Битва за рубль. Взгляд участника событий - Сергей Алексашенко

2

Несколько позднее, принимая во внимание ограниченность валютных резервов Банка России, эта идея трансформировалась в фиксированный курс с допустимыми колебаниями внутри узкого (10—12%) коридора (прообраз будущего «валютного коридора»).

3

В России в то время существовала большая группа руководителей Правительства и Центрального банка, которые отрицали монетарную природу инфляции, т. е. тот факт, что избыточное количество денег в обращении приводит к росту цен. В 1992—1993 гг. они пытались доказать, что для России характерна инфляция издержек, с которой обычно сталкиваются страны с существенно более низкими темпами инфляции, нежели те, которые были в то время в России. Их позиция состояла в том, что российской экономике требуется больше денег, и они интенсивно использовали эмиссионные возможности финансирования бюджетных и небюджетньгх расходов. К середине 1994 года зависимость роста цен в России от интенсивности роста количества денег в экономике стала очевидна всем. К этому времени практически все эмиссионные деньги направлялись на финансирование расходов государства, другие каналы эмиссии были практически полностью перекрыты. Другим, немонетарным источником инфляции оставались высокие инфляционные ожидания населения. (Примеч. мое.– С. А.)

4

Стабилизация обменного курса потребует, особенно в первые 3– 4 месяца 1995 года, существенных валютных интервенций (по оценке, до 5—6 млрд долл.) для «доказательства» твердости намерений по поддержанию стабильного курса.

5

Уже на стадии формулирования новой макроэкономической политики проблема роста государственного долга и расходов по его обслуживанию была очевидна. Никто из специалистов не мог не обратить на нее внимание.

6

Монетарное финансирование дефицита означает получение бюджетом средств от центрального банка, независимо от того, предоставляются эти средства в виде кредитов, или оформляются через покупку-продажу ценных бумаг, или получаются бюджетом за счет продажи каких-либо активов (за исключением золота и иностранной валюты) центральному банку, либо выделяются центральным банком бюджету безвозвратно. (Примеч. мое.– С. А.)

7

Как и всегда, когда речь шла об экономической политике, наиболее ожесточенное сопротивление этому замыслу было оказано впоследствии Государственной Думой при рассмотрении проекта бюджета на 1995 год. Значительная, если не подавляющая, часть депутатов была уверена в том, что снижение инфляции не есть необходимость для российской экономики и российского населения, что следует и впредь проводить политику, нацеленную на удержание инфляции в интервале от 15 до 20 процентов в месяц, и уж ни в коем случае не следует отказываться от кредитования бюджета Центральным банком. Все попытки объяснить депутатам, что инфляция такого уровня не может контролироваться и управляться, что инфляция есть всеобщий налог, от которого в большей мере страдают более бедные слои населения не приводили к успеху. Экономическая теория оставалась тайной «за семью печатями» для многих народных избранников.

8

Традиционный конфликт интересов между руководством банков и дилерами состоит в том, что последние отвечают исключительно за результат своей работы и их не интересует, каким образом их действия повлияют на результаты всего банка. Наиболее ярко это проявлялось на валютном рынке и рынке ГКО—ОФЗ, когда дилеры, играя против рубля, получали доходы, а банки несли убытки.

9

Правительству стоило больших усилий добиться утверждения такого бюджета, поскольку он требовал реальных ограничений расходных обещаний со стороны государства. В этом процессе, пожалуй, впервые Правительство в полной мере освоило механизмы «бюджетного торга» с депутатами и научилось находить тактические компромиссы, которые позволяли провести главную идею законопроекта. Одним из таких компромиссов стало решение о выделении внутригодового кредита Центрального банка Правительству в первом квартале на финансирование так называемого «кассового разрыва».

10

К сожалению, при прохождении в Думе бюджетов 1996—1998 годов Правительство не смогло проявить такой же настойчивости, что привело к массовой проблеме бюджетной задолженности.

11

Под денежной ликвидностью понимаются денежные средства, которые могут быть немедленно предъявлены центральному банку как его обязательства. Обычно к этой категории относятся наличные деньги, средства на корреспондентских счетах коммерческих банков в центральном банке, средства на счетах бюджетных и иных организаций в центральном банке.

12

Инструментом, с помощью которого Банк России мог изымать из обращения излишнюю ликвидность.

13

Резервные требования – инструмент денежной политики, который позволяет центральному банку ограничивать рост денежной массы. Суть его состоит в том, что банк не может выдавать кредиты на всю сумму привлеченных средств, а обязан перечислить фиксированную долю от привлеченных сумм на специальный счет в центральном банке, где эти средства находятся без движения, т. е. фактически «замораживаются». Центральный банк может уменьшать количество денег в обращении путем расширения базы резервных требований (например, включая в подсчет суммы привлеченных средств те счета, средства на которых ранее не попадали под эти требования) или путем повышения ставки резервных требований. Обратными действиями центральный банк может увеличивать количество денег в обращении.

14

Безусловно в 1995 году Центральный банк приобретал иностранную валюту в основном у резидентов, однако с методологической точки зрения это равнозначно притоку капитала из-за рубежа. Покупая иностранную валюту и храня в ней свои сбережения, резиденты фактически кредитуют иностранные государства, т. е. их сбережения работают за границей.

15

Еще одной формой кредитования банков являлось так называемое «дебетовое сальдо», т. е. предоставление банкам возможности проводить платежи при отсутствии средств на корреспондентском счете в Банке России, фактически кредит «овердрафт». Но такое кредитование никак не оформлялось документально, решения об объемах принимались опять-таки на уровне регионов. Летом 1995 года использование дебетового сальдо было запрещено, практически всю задолженность банков пришлось списать с баланса Банка России, так как подтвердить документально претензии Центрального банка было невозможно.