Вектор: Жизнь и смерть - Никита Владимирович Чирков

просто поздороваться, используя не лучшие выражения по понятным причинам. Но не успела она даже закончить мысль, как из центральной двери слева вышел человек. В таком же костюме, как и у нее, но в немного помятом виде. Мужчина вытащил набитую чем-то сумку и, накинув ее на плечо, уверенно пошел вперед, перекрывая яркий свет от столба. Он двигался не спеша, явно уставший, но не раненый, заметных дефектов, влияющих на движения, она не заметила.

Слежка всерьез могла бы быть пронизана тем самым животным азартом, близким по определению к охоте, если бы не несколько крайне важных факторов, превращающих вроде бы знакомое действие в серьезное эмоциональное и моральное испытание. Свете приходилось не только адаптироваться под форс-мажорное окружение, в чем, разумеется не всегда, но все же помогает большой брат, следящий за ней через камеры. Это все техника, она преодолима – а вот то, что объектом слежки были доверенные люди, принять не просто. Разумеется, все это делалось из целей безопасности и самосохранения, ведь ее задача найти первую группу состоялась именно из-за пропажи этих людей. И, как ранее подметил Портер, совершенно неизвестно, какие события происходили с ними последние три дня, как и неизвестно влияние этих событий. Любой бы предположил худшее, зная то, где они провели это время, но для нее не это оказалось проблемой. Глодало ее странное чувство, рождаемое из всего времени проведения на Векторе и неплохого внедрения в близкое окружение последнего человека станции, а именно ощущение того, что она словно заняла сторону врага.

По-хорошему Остин и Питер – это те люди, которым она должна верить и с которыми ее место. Но сейчас она с Портером, который, возможно, причастен к смерти Тони и манипулирует ей в собственных безумных и неизвестных ей целях… Ведь это он подтолкнул ее к тому, чтобы заподозрить в сослуживцах что-то неладное. Не раз перебирая в голове причинно-следственную связь, Света снова и снова приходила к одному и тому же мнению, подтверждающему правоту подозрения Портера: возможно, его она сейчас знает лучше, чем Остина и Питера, а все потому, что это место меняет людей. Самое простое подтверждение опасений состоит как раз в том, что никто из них даже не вышел на связь, не сообщил о личном состоянии, не информировал о статусе задания. Они просто ушли в тень, спрятались в глубине огромной станции, даже не выдав пусть и банальную, но все же ложь, которую можно было бы хоть как-то интерпретировать, – нет, они просто исчезли. Можно было бы ожидать их гибель, влегкую оправдывающую нарушение всех правил, но один точно жив – и уж за три дня мог бы с легкостью найти способ кинуть весточку. И вот она все смотрит за ним и не находит для себя причин или объяснения для тех действий, которые и привели ее с Альбертом сюда. Он ходит так, словно отлично знает станцию, прекрасно ориентируясь, роясь в вещах и ящиках, собирая какие-то материалы, довольно спокойно и уверенно, будто бы время его здесь – это рутина, а мир вокруг отсутствует. Видеть врага в друге – это отличный опыт, который позволяет лучше понимать, как легко может меняться человек, и то, насколько легко проводится рокировка добра и зла. Как раз сейчас она смотрит на вроде бы друга, но почему-то предстает перед ней тот, кому не хочется верить на слово.

Дойдя до столба света, он незамедлительно свернул направо, где уже через несколько метров ушел в левый проход. Света с Портером аккуратно подошли, стараясь не шуметь. Бегло взглянув за угол, она увидела, как он зашел за дверь в конце недлинного коридора. Только она собралась попросить Портера показать ей план этого сектора, как тот уже вглядывался в него. Оказывается, они сейчас в медицинском центре и, пройдя мимо кабинетов врачей, оказались перед палатами, коих вокруг было много. Возможно, это была лишь часть пути неизвестного, но сумка его была уже полна, да и сам он двигался явно более устало, чем в начале пути. Справа была дверь, оказавшись за которой Света посадила Портера на лежавший на полу большой пластиковый контейнер и, не закрывая дверь, позвонила Альберту. Ожидая ответа, она оглядывала это место, видя, как много тут пустых контейнеров, некогда заполненных медикаментами, не говоря уже о взломанных электронных замках сейфов с проноксом, которого, как и всего содержимого других, не было. Все уже давно опустошили, и небольшое помещение в три на три метра сейчас служило доказательством хаоса.

– Слушаю тебя, – Альберт ответил задумчиво, словно она отвлекла его от отнимающего все его внимание занятия.

– У тебя есть здесь глаза?

Тишина, за которой она услышала стуки по сенсорному экрану.

– Нет. Каков твой статус?

– Мы встретили его, проследили, хочу выйти на контакт. Надоело по пятам идти.

– Жду от тебя отчета.

Света выключила связь, поймав сразу же настороженный взгляд Портера. Села на пол рядом с дверью, задумавшись и перебирая варианты в голове, находя самый простой, как самый оптимальный, ибо надоело ей уже все это: охота идти напролом, а не играть в хирургию.

– Значит, так, – начала она уверенно и на адреналине, – Альберт не участвует, значит, будешь ты. Я иду туда, надеюсь, мы ошиблись и они в порядке.

– А если нет?

– Значит, я не зря оставляю тебя здесь, и ты вмешаешься, ясно?!

– Это очень рискованно. Мне не хочется разделяться.

– Держи, если что, рассчитываю на тебя.

Проигнорировав его переживания, Света вручила ему пистолет, несколько удивившись его неоднозначной реакции. Она встала, взглянула на него и молча вышла. Двери открылись так же беззвучно, как и закрылись уже за ее спиной, когда она плавно вошла в первую палату, где вся мебель и оборудование были чуть ли не свалены у дальней стены, и все это под ярким освещением потолочных ламп. Вокруг все еще был небольшой беспорядок, хоть кто-то и пытался расчистить тут более широкий проход к двери справа, куда она уверенно подошла. Возможно, стоило бы крикнуть, даже поздороваться, с усмешкой про себя подумала Света – и только открыла двери, как сразу же пожалела, что опустила оружие, что подошла слишком близко, что на какое-то мгновение расслабила свое внимание…

ГЛАВА 28

То было чудесное время, пропитанное предвкушением чего-то нового, чего-то вполне обычного для большинства людей, но постоянно ускользающего от нее, словно игра в прятки, где удается зацепить глазом лишь блеклую тень, но перепутать которую с ошибкой невозможно. Вот-вот – и, кажется, оно будет чуть ли не осязаемо руками, такое новое и светлое, то ли ключ от нужной двери в желанную жизнь, то ли это и есть сама дверь, найти