Кодекс ордена (СИ) - Емелин Андрей

— Эш… Господин Эш.

На ее спине выступил холодный пот, а взгляд Лаурфа изменился, сделавшись холодным и колким, однако это произошло лишь на мгновенье, и мужчина снова вернулся в прежний образ.

— Да, верно. Так вот Эш был у меня проездом и сказал, что ему как раз нужен слуга на кухню. Франсуа теперь будет жить у него.

— Какая жалость, — Жизель взглянула на Лани и спросила: — Скажите, этот Эш хороший человек? Он не сделает мальчику плохого?

— Он очень хороший человек, — ответила девушка. — Вы можете быть спокойны.

— Жизель, собственно, по этому поводу я и здесь, — сообщил маг управляющей, отвлекая ее внимание на себя. — Я хотел бы взять кого-то еще из детей постарше. Кого ты могла бы порекомендовать?

— Ох, так сразу и не скажу, господин Лаурф, надо подумать, детей сейчас так много. Может вам приглянется кто-то конкретный?

— Нет-нет, — запротестовал маг. — Мне всегда это очень тяжело, ведь выбирая одного я неизбежно отказываю остальным. Избавь меня от этого. Я доверюсь твоему решению и можем прямо сейчас оформить все бумаги, а забрать счастливчика смогу завтра-послезавтра. Пришлю за ним Зенару, она гораздо лучше меня ладит с детьми.

Жизель кивнула и направилась к шкафу возле одной из стен, заваленному множеством стопок документов. Лаурф тем временем обернулся и обратился к Лани:

— Милая моя, отправляйся-ка пока обратно в экипаж, не хочу утомлять тебя скучными процедурами. Выход здесь всего один, ты легко найдешь его, а возница тебя уже очень ждет.

Девушка кивнула и, попрощавшись с управляющей, отправилась обратно к карете. Ей ни о чем не хотелось думать, и единственным желанием было поскорее оказаться в своей комнате и принять горячую ванну, чтобы смыть с себя ту грязь, в которой, как ей казалось, она только что измазалась с ног до головы.

Дверь в экипаж не запиралась, а потому Лани быстро оказалась внутри и села обратно на свое место. Неожиданная мысль кольнула огнем ее сознание. Она перевела взгляд на столик, на котором остался лежать кинжал, и замерла.

Ей немедленно вспомнился урок, полученный когда-то от старого антима, о том, что беспечность и самоуверенность врага можно и нужно использовать против него, наравне со сталью меча и магией. Пальцы девушки почти уже коснулись темной янтарной рукояти, но она остановилась.

Нет, Лаурф определенно не был беспечным человеком. С него станется заранее защититься магией или попросту приказать вознице обыскать девушку и отобрать кинжал. И тогда новое касание Хашсаала последует уже неминуемо.

Но все же соблазн был так опьяняюще велик — убить проклятого паука, выжрать его кокон и бежать, неважно, как и куда, главное подальше от этого жуткого места.

Лани боролась с собой несколько минут, потеряв счет времени.

Вдруг дверь в карету распахнулись, и она увидела Лаурфа, внимательно рассматривающего ее со странным выражением лица. Она тут же подобралась и села ровно, чуть потупив взгляд, как обучала их Зенара. Маг лишь хмыкнул, а затем неспеша сел обратно на свое место.

— Ты удивляешь меня, львенок. Приятно удивляешь. Жаль только, что твои успехи строятся не на принятии своего положения, а на умненькой головке, — он задумался и поднял со столика кинжал. — Ты ведь его даже не коснулась, верно? А ведь могла бы взять в руки, дождаться моего возвращения и попытаться убить.

Он замахнулся, резко вонзил себе лезвие в грудь и захохотал.

Лани изумленно смотрела на то, как покрытая узорами сталь кинжала выходит из груди мага, не оставив следов даже на его одежде.

— Готье очень умелый рунер, львенок, не хуже нордских мастеров. Он мог бы давно уехать отсюда в столицу или Анору и зарабатывать там большие деньги на своем искусстве зачарования вещей. Если бы не одно, но — я ему не позволяю, — Лаурф с улыбкой взглянул на девушку и объяснил: — Кинжал так хитро зачарован, что не может причинить мне вреда. Что же до тебя…

Он крепко ухватился за рукоять и вонзил оружие Лани прямо в живот. Девушка вскрикнула и зажмурилась, выгнувшись всем телом, однако боли не было.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— То он так же совершенно безопасен. Им вообще невозможно убить, будет проходить сквозь тело и одежду. Удивительно, не правда ли?

Лани силилась ответить, но не могла, уроки Зенары о том, как сдерживать слезы не помогали, и девушка с ужасом поняла, что начинает плакать. Не в силах сопротивляться переполняющим ее чувствам, она согнулась к коленям и зарыдала конвульсивными всхлипами, ожидая теперь неминуемого наказания.

Однако, рука высшего мага мягко опустилась ей на спину и Лани услышала его голос:

— Правильно, поплачь. Иногда это нужно, но так чтобы никто не видел. Ты ведь думаешь, что я чудовище, воплощение всех демонов на земле, — он усмехнулся и принялся играть пальцем с локоном ее волос. — Правильно. Продолжай так думать. Ненавидь меня, а твой господин станет тем, кто тебя от меня избавит. Помни, что он лишь зритель на арене, а зрителю не нужно знать как дрессируют львов, иначе они станут для него жалкими и не интересными. Ты прошла свое испытание, поздравляю. Через три недели у тебя начнется последний этап обучения, в котором ты научишься доставлять своим телом максимальное удовольствие мужчинам. В твою комнату уже доставлены книги об этом, изучи их как следует, Зенара будет задавать тебе вопросы каждый день. Ну а с первым днем весны у тебя начнется практика. Очень много практики. Ведь весна, это пора любви. Верно, Лани?

— Да, господин Лаурф, — ответила Лани сквозь слезы и натянула на лицо фальшивую улыбку.

Она лежала на кровати в своей комнате и молча смотрела в темный потолок. Он чем-то напоминал собой ночное небо, лишенное звезд и мировых колец, небо, которое никогда не увидит рассвета, ярких лучей солнца и нежных белых облаков. Лани подумалось, что именно таким и должно было быть небо над этим местом.

— Где же ты, Инс? — одними губами прошептала девушка. — Ты больше мне не снишься… Или я просто перестала видеть сны? Это обидно, я ведь могла в них хоть немного отдохнуть, побыть где-то еще, — она ненадолго задумалась, вспоминая что-нибудь из прошлых своих сновидений, где ей являлся лисенок. — Пусть даже во сне мы и оказывались с тобой в какой-нибудь жуткой норе. Хотя… Может мои сны стали слишком мрачными и пугающими, вот ты от меня и ушел?

— Про нору это был не совсем сон, — раздался спокойный, даже чуть скучающий голос со стороны стола.

Лани вскочила с кровати и увидела духа, сидящего в облике лисенка на ворохе пустых письменных конвертов.

— Ты пришел! Я столько раз тебя звала, почему ты не появлялся?! — она радостно подбежала к нему, и замерла.

— Прости, а можно тебя погладить? Просто я так рада тебя видеть! Так, где же ты был?

— Как много вопросов, — серьезно сказал дух и переступил пушистыми лапами на месте. — Начнем разматывать с конца этот клубок. В других кольцах некоторое время, но там нельзя задерживаться надолго. Потом в своем кольце, так как мне нужно было… в вашем языке подходят только слова вырасти или отдохнуть. Кстати, погладить можно.

Девушка улыбнулась и, опустившись в кресло, коснулась мягкого теплого меха.

— А почему ты сказал слово «вырасти»?

— В чужих кольцах, пока ты жив, приходится расходовать себя или силу элирия. Есть такой занятный синий минерал, если ты не знала. Ваши рунеры обычно с ним работают. Поскольку элирия мне взять негде, я израсходовался там… У вас не существует подходящих единиц измерения, но считай, что песчинку разделили тысячу раз. Вот до такого размера. Поэтому пришлось долго восстанавливаться.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— А что ты делал в этих мирах?

— Тебе пока не стоит знать. Но дел было не мало.

— Так ты общался там с демонами?

— Нет.

— С ангелами?

— Нет.

— Так… Значит с душами мертвых людей?

— Нет. Ты могла бы просто спросить с кем.

— Ну хорошо, с кем ты там общался? — с улыбкой сказала Лани продолжая поглаживать шерстку Инса.

— Не скажу, — ответил лисенок и фыркнул, изображая смех.