Кодекс ордена (СИ) - Емелин Андрей

— Да, что же ты Этторе, к чему все это? — удивленно проговорил Вилфрид.

— Друг мой, я хочу провести над тобой темный ритуал. Я призову демона, ты примешь договор и станешь магом, пользуясь твоей силой мы сможем выбраться отсюда.

Вилфрид молчал и Эш прикрыл от стыда глаза, несмотря на непроглядную темноту в их камере.

Молчание друга казалось ему бесконечным хотя и длилось всего несколько секунд. Наконец, Вилфрид тихо ответил:

— От игумена церкви святого круга до беглого преступника и не зарегистрированного мага, которого храмовникам дозволяется убить на месте. Наша дружба действительно не способствует взлетам моей карьеры… Но почему я?

— А кто еще из здесь присутствующих сможет лучше совладать с собой, не поддастся соблазнам демона и не станет в итоге одержимым? — сказал Эш и на сей раз Вилфрид ответил быстро.

— Я понял тебя и согласен на все. Что мне нужно делать?

Пепел от множества прогоревших факелов выпадавший из ниши в стене, послужил краской, которой Эш наносил на каменный пол камеры затейливые рисунки из десятков сложных символов и линий.

Кусок тем временем собрал пятерых заключенных на одних нарах и очень убедительно объяснил им, что шуметь ни в коем случае не стоит.

Что же до Вилфрида, то он сидел на своей лавке и медлил.

Каприна — демонесса похоти и животной страсти, покровительница сексуальных измен, была очень непопулярна среди магов, так как давала им крайне узкий набор заклинаний иллюзий и более ничего. Но при этом ритуал ее вызова являлся одним из самых простых в подготовке, требовавших, помимо знаков призыва смешать кровь, кал и сперму будущего мага.

Если с первым и вторым проблем у Вилфрида не возникло, то, по понятным причинам, получение последнего ингредиента оказалось весьма затруднительно. И дело было даже не в стеснении, просто не так-то легко думать о чем-то фривольном, когда твоя душа вот-вот окажется навсегда привязанной к адским чертогам.

Потому Эш не спешил и уже нанеся все знаки, перепроверил себя, пройдясь золой по полу второй раз.

Наконец за спиной антима раздались шаги друга, и он услышал его тихие слова:

— Все готово. Мысли о жене… Все здесь, в миске.

— Становись сюда, вставай на колени и замри, поставив миску вот на этот знак, — сказал ему Эш и направил товарища к нужному месту. — Пока не услышишь голос демонессы не предпринимай никаких действий, она станет говорить с тобой на своем языке, но ты поймешь каждое ее слово и отвечай на все ее вопросы «да». Все остальное, чему учат теперь в академиях просто красивая мишура, она не обязательна. Больно тебе не будет даже когда демонесса оставит на тебе свой знак. В общем-то это все. Ты готов?

— Вот так уже сразу? — спросил храмовник.

— Медлить нам не стоит, — ответил Эш и Вилфрид, тяжело вздохнув, припал к холодному каменному полу.

Антим вышел за пределы круга и, коротко глянув на притихших заключенных, начал нашептывать слова призыва демонессы.

Для обычных людей они являлись обыкновенным набором звуков, однако способности антимов, позволяли различать даже речи демонов, так что Эш знал, что говорит сейчас о покорности, о разрыве границы меж мирами и о том, что душа «безумца» готова стать кормом для «величайшей сущности».

Он повторял все сказанное снова и снова, ровно тринадцать раз, пока миска в руках Вилфрида не задрожала и не раздался слабый, отвратительный скрежет, словно тысячи мелких когтей царапали рядом стекло.

В следующее мгновение камеру обдало ледяным, пробирающим до костей порывом ветра, сменившимся удушливым теплом. Привычная вонь в их камере заполнилась трупным запахом вперемешку с запахами секса и испражнений, а затем предстала она.

Двухметровая безголовая женская фигура с неестественно длинными руками едва умещалась в камере. Кожа демонессы иссиня-черная и гладкая напоминала агат или отшлифованный до блеска турмалин, и по ней непрерывно ползали десятки шипящих змей.

Не смотря на темноту вся она виделась отчетливо, будто бы находилась сейчас в другом месте и лишь отправляла сюда свой образ. Фигура демонессы непрерывно слегка подергивалась, резкими конвульсивными движениями, и казалось, что она то и дело испытывала боль, или напротив, получала оргазм.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Один из заключенных стал тихо мычать от страха и Эш услышал, как Кусок влепил ему миской по голове.

— Желаешь получить мою силу смертный? — эхом прокатился по камере скрипучий потусторонний шепот.

— Да, — тихо ответил Вилфрид.

— Ты жалкий кусок дерьма! Ты понимаешь, что я сожру твою душу, когда ты сдохнешь?

— Да.

— Значит ты готов к обмену, хочешь обрести могущество и научиться манипулировать мыслями других?

— Да.

— Так знай же, что чем чаще ты используешь мою силу, тем могущественнее ты станешь! Пользуйся ей! Пользуйся всласть! Все вокруг примутся плясать и плакать по твоей воле, любые женщины отдадутся тебе, а их мужчины заколют самих себя, если ты им велишь. Ты готов обрести такую мощь?

— Да.

Внезапно демонесса странно извернулась и Эш почувствовал, что что-то в ритуале пошло не так. Каприна словно принюхивалась без помощи головы и ощупывала без помощи рук пространство вокруг себя.

— И ты здесь непроклятый?! — услышал Эш ее слова и понял, что они обращены уже к нему. — Долго же ты будешь бродить среди туманов, ох и долго!

Демонесса отрывисто засмеялась, а затем протянула руку в сторону Вилфрида и закончила:

— Да будет так смертный. Прими же мою метку и силу в обмен на свою бессмертную душу.

— Да, — снова ответил Вилфрид и демонесса тут же исчезла.

— Она успела тебя коснуться? — спросил антим друга и увидел внутри него пустую мистическую сферу.

— Я не понял, Эш. Вроде бы да, но я ничего не чувствую.

— Все в порядке. Я вижу, что ты стал магом, в ближайшее время Каприна явится тебе во сне и научит своему первому заклинанию.

— А что же до того? — удивился Вилфрид.

— Мы не будем этого ждать, дружище, я и так знаю все чему она сможет тебя научить.

— Так мы готовы уходить? — спросил Кусок. — Жду не дождусь, когда смогу напиться браги после того, что видел.

Эш услышал, как по коридору движется тюремщик и сказал:

— Да, готовы. Объясняй остальным, что к чему.

Кусок не стал придумывать для заключенных, которым предстояло остаться, хитрых историй, а просто сказал, что когда окажется на свободе, то постарается их вытащить. Но если кто-то поднимет шум, то он, Кусок, по возвращении в камеру лично забьет каждого до смерти своей миской.

Возражений не поступило и Эш, затерев ногой рисунки на полу, потянулся сознанием к мистической сфере Вилфрида.

Заклинание «контроль разума» было распространенным у многих демонов, дающих своим магам способности связанные с иллюзиями. Оно требовало мало сил и позволяло на короткое время подчинить тело человека своей воле, хотя заколдованный продолжал осознавать происходящее, но не мог противиться приказам мага.

Антим стукнул несколько раз по дверце кормушки и Кусок зычно произнес:

— Эй тюремщик, есть разговор про хорошие деньги. Передашь послание на волю?

— Чего ты там, бормочешь, бродяга? — раздалось из-за двери, и кормушка отворилась.

Эш тут же отправил контроль разума в цель и велел тюремщику отпереть их дверь. Через несколько секунд тот зазвенел ключами и их план сработал.

Раздев его, они переодели Вилфрида, более подходящего по комплекции под одежду тюремщика, и Эш применил заклинание с незамысловатым названием «глубокий сон».

Они двинусь дальше по коридору и отворили ключом большую дубовую дверь. Помещение за ней оказалось чем-то вроде комнаты для досмотров и трое дежуривших там охранников также отправились спать. Прежде чем продолжить путь Эш повел их через узкую железную дверь ведущую на склад. Порадовавшись педантичности охраны он отыскал на полке с номером девяносто четыре свои вещи среди которых была старая мантия и мешочек с трофеями магов. Сокрытого меча там не оказалось, потому как после засады на их отряд, оружие приняли за обычную палку, отчего оно так и осталось лежать на месте битвы.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})