Третий шанс - Евгений Максимович Ажакин

подозрения. На приёме я с кем-то обсуждал магию… Танцевал… Потом… Ушёл в сад? И эта не физическая, но такая яркая боль, всплывающая при малейшей попытке вспомнить… Но почему такие отрывочные воспоминания, если, предположим, Палач стёр из моей памяти этого… эту девушку? Разве я не должен был забыть вообще всё, с ней связанное? Просто амнезия?.. – Кажется, у меня частичная амнезия. Я не помню ни имени, ни того, как выглядит та, о ком ты говоришь. Но помню как бы структуру событий. Как танцевал, как и что говорил. Но ни ответов, ни образов – ничего.

Дед посмурнел, как обычно делает, когда ударяется в раздумья. По крайней мере, я хотел, чтобы причиной было именно это. Но время шло, секунды перетекали в минуты, а ответа всё не было.

– Дедушка?

– Прости, Золан. Если всё так, как ты описал, то это… – Он втянул носом воздух. – Не амнезия.

Боль! Как же больно! Я бы с радостью пережил ту битву десятки, сотни раз, если бы это помогло унять её, но это было невозможно. Я пытался вспомнить, но в ответ приходила лишь боль. Мерзостное, страшное до одури чувство дыры в памяти, которую никак не залатать.

– Её зовут Залия Лосс. Приёмная дочь семьи Лосс, демонесса из расы вейри. С ней ты очень много общался на приёме, исполнил танец, а после вы продолжили общение в саду. – Такое поведение не свойственно мне. Я просто не мог сделать всего того, о чём помню, из-за одного лишь поцелуя. Я же не подросток даже – пока без напряга думаю головой, а не тем, что пониже. Правда, чувство огромной потери этот факт заполнить не в силах. – Она говорила, что ты обманом заставил её укрыться в её сильнейшем защитном заклинании, а сам принял бой, одолев в конце концов обоих нападавших… – Дедушка говорил и говорил, а я физически не мог попросить его остановиться. В горле стоял ком, а душевная боль от постоянных попыток вспомнить хоть что-то перешла все границы. По щекам катились слёзы, но вряд ли дед их видит – я же сижу, опустив голову, а волосы у меня средней длины… – Тебе повезло, Золан, что ты забыл её, а не кого-то…

Холод. Я сам не заметил, как вскочил на ноги, опрокинув стул, и ринулся к окну, которое рассыпалось пылью даже до того, как я его коснулся. Не осталось ни стекла, ни рамы, и потому я почти беспрепятственно выпрыгнул с третьего этажа, в падении распахнув крылья и устремившись вперёд. Просто вперёд, туда, куда меня вёл ветер, именно сегодня отвратительно спокойный и неспособный иссушить слёзы, катящиеся по щекам. То и дело теряя высоту от приступов боли, вызванных тщетными попытками вернуть воспоминания, я взлетал вновь и лишь ускорялся, в какой-то момент пролетев над последним рядом домов и оказавшись над полями…

Холод и боль. Боль и холод. Таково чувство потери, вызванное Палачом? Мог ли я выиграть тогда, не прибегая к его использованию? Мог, если бы меня вели не эмоции, а в голове не было бы сторонних мыслей. Да, это – моя слабость. Единственная, но такая большая. Потерять память о человеке, который мне явно понравился и есть то, чего я так боялся. То, чего больше всего будет бояться любой условно-бессмертный.

И срок в один короткий вечер ничего не значит, ибо я уж точно не помню тысячи и тысячи людей и не только, повстречавшихся мне за сотню с лишком лет жизни. Просто они забылись естественным путём, и ничего для меня не значили. Здесь же девочка явно стала мне хоть сколько-то, но дорога, и Палач СИЛОЙ лишил меня воспоминаний. Забрал именно то, что я не мог не заметить.

Случайность – или насмешка?

Ветер свистел в ушах, а крылья послушно несли меня вперёд, вдоль русла реки, на изгибе которой стоит Рокстоун. В какой-то момент смазывающиеся где-то далеко внизу поля, с которых уже давно собрали урожай, сменились лесом, и я пошёл на снижение. Позади никого не было, а с земли меня будет практически невозможно отыскать. То что нужно, чтобы побыть одному и разобраться в себе.

Едва мои ноги коснулись земли, как в ушах раздался перезвон, а перед глазами высветилась табличка, сообщающая о повышении уровня умения [Магии] до продвинутого ранга. Открылась обширная библиотека знаний, к которой я так стремился… И где, спрашивается, радость? Где она, а? А нету! Потому что я – клинический идиот, а клиника, как известно, не лечится!

Почему, ну почему я, столетний, чтоб меня, кретин, не научился нормальной боевой магии продвинутого ранга? Почему решил, что мой огрызок системы не повысит навык после того, как я освою что-то следующего ранга? Вот он, продвинутый уровень, притом, что не далее как неделю назад он был сорок вторым начальным, а не пятидесятым, как якобы требуется!

Всё изменилось бы, окажись я капельку даже не умнее, а прозорливее и серьёзнее. Мог додуматься до того, что вся эта нелепица – всего лишь следствие того, что мою систему буквально кастрировали всесторонне, и изначально она не отражала способности пользователя, а наделяла его ими? Что пользователи оригинальной системы сами по себе ничего не умели и ничему не учились, слепо полагаясь на силу извне? Мог.

Так что если кого сейчас и винить, то самого себя, а не отдавших свои жизни или получивших серьёзные ранения во время честного несения службы охранников. Для того чтобы изолировать меня от остальных Иллити, не один десяток ассасинов должен был понадобиться, а это значит, что потеряли мы в тот вечер многих. Те, кто привлёк к нападению ненавидящих демонов людей, могли использовать их исключительно в качестве отвлекающего фактора. Да много чего могло произойти, сиди теперь, гадай…

Без особых надежд попытался найти какой-то навык, связанный с памятью, но ничего, что в перспективе могло бы мне помочь, не обнаружил. Увы, но система тут не выступает в качестве всесильного инструмента. Просто библиотека, обширная, но не абсолютная. В этом мире нет, например, автоматической винтовки – нет и соответствующего навыка, который позволил бы её сварганить и научиться отменно стрелять.

Вдох, выдох. Успокоиться мне это не поможет, но хотя бы грудь перестанет болеть от того, что я уже минуты две как не дышу, просто забыв об этой насущной необходимости из-за чрезмерного погружения в дебри памяти.

И попытки вспомнить… Пока их стоит отложить. Вынести урок. Не смириться, а начать целенаправленно копать в этом направлении. И когда-нибудь, пусть хоть и под самый