Остров Эллис - Фред Стюарт

«Он, действительно, верит в это, — думала она. — Это довольно мило».

Через три дня после того, как Кетлин О'Доннелл примчалась в гараж к мужу, Марко вывел свой грузовик на Западную Двенадцатую улицу, чтобы доставить груз цыплят с Лонг Айленда, когда два вооруженных полицейских преградили ему путь. Марко остановил грузовик и высунулся в окно.

— Эй, что вам надо?

Один из них вытащил пистолет и взвел курок. Он подошел к двери кабины Марко.

— Вылезай, — приказал он.

— Почему? В чем дело?

— Мне надо обыскать твой грузовик.

— Зачем?

— Увидим.

— Подождите…

— Вылезай!

Так или иначе, полицейский был настроен серьезно. Озадаченный Марко вышел из машины. Второй полицейский залез в кузов грузовика. Марко глядел на первого полицейского, который все еще держал взведенный пистолет направленным на него. Собралась небольшая группа зевак. Марко вытащил платок и обтер лицо. Был теплый день, но не настолько жаркий, чтобы заставить его вспотеть.

— Вот! — крикнул, наконец, второй полицейский, вылезая из кузова.

В его руках был джутовый мешок. Он подошел и высыпал на землю кучу фальшивых пятидолларовых банкнот.

— Звонивший был прав, — сказал он другому. — Здесь должно быть фальшивых купюр не менее, чем на тысячу долларов.

Он повернулся к Марко:

— Вы арестованы, мистер.

Марко уставился на мешок.

— Кто подкинул это в мой грузовик? — спросил он.

— Это вы и должны нам рассказать. Пошли.

Марко лишился дара речи.

На следующее утро Джейка вместе с адвокатом впустили в крохотную комнату с высоким потолком в полицейском участке.

— Подождите здесь, — сказал полицейский, указывая на стоявшие стулья.

Два окна, выходившие на Центральную улицу, были зарешечены.

Джейк и адвокат сели. Через минуту другой полицейский привел Марко.

— Я не делал этого, Джейк, — сказал он. — Клянусь Богом, я не делал этого.

— Знаю, Марко. Это твой адвокат. Миллард Уайтхед.

Они пожали друг другу руки. Полицейский вышел. Марко сел за стол.

— Кто-то подкинул этот мешок с фальшивыми деньгами в мой грузовик, а затем позвонил полицейским, — сказал он. — Но кто? Всю ночь я думал об этом. Кто? Кто хочет навредить мне? Ты видишь в этом какой-нибудь смысл, Джейк?

— Нет. Но совершенно очевидно, что кто-то хочет избавиться от тебя.

— Но это не сработает. Ведь правда? Да, они нашли эти деньги в моем грузовике, но они еще должны доказать, что это я печатал их. Верно? Или, по крайней мере, что я пытался передать их кому-либо?

— Боюсь, что им не надо ничего доказывать, мистер Санторелли, — вмешался адвокат. — Потому что, я очень сомневаюсь, что ваше дело вообще дойдет до суда.

— Почему?

— Вы не американский гражданин. По существующим законам, Иммиграционная служба может депортировать вас в любое время по любой разумной причине. Любой намек на запрещенную деятельность и является такой разумной причиной. И я полагаю, что тот, кто подкинул этот мешок к вам в грузовик, хорошо был об этом осведомлен.

Марко побледнел.

— Вы хотите сказать, что они депортируют меня назад, в Италию? — тихо выговорил он.

— Они могут. И боюсь, они сделают это.

Марко посмотрел на Джейка, и его взгляд выразил беспокойство.

— Джейк, они не могут сделать этого со мной! О Боже, после того, как я, наконец, устроился здесь, они не могут отослать меня назад! Джейк, скажи мне, что не могут! Скажи мне!

Джейка убивало то, что он не может помочь своему другу, но он молчал.

Когда Джейк по просьбе Марко позвонил Джорджи и рассказал о случившемся, с ней началась истерика.

— Депортировать? — рыдала она. — Но почему?

Джейк объяснил.

— Но я не понимаю, — проговорила сквозь слезы Джорджи, — кто мог это ему сделать? Почему…

Она сидела на кухне дома своего дяди. Кейзи был на работе, но Кетлин находилась в гостиной. Вдруг Джорджи все поняла.

— Где он сейчас? — спросила она.

— Они перевезли его на полицейском судне на Эллис Айленд. Они намерены держать его там до тех пор, пока не утрясут все формальности с его депортацией. Я очень переживаю, но адвокат, которого я нанял, сказал, что мы ничего не можем здесь сделать…

— Да… спасибо, мистер Рубин…

— Он говорил мне, что вы собирались пожениться…

— Да, и я собираюсь это сделать. Даже если мне придется ради этого поехать в Италию! Извините, мистер Рубин, мне надо поговорить с моей тетей. И спасибо за звонок.

Джорджи повесила трубку. Она знала каждый дюйм на кухне. Сейчас, как она это делала тысячу раз, держась за знакомые предметы, она прошла в гостиную. Слезы градом катились по ее лицу. Кетлин, сидевшая в одном из кресел с Библией в руках, увидела приближавшуюся племянницу. Как и всегда, ее поразила красота Джорджи. И тут она заметила на ее лице слезы.

— Что случилось, дорогая? — спросила она, кладя на столик Библию.

— Зачем вы сделали это? — спросила Джорджи, присев на край дивана. — Вы с дядей Кейзи депортировали Марко?

— Депортировали? — воскликнула ее тетушка. — Я ничего не знаю о депортации…

— Его депортировали. Они отправляют его в Италию, человека, которого я люблю, человека…

Внезапно она смолкла. Кетлин быстро подошла к племяннице и обняла ее.

— Дорогая, дорогая, успокойся, — приговаривала она.

Джорджи оттолкнула Кетлин.

— Это очень жестоко. Это — подло! Я никогда ни на что не жаловалась — даже когда потеряла зрение. Но единственное, чего я желала — был Марко, и вы отняли его у меня.

— Но я не делала этого!

— Ты не любила его — признай это!

— Признаю, я не любила его. Я считала, что он не подходит тебе, и сейчас так считаю. Но депортируют его за то, что он совершил что-то дурное — они бы не стали… она вдруг замолкла. — О Боже!

Кетлин не была чересчур сообразительна, и ей потребовалось несколько минут, чтобы понять, что сделал ее муж.

— О Боже, я депортировала его! Но клянусь, я и не думала об этом… О, Джорджи, прости меня…

— Что ты сделала?

— Когда ты сказала, что хочешь выйти за него замуж, я так расстроилась, что пошла к твоему дяде и попросила, чтобы он выкинул Марко из твоей жизни. Но, Боже, я и не думала, что он совершит такое.

— Тогда позвони ему и скажи, чтобы он вернул все, как было.

Тетушка поспешила на кухню и позвонила в контору Кейзи. Когда он подошел к телефону, она спросила: