Пилот особого назначения - Александр Зорич

– Слушаюсь, господин адмирал.

– Доложите прогноз по хронометражу.

– Пять минут для выхода на позиции. Пять минут на старт планеров. Семнадцать минут на приземление. Полагаю, еще через полчаса "Атуран" доложит, что периметр чист.

– Итого, почти час?

– Так точно.

– Начинайте действовать!

В этот момент голографическая фигура над панелью связи пошла рябью. Корабль ощутимо качнулся, так что капитан был вынужден упасть в кресло и схватиться за подлокотники. Освещение замигало.

– Что у вас происходит? Что со связью? – раздраженно сказал Дэвед.

– Минуту, господин адмирал...

Командирский экран сообщил, что авианосец получил сразу две ракеты. Одна протаранила борт. Вторую повредили огнем зенитных пушек, но она успела подорвать БЧ в двух сотнях метров от корабля, подарив на прощание плотный сноп осколков..

Посыпались доклады о повреждениях. Корабль оставался в строю. Но, дэвы вас разорви, все стыковочные узлы стартовой стрелы правого борта оказались повреждены или обесточены!

– Мы приступили к ремонту... – доложил капитан в конце грустного рапорта.

– Когда стартуют планеры?!

– Сейчас егерей переводят на запасные машины на левый борт, затем мы выполним новое прицельное ориентирование...

– С вас живого мало толку! – отрезал адмирал Дэвед и связь оборвалась.

– Я же докладывал в декабре свои соображения, что в нашем плане заложены чересчур оптимистичные оценки наряда сил, потребного для гарантированного подавления стратегической ПКО Махаона. – Всё это капитан проговорил в мертвую панель связи. Проговорил для протокола, на мостике велась непрерывная запись.

Да, Ардашир Дэвед зря упрекал капитана. Они действовали в строгом соответствии с планом.

Две роты спецназа "Скорпион", рейдовый отряд суперспецназа "Асмару", две сверхсекретные группы акселерированных наотарских василисков...

Все эти немаленькие силы, доставленные на Махаон планерами, малозаметными модификациями флуггеров "Ларх" и даже в тайных помещениях транспортно-пассажирских звездолетов накануне войны, были задействованы против тридцати пяти ключевых объектов стратегической ПКО планеты. Нейтрализации подлежали два командных пункта, три узла связи, пять радарно-оптических станций раннего оповещения, пять стрельбовых радаров, двадцать ШПУ ПКО – шахтных пусковых установок ракет "поверхность – космос".

Однако акселерированные василиски, на которых возлагалось столько надежд, выступили на удивление бледно. Похоже, русские откуда-то знали исчерпывающе полные характеристики проводимых этими воистину демоническими существами нейрооптических атак, парализующих деятельность центральной нервной системы человека. А главное: русские имели сведения о самой возможности подобных атак!

Поэтому василиски не смогли чисто проникнуть ни на один объект. Ценой гибели первой группы в полном составе был подорван узел связи, второй группе акселератов удалось частично вырезать запасной командный пункт ПКО Махаона. Но это были лишь сорок процентов из отведенных им целей!

Примерно в той же пропорции выступили и "Скорпион" с "Асмару".

Диверсанты не смогли вывести из строя стационарную ПКО как единый живой организм, а тяжелые мобильные ракетные комплексы отчего-то заблаговременно сменили позиции, уйдя от конкордианского главного калибра. Теперь они гвоздили по орбитальным целям и громоздкий десантный авианосец мог избежать попаданий только вмешательством лично Ахура-Мазды.

Егеря суетились во чреве ангарной палубы, а в это время пять десантных транспортов получили приказ начинать высадку.

Бой начался внезапно.

Чуткие пассивные радары отслеживали приближение клонских транспортов. Дивизия выдвинулась практически в посадочный створ. Бронетранспортеры стояли в тылу, самоходная артиллерия на флангах, танки в первой линии – всё как положено.

Четвертый батальон только что завершил маневр и теперь бойцы лежали в снегу. Меж них лежал и Ахилл Мария, всматриваясь в тесный лесной горизонт. Заработала рация:

– Готовность ноль! Код "Азов"!

– Приготовились! – прошипел эрмандадовец на батальонном канале.

Просыпался град докладов.

– Рота один, готовность!

– Рота два, готовность!

– Рота три, готовность!

Вот они: россыпь зеленых маркеров на тактической карте...

– К бою! – забрало отсекло Ахилла от холода и свежего ветра.

На лицо упала зеленая сетка виртуального пространства боевой тоталитарности. Отныне он – часть единого организма. По крайней мере, пока работает связь, сшивающая раздельные жизни в единый рой.

"Имя нам легион, потому что нас много, – вспомнил комбат евангельское слово. – Впрочем, это ненадолго."

По тактическому планшету ползли к земле пять жирных красных меток – конкордианские транспорты.

Вскоре их стало видно невооруженным глазом – четыре дельтавидные призмы и П-образная коробка на колоннах пламени. Секунду они пачкали горизонт, а потом рухнули в зеленое море. Дистанция – два километра!

"Чего же мы ждем?!"

Земля закачалась. Активные демпферы украли звук, но всё равно: загрохотало, зарычало, забабахало! Артиллерия в работе!

Баллистическая траектория вынесла стаю снарядов к целям за доли секунды. И тогда над лесом встал дым. Логика была понятна: накрыть транспорты в самом уязвимом состоянии – на посадке. Легкие средства ПКО полка не могли им серьезно повредить, чего не скажешь о 180-мм самоходках. Все они били по мишени, опознанной как тип "Элан-Б" – танкодесантный транспорт. Нельзя дать развернуться броне!

Тем не менее, проклятый "Элан" смог сесть. Он, несомненно, был тяжело поврежден, но танки довез. Значит, атака? Пока враг не опомнился?

– Внимание, выдвигаемся!

Атака...

Километр пролетели, как на крыльях.

Впереди мчалась лавина из шестидесяти четырех машин, прикрытых полком пехоты и самоходками с флангов. В тылу ворочались БТРы, чтобы, если что, обеспечить отход, или поддать жару из своих скорострельных 53-мм автоматов, спаренных с тяжелыми пулеметами.

Бой в лесу страшен.

Махаонские кедры стоят относительно редко и не дают разрастаться подлеску – то есть танки могут пройти. Однако могучие древесные столбы закрывают горизонт и позволяют бить только прямой наводкой и только в упор! Бронированные динозавры, умеющие за тридцать кэмэ уложить снаряд в форточку, низведены до роли древних коробок, бивших только то, что видят!

– Не растягиваемся! Не растягиваемся! Дистанция в звеньях три метра, между звеньями – пять! – Ахилл Мария извлек из памяти давние наставления по тактике.

Как раз вовремя. Его бойцы, не привыкшие к лесу, начали разбредаться в стороны.

А в это время зеленая стена танковых меток на экране соприкоснулась с красным рубежом. Впереди родился рокот – это заговорили пушки. Что там творилось эрмандадовец не мог и представить. 140-мм танковые орудия на пистолетном расстоянии в пятьдесят-сто метров! Дальше не позволяла стрелять лесная гуща.

– Батальон 4, на месте! – Подполковник Лихтер остановил порыв эрмандадовцев. – Ахилл, ждите! Выдвижение только по моей команде!

– Батальон! На месте! – Отрепетовал тот.

Бойцы быстро разобрались и попадали за деревья, кочки и мощные корневища, чтобы лишний раз не подставляться.

Сквозь занавес снегопада в щедрой вертикальной штриховке кедровых стволов играла иллюминация. Вспышки, сотни вспышек, отблески и зарницы красили белый мир в цвета войны: багровый, красный, алый.

И грохот.

Тонны силумита и оружейного жидкого пороха.

От их ярости не спасали даже активные наушники с каскадным подавлением шума.

– Комбат 4! Транспорты разворачивают орудия! Сейчас будет барраж! Вперед! Быстро сваливайте! – Закричала рация. – Охват фланга первого батальона! Вперед!

Стало быть, клонские комендоры проснулись...

Растворялись шахты, на легких корпусах оживали ракетные установки. Артиллерия десантных транспортов готовилась поддержать своих. К слову сказать, это была типично конкордианская особенность: иметь на десантных транспортах внушительную номенклатуру ракетных и артиллерийских установок. Во флотах России и Южной Америки была другая концепция десантной операции и потому транспорты рассматривались строго как высадочные средства, а все функции огневой поддержки возлагались на мониторы специальной постройки и боевые флуггеры.

Ахилл Мария отчетливо понял, что сейчас будет. Клоны не могут бить по линии соприкосновения, боясь накрыть собственную пехоту. Но вполне в состоянии попортить жизнь резерву атакующих.

Сейчас на позиции обрушится град термобарических боеприпасов! Спасение только впереди – там, где идет дичайшая рубка.

– Батальон, слушай мою команду! – даже не закричал, завыл, выстукивая на планшете направление атаки. – По второму маршруту!.. Бегом!.. Марш!