Прорвемся, опера! Книга 4 - Никита Киров

class="p1">Пошёл я после этого в морг, продолжая размышлять. Ванька проработает судмедом в городе аж до моей собственной смерти, и через много лет станет таким же вредным, как Ручка, разве что не сопьётся, а вот сам Ручка — тот именно что сопьётся и хлебнёт метилового спирта по ошибке, но это уже где-то в 2003-м или 2005-м, на пенсии…

Короче, свихнёшься с такими подозрениями. Надо съездить к отцу, уточнить, что у него есть по Сафронову, озвучить свои наработки, но сначала — почти дежурная проверка, не было ли среди доставленных в морг тел пропущенной жертвы?

У крыльца стояла машина Кобылкина, снова он в морге. Опять криминальный труп? Но пронесло, свежих убийств не было, а следак сидел в кабинете у судмедов и пил себе чай с печеньками. Ванька тем временем что-то писал.

— Тебе, может, кушетку принести? — ехидно спросил судмед, поглядывая на гостя. — Или каталку из «трупешной» прикатить? А то ты здесь каждый день трёшься, вот и будет на чём спать. Одеялко только своё принеси, а то здесь прохладно бывает.

— Чем дольше ты здесь работаешь, Ванька, — проговорил Кобылкин, — тем более вредным ты становишься. Ещё немного, и станешь Ручкой.

— Как я с тобой ещё им не стал? — Ванька покачал головой. — Чудо, не иначе.

— А где, кстати, сам Ручка? — я поздоровался с ними по очереди.

— Не знаю, — судмед пожал плечами. — С утра психанул и ушёл с пузырём, причём не водки, а спирта. Переделывать за ним всё пришлось, зашил разрез тяп-ляп, ещё и ножницы мои в желудке у жмура оставил. Какой-то он сегодня — совсем не в духе.

— А чего говорил? — поинтересовался следак, с намёком посмотрев на меня.

— Да всякую хрень нёс, — Ванька отмахнулся. — Учебником анатомии в меня тыкал, мол, не соображаю в тканях и органах, а сам сигмавидную кишку от слепой на вид не отличает, умник. Идёт он в жопу, короче, прямо вот в прямую кишку.

— А где он живёт? — вкрадчиво спросил Кобылкин и снова глянул на меня.

— Там посмотри, — судмед показал рукой на календарь. — Где-то на обороте записано.

— Понял, — следак быстро полистал, выдрал лист и ушёл быстрее, чем я успел его перехватить.

Ну, опять что-то мутит Гена Кобылкин. Нет, одного его туда не пущу, а то ещё подкинет чего-то из улик. Если уж смотреть, то чтобы все видели, что там происходит.

Свалил Конь больно быстро, а дядя Гриша уже уехал, я не просил его ждать меня у морга. Вот я на своих двоих и отправился в сторону милиции, и по пути прошёл мимо прокуратуры.

Там, правда, немного удивился. У крыльца только что припарковалась новенькая красная «Ауди», но тачка принадлежала не кому-то из братвы или коммерсантов. Из машины вышла Ирина, она собралась было идти внутрь, и заметила меня.

— Ты где это такую достала? — спросил я, подходя ближе. — Не взятки же берёшь?

— Столько не дают, — она засмеялась. — Это не моя, по доверенности езжу. Дедушка утром привёз, оставил пока, чтобы подумала, где работать буду…

Точняк, совсем вылетело из головы. У неё же дед работает в областной прокуратуре, и там он не бедствует, наоборот даже, живёт на широкую ногу. Всех родственников устраивает к себе, там целая династия уже.

А внучку дед пристроил к нам на первое время, чтобы опыта набралась перед серьёзными делами. И я вспомнил, что в той моей жизни в какой-то момент Ира перевелась в столицу области. Поэтому в первой жизни я её и плохо знал, пересекались мало, только по работе, а потом она уехала — вот так и вышло, чтотолком не познакомились.

И что, подошёл срок? Жаль, если честно, я к ней привязался, да и она ко мне тоже, это видно по глазам.

— Вот и говорит, подумай, — продолжала она. — Если на повышение в область уеду, то подарит насовсем, а пока вот — пробничек, как духи в журнале.

— Хочешь уехать?

— Может, уеду, — Ира повернулась ко мне и хитро улыбнулась. — А может, и нет.

А не хочет она уезжать, это точно. Вот и думает, что ей делать.

— Оставайся, — предложил я и улыбнулся. — Маньяка с тобой поймаем и братву всю городскую закроем. Скучать не придётся. Сан Саныч без тебя сам не свой будет.

— А ты? — она перестала улыбаться и отвернулась. — Если по правде, Паша, ты меня совсем не знаешь. Вот, встретились, познакомились, а теперь вот пора…

— Как это — не знаю? — притворно возмутился я. — Всё я о тебе знаю, гражданка Полежаева Ирина Константиновна. Рост средний, фигура стройная, лицо европейское, крайне привлекательное, — приобнял её за талию и заметил, как в окно на нас стали таращиться помощники прокурора. — Любишь читать Корецкого и Леонова, смотришь ужастики по видику и КВН по воскресеньям, умеешь водить автомобиль, но больше любишь мотоциклы…

— Откуда ты знаешь? — тут же спросила она, с удивлением глянув на меня.

— У тебя журналов с мотоциклами больше, чем у какого-нибудь пацана, я смотрел. Ну и книжки с детективами повсюду лежат.

— Ну ты точно опер, — Ира рассмеялась и снова отвернулась. — Всё у меня дома проверил. И как протокол про меня пишешь. А давай проверим, что ты еще запомнил… какие особые приметы внешности, товарищ старший лейтенант? Только не смотри, — предупредила она.

— Глаза карие, — начал перечислять я, — родинка над губой и под правой ключицей. А ещё…

Точно… вот оно! Это оно, точно. Я понял! Аж на месте замер от озарения.

— Хватит, Паша, ну не на улице, — Ира повернулась ко мне, чуть отстранилась и шутливо пихнула меня в грудь. — Ну ты точно, как ориентировку строчишь… Что такое? Ты чего застыл? — она обеспокоенно посмотрела на меня.

— Я понял, — тихо сказал я. — Как ориентировку… у всех же одно и то же! У них… Ну?

— Ты про что? — она удивилась.

— Да он говорил… профессор, что причина для нас-то бредовая, а для него-то — всё строго по его безумной логике…. погоди, — я тряхнул головой. — Короче, Ирка, я понял, как маньяк выбирает жертв. Надо фотки проверить… убедиться, а то не