Пират - Джин Вулф

— Oui, но драгоценностей там не было, — сказала Новия, зажигая свечи от фонарной свечи.

— Значит, мы столкнулись еще с одной тайной, — сказал я, переходя на испанский. — Но я позвал Бутона главным образом потому, что хочу, чтобы ты опробовала свои маленькие медные пистоли. Ты зарядила их довольно давно, и, возможно, порох отсырел. Морские брызги и все такое прочее. — Я снова перешел на французский. — Вы ведь знаете, как это бывает, мсье Бутон?

Мсье Бутон казался озадаченным, но кивнул.

— И я знаю. Свои пистоли я заряжал не так давно, но, возможно, они тоже не сработают. Мы будем стрелять по межкаютной перегородке — на вид она достаточно прочная. Потом мы все выпьем еще немного вина. Подите скажите Буше, чтобы он не тревожился, когда услышит несколько выстрелов. Потом возвращайтесь сюда. Вы выпьете с нами и поможете нам проверить оружие.

Когда он ушел, я перевел для Новии на испанский то, что сказал Бутону по-французски, хотя она наверняка поняла почти все. Я говорил довольно громко, но, закончив, придвинулся к ней вплотную и прошептал по-французски:

— Когда я выйду, сосчитай до десяти, а потом стреляй.

— Как скажешь, Крисофоро. — Она казалась такой же озадаченной, как Бутон.

Когда Бутон вернулся, я велел Новии вынуть из-за пояса один из маленьких пистолей. Она начала взводить курок, и я заставил ее повернуться и направить ствол в сторону открытого окна. Затем я вышел. Я уже снял обувь и старался ступать по возможности бесшумно. Я вставил ключ в замок второй двери еще прежде, чем маленький пистоль выстрелил.

Темноту в каюте рассеивал лишь свет звезд, проникавший в окно. Тем не менее я разглядел во мраке неясную фигуру значительно ниже меня ростом. Я мгновенно схватил таинственного незнакомца, предположив, что у него может быть пистоль или нож, которыми он воспользуется, коли я не помешаю.

Едва обхватив его руками, я понял, что это женщина, как и говорила сеньора де Сантьяго, причем молодая. Волоча ее по узкому коридорчику в нашу каюту, я сгорал от желания поскорее объяснить Новии и Бутону, какой я умный.

Потом Новия взвизгнула, а женщина, которую я втолкнул в каюту, залилась слезами. Ноги под ней подкосились, и она бессильно осела на пол перед Новией, жалобно стеная и всхлипывая.

Прежде я уже ошибся и тогда снова допустил оплошность. Новия, уже вытащившая из-за пояса второй пистоль, взвела курок и выстрелила, прежде чем я успел помешать ей. Однако я ударил ее по руке, и пуля прошла мимо цели. Треск выстрела заставил девушку, в которую целилась Новия, вскинуть голову, и я увидел ее лицо в свете свечей.

Мне потребовалась целая минута или больше, чтобы переварить увиденное. Это была Эстрелита.

Несколько опомнившись, я откупорил бутылку и налил себе вина. Но потом отдал бокал Эстрелите и велел Бутону (к тому времени он стоял между женщинами) усадить ее в кресло. Он так и сделал, а я усадил Новию в другое кресло, с гораздо большим трудом.

Задыхаясь от рыданий, Эстрелита проговорила:

— Простите меня, сеньора. Я глубоко, глубоко сожалею. Бог наказал меня.

— А я еще даже не начала! — Я совсем забыл про большой складной нож Новии, но он был у нее в руке.

Я велел обеим замолчать.

— Думаю, теперь я все понимаю, — сказал я женщинам. — Возможно, даже больше, чем вы обе. Посмотрим.

Я перешел на французский и сказал Бутону:

— Вы ничего не понимаете. Просто не можете понять.

Он пожал плечами, как умеют только французы:

— Сердечные дела? Ну, я пойду.

— Вы останетесь, — сказал я. — Я не уверен, что сумею справиться с ними обеими в одиночку, а вы уже видели многое. Вы намерены трепать языком?

Он энергично помотал головой:

— Ни в коем случае, капитан.

— Отлично. Мы всё объясним вам. Так будет лучше.

Новия неплохо знала французский и понимала разговорную речь, хотя иногда изъяснялась на французском с великим трудом. Но Эстрелита не знала по-французски ни слова, и потому мне приходилось переводить для нее, пока я не заставил делать это Новию. Все слова Эстрелиты мне приходилось переводить на французский. Подробности перевода с одного языка на другой быстро прискучили бы читателю, поэтому я опущу подобные детали, когда вернусь к описанию нашего разговора.

Глава 18

УЖАСНЫЙ КОРАБЛЬ

Не помню точно, сделал я это незамедлительно или немного погодя, но я заставил Эстрелиту показать нам секретную защелку в стенном шкафу. Это хитроумное устройство по внешнему виду представляло собой деревянный колышек (такого же цвета, как все остальное дерево), служивший вешалкой для одежды, но если надавить на него сбоку, он сдвигался на полдюйма. Когда колышек оказывался в таком положении, плоский стенной шкаф поворачивался на петлях, как огромная дверь, открывая доступ в тайное помещение. Там находились деньги в двух увесистых кожаных мешках, а также сушеные фрукты, вино, пара бокалов, постельные принадлежности и ночной горшок.

Я сказал Эстрелите, что у меня в уме не укладывается, как она успела перенести все это в тайник, прежде чем Ромбо со своими людьми вошел в каюту, и она ответила, что съестные припасы и вино уже находились там. Вот почему тайник имел столь значительные размеры — дон Хосе изначально планировал хранить там вино и продукты, чтобы члены команды ничего не украли.

На одном из мешков была вышита буква «Г».

Я перенес мешки в другую каюту, и мы с Бутоном высыпали содержимое на стол. Восхитительное зрелище: я никогда в жизни не видел столько золота.

— Это принадлежит всем нам, — сказал я Бутону, — всем нашим людям на трех кораблях. Мы поделим деньги в Порт-Рояле.

Он кивнул, но мне показалось, он не слышал моих слов, совершенно зачарованный видом золотых монет. Новия указала на мешок с буквой «Г»:

— Это мой!

— Боюсь, нет, — сказал я. — Будь я сейчас так зол на тебя, как мне следовало бы, я бы отдал тебе мешок и вышвырнул тебя за дверь. Парни снаружи отняли бы у тебя золото, не дав пройти и трех шагов по палубе, а потом изнасиловали бы тебя все по очереди. Но я не собираюсь делать этого, сеньора Гусман. Не ты захватила этот корабль и два других. Все корабли захватили мы, и золото — часть нашей добычи. Тебе положена одна доля.

Новия ошеломленно уставилась на меня:

— Ты догадался!

— После того как ты заявила, что мешок принадлежит тебе? Да, черт возьми. Любой догадался бы. Сядь.

Я уже сидел на одной из коек, и Бутон усадил Новию в кресло. Когда мы сложили золото обратно в мешки, я сказал:

— Ладно, начнем с тебя, поскольку ты первая сбежала из дома. Как твое настоящее имя?