счетом 3:0. Ларионов забросил шайбу. Федоров заработал вторую результативную передачу. Русская пятерка Боумена была невероятна и нанесла пятнадцать из двадцати пяти бросков «Детройта» по воротам, в то время как игроки «Калгари» весь вечер лишь гонялись за шайбой по всей площадке. «Флэймз» бросили по воротам всего восемь раз, что стало антирекордом клуба. Но опять же – как ты бросишь по воротам, если другая команда не отдает шайбу? Это стало фирменным стилем «Детройта», который их соперники безуспешно пытались копировать.

С верхотуры пресс-ложи, нависавшей над площадкой, откуда Стрэдер комментировал матч со своим партнером Микки Рэдмондом, виртуозная пятерка выглядела так, будто играла в совершенно другой вид спорта. Зачастую казалось, что взрослые мужчины вышли на лед против мальчишек. После одной особенно мощной смены россиян игроки команды соперника прикатили на скамейку явно приунывшими, если не вовсе сбитыми с толку.

В комментаторской Рэдмонд повернулся к своему коллеге Стрэдеру и сказал о «Калгари»: «Им бы сейчас таблеток от укачивания принять, а то их прямо на льду стошнит».

На следующий день после дебюта Русской пятерки Стрэдер подошел к ее представителям и попросил расписаться на обеих копиях протокола. И ведь это был не какой-нибудь двенадцатилетний охотник за автографами, а опытнейший профессионал, которому, как и большинству представителей прессы, даже в голову не пришло бы просить игроков на чем-то расписаться. Этим поступком Стрэдер подчеркнул значимость и сохранил для потомков одну из важнейших реликвий в истории хоккея.

Одну копию протокола Стрэдер отдал главе пресс-службы «Детройта» Биллу Джемисону для клубного архива. Что же он сделал со второй копией? Не расстался с ней и через двадцать лет, когда уже комментировал матчи «Далласа». Он считает ее одним из самых главных сувениров своей выдающейся карьеры, в рамках которой в 2017 году он получил награду имени Фостера Хьюитта (приз за вклад в освещение хоккея, вручаемый сотрудникам радио и телевидения), а также место в Зале хоккейной славы.

* * *

Легенда «Ред Уингз» Горди Хоу, которого многие считают самым техничным игроком в истории хоккея, действовал совершенно в другой манере по сравнению с Русской пятеркой. Однако в одном он был с ними полностью согласен: популярная в Национальной хоккейной лиге тактика входа в зону через вброс абсолютно ужасна.

– Какого хрена постоянно отдавать шайбу сопернику, вбрасывая ее в зону? – сокрушался Хоу. – Потом же ее хрен отберешь!

Это было первое, что заметили зрители в игре Русской пятерки от Скотти Боумена.

– Когда они выходили на лед всем звеном, в зависимости от ситуации, мы порой сидели на скамейке и не могли сдержать смех, – рассказывает член Зала хоккейной славы Брендан Шэнахен. – Мы понимали, что они хотели сделать. Пусть даже это не всегда работало, но мы радовались тому, с какой свободой они пробовали тот или иной маневр.

Креативность, которая была визитной карточкой советского хоккея, разработанного еще легендарным Анатолием Тарасовым, поражала даже мастера Шэнахена и его партнеров по «Детройту».

– Хоккеисты других команд всегда говорили нам: «Против «Ред Уингз» никому не нравится играть, потому что вы никому шайбу не отдаете», – делится Шэнахен. – Я это на всю жизнь запомнил.

Русская пятерка заставила всю команду действовать по схеме «это наша шайба», что затем подхватили во всей Национальной хоккейной лиге. Раньше отличительной чертой российского хоккея считали владение шайбой, подразумевая, что этой школе присуще контролировать шайбу и