Древние. Возвышение - Джулия Плек

По другую сторону от Софии появилась Изабель, подхватила ее под руку и попыталась потянуть к выходу. София высвободилась на время, достаточное для того, чтобы наслать чары на оборотня, появления которого Элайджа даже не заметил. Тот с пронзительным визгом упал на пол, а Элайджа повлек обеих женщин (одна шла охотно, а вторая – не слишком) к дверям.

Снаружи было до странности тихо. Доносящиеся из бальной залы звуки указывали на то, что вечеринке пришел конец. Ведьмы и оборотни по двое и по трое спешили прочь, молча и не задерживаясь. Они просто растворялись в лабиринте залитых лунным светом улиц, исчезая в мощеных переулках и за стенами садов.

Элайджа разжал руки, отпуская ведьм, и София, тяжело сгорбившись, с жалким видом повернулась к сестре.

– Я знала, что это ошибка, – всхлипнула она. – Но она думала, что уже и так является одной из них. Ей хотелось верить, что они не причинят ей зла, а мне хотелось, чтобы так оно и было.

Изабель погладила черные волосы сестры и бросила на Элайджу многозначительный взгляд. Он понял, что настало время для семейных чувств. Что ж, у него есть своя собственная семья, делами которой ему следовало заняться. Нужно было найти Клауса.

Глава 30

Ребекка никогда не ожидала, что соленые брызги в лицо и крики чаек над гаванью могут вызвать у нее такое чувство вины. Она едва вкусила бессмертия, когда пообещала братьям всегда быть с ними. Как можно было предположить, что это «всегда» растянется на века? Но все они верили в эту клятву, а хуже всего в расставании было то, что какая-то часть Ребекки очень хотела остаться. Она боролась за право жить своей жизнью, но после всех этих долгих лет едва ли знала, что значит свобода.

Эрик вслед за ней пришел на нос корабля и обнял ее за плечи, словно хотел защитить. Тепло его тела действовало успокаивающе, но ему недолго оставаться теплым… и смертным.

Сейчас, когда он стоял рядом, Ребекка поклялась себе непременно понять, какой бывает жизнь, свободная от оков прошлого. Она должна исследовать эту любовь, эту страсть. Ребекка теснее прижалась к Эрику, наслаждаясь тем, как идеально линии ее тела совпадают с его. Она заслуживает счастья, даже если из-за него ей пришлось нарушить свой непреложный обет.

До тех пор пока они с Эриком сами по себе, они могут незаметно перемещаться по миру – задача абсолютно невыполнимая, если рядом с тобой Клаус. Она сможет оставаться неприметной и не подвергаться опасности, а Элайджа с Клаусом тем временем станут бесконечно трудиться, строить, договариваться, сражаться и сбегать. А ей уже незачем что-то искать, ведь у нее теперь есть Эрик.

Слушая ровное сердцебиение любимого, она провела рукой по его груди. Странно было видеть Эрика без капитанского мундира, но Ребекке казалось, что в гражданском он еще красивее. Армия, несомненно, заметит его исчезновение, да только не в первый раз в Новом Свете недосчитаются офицера. Мужчины постоянно пропадают, пускаясь на поиски золота, женщин и новых земель, вот и на Эрике довольно скоро поставят крест.

– Капитан сказал, прилив заканчивается, – тихонько сказал он. – Если мы хотим отплыть сегодня вечером, ждать больше нельзя.

Вопреки своей убежденности, Ребекка обнаружила, что сомневается, откладывает, проверяет багаж и судовой график, хотя давно уже стало очевидно, что все в порядке. Они планировали уплыть в Вест-Индию, затеряться где-нибудь на островах и найти там применение и ее «дневному» кольцу, и тому, на которое Эрик наткнулся во время своих штудий. Она воочию представляла себе бесконечные белые пляжи, места, где полно фруктов и рыбы, и маленькую хижину, в которой они смогут укрываться от жары, ветров и штормов.

Но если они не уедут, ничего этого не будет. Она сама не знала, чего ждет. Чтобы их кто-то остановил? Конечно же, нет, но казалось так странно и непривычно отправляться в плавание без братьев… или, во всяком случае, без того, чтобы братья попытались нагнать ее и вернуть.

Но теперь у них своя жизнь, а у нее – своя.

– Скажи, что я готова, – мягко произнесла она, легонько поцеловав Эрика в губы.

Он улыбнулся, и его счастье казалось чистым и незамутненным. После того как Эрик отправился на поиски капитана, Ребекка прошла на корму и посмотрела на Новый Орлеан, как она подозревала, в последний раз. С такого расстояния невозможно было разглядеть бальную залу, где устроенный Элайджей званый вечер наверняка проходил с огромным успехом, но Ребекка выбрала самое яркое пятно света и решила считать, что это она и есть.

– До свидания, – шепнула она братьям, которые когда-то были для нее всем на свете, а корабль тем временем отчалил и начал движение по темным волнам.

Потом к ней вернулся Эрик, и стало ясно, что новое стоит потери старого. Ночной бриз был легким, но дул непрестанно, судно шло быстро, и вскоре небольшая гавань в залитом звездным светом озере осталась позади. Благодаря приливу, у них было предостаточно времени, чтобы по узкой протоке добраться до следующего озера, а оттуда и до открытого моря.

Она прижалась к Эрику и сплела свои пальцы с его.

– Я свободна, Эрик. Наконец-то я чувствую себя свободной.

Эрик наклонил голову и прижался лицом к ее шее.

– Мы свободны, – согласился он. – Город остался позади, и мы можем делать все, что пожелаем.

Ребекка, заколебавшись, ухватилась за гладкие деревянные перила. Она понимала, что имеет в виду Эрик, и, зная, как сильно он жаждет бессмертия, все больше ценила его терпеливость. Она и сама жаждала как можно скорее начать их совместную новую жизнь, но огни Нового Орлеана были все еще видны, и ее удерживал долг перед братьями.

– Когда мы выйдем в море, – сказала она. – Может, все тут и кажется безопасным, но на самом деле мы еще не уехали. Пока виден город, пока корабль омывают те же воды, что и Новый Орлеан, ведьмы узнают, если будет инициирован новый вампир.

– Ведьмы… – задумчиво повторил Эрик, и в его голосе послышалась знакомая нотка неуемного любопытства. – Благодаря тебе, Ребекка, мой мир наполнился волшебством. – И он стал легонько целовать ее подбородок, пока не добрался до рта. Губы их встретились. Ветер теребил выбившиеся из прически Ребекки пряди, и Эрик ласково убрал одну из них ей за ухо. – Значит, дождемся, когда окажемся вне власти этих самых ведьм, чтобы твои братья не попали из-за нас в беду. Не хочу, чтобы ты когда-нибудь пожалела о своем даре.

– Я всегда называла это проклятием, – прошептала она так тихо, что он едва услышал, – пока не встретила тебя.

Бескрайнее черное небо над их головами было усыпано мириадами звезд, а молодая луна едва поднялась над облаками на востоке. Прижавшись к Эрику, Ребекка смотрела на проплывающие мимо берега. Тысячи факелов, канделябров и люстр Нового Орлеана слились в один яркий, сияющий остров света, который становился все меньше и меньше. Вскоре он совсем исчез из вида, будто его поглотили подступившие со всех сторон темные болота.