Брак на пари - Джейн Эшфорд

…Вечер в целом прошел без происшествий. Музицировали, играли в карты, беседовали. К одиннадцати часам большинство гостей разъехалось. Колин с Эммой тоже собрались домой, как вдруг в дверь резко позвонили. В прихожей раздались взволнованные голоса.

— Кто это там в такой час? — вслух подивилась Каролина.

В следующую секунду в гостиную влетела ее мать.

— Случилось нечто ужасное! — вскричала она. — Завтра об этом узнает весь Лондон!

— Что? — спросила Каролина. — Мама, у тебя совсем растрепались волосы.

Это само по себе уже было ужасно. Каролина привыкла видеть мать идеально причесанной.

Колин усадил мать на диван. Лорд Ротем принес бренди.

— Нет-нет. Я ничего пить не стану. Нам надо решить, что делать.

— Что же произошло? — со страхом в голосе спросила Каролина.

— Вы не даете мне сказать, — огрызнулась ее мать и свирепо воззрилась на Эмму.

Другие тоже вопросительно поглядели на нее. Не зная, в чем дело, Эмма спокойно выдержала взгляд свекрови.

— Старшая дочь герцога Морленда сегодня вечером надела белое платье, легла в постель поверх одеяла и приняла смертельную, по ее мнению, дозу лауданума.

Эмма похолодела.

— Я говорю по ее мнению, потому что она заранее позаботилась о том, чтобы ее тут же нашли и привели в чувство, — добавила баронесса. — А перед этим она разослала письма трем своим близким подругам, объясняя, что побудило ее на этот отчаянный шаг.

У всех был озадаченный вид.

— Это, конечно, ужасно, — сказала Каролина, — но…

— …но мы-то здесь при чем? — закончил за нее муж. — Скверная, конечно, история, и очень жаль девушку и ее родителей…

— В письмах она утверждает, что расстается с жизнью, потому что Колин нарушил обещание жениться на ней.

— Что?! — воскликнул Колин.

— Она также пишет, что говорила с новой баронессой Сент-Моур, и что эта встреча ее убила. Что вы с ней сделали? — спросила она Эмму.

Все повернулись к Эмме.

— Нарушил обещание жениться? — сказал Колин. — Я ее даже не помню.

И он тоже посмотрел на Эмму, припомнив их разговор в библиотеке.

— Не помнишь? — негодующе спросила баронесса. — Ты не помнишь леди Мэри Дакр?

Колин скривился:

— Она что, одна из тех многочисленных девиц, что ты мне подсовывала?

Баронесса встала, подошла к сыну и вперила в него негодующий взор.

— Леди Мэри Дакр, — отчеканила она, тыча пальцем ему в грудь, — одна из тех девушек, за которыми ты, чтобы досадить мне, делал вид, что ухаживаешь. Ты катал ее в коляске, посылал ей цветы, танцевал с ней. И не притворяйся, что ты ее не помнишь.

Колин с несколько смущенным видом отступил на шаг.

— Я ухаживал… за многими из них.

— Только чтобы позлить меня, — горько сказала его мать. — Чтобы посеять во мне надежду, а потом убить ее.

— Чтобы убедить вас перестать вмешиваться в мою жизнь, — отрезал Колин. — А эта леди Мэри, видимо, не в своем уме. Если бы у нее были мозги, она не приняла бы это всерьез. Другие же леди не приняли.

Встретив сопротивление Колина, его мать набросилась на Эмму:

— Ну, так что вы с ней сделали?

— Да ничего, — спокойно ответила Эмма. — Сегодня утром она стояла возле нашего дома. Она обвинила меня в том, что я украла у нее Колина. Сказала, что он собирался сделать ей предложение, но им пришлось уехать в поместье.

— Чушь какая-то, — заметил Колин.

Когда леди Мэри пообещала ей испортить жизнь, Эмме и в голову не пришло, что та устроит такой впечатляющий спектакль. Она вдруг почувствовала, что дрожит.

— Ясно, что у нее не все дома, — сказал Колин. — Мне ее, конечно, жаль, но нас с Эммой это не касается.

— Не касается? — крикнула баронесса. — Ты что, идиот? Половина тех, кто услышит эту историю, поверят, что ты ее бросил и женился на Эмме, и что Эмма посмеялась над ней и довела до самоубийства. А другая половина решит, что дело зашло еще дальше. — Баронесса прижала кулаки к щекам и со стоном проговорила: — Этого только не хватало, будто и без того мало сплетен о твоей женитьбе. Наша семья опозорена навеки.

— Мы будем всем говорить, что это неправда, — сказала бледная Каролина, стоявшая рядом с мужем.

— Конечно, мы это будем говорить, — взорвалась ее мать, — но нам никто не поверит. Чем больше мы будем все отрицать, тем хуже нам будет.

— Мы вообще будем игнорировать эту дурацкую выдумку, — сказал Колин. — Она даже недостойна того, чтобы ее отрицать.

Его мать застонала:

— Ее письма получили дочери двух графов и виконта. Уж они-то, конечно, ей поверят. Что-то надо делать.

Эмма дрожала — не от огорчения, а от ярости. Руки, лежавшие у нее на коленях, стиснулись в кулаки. Как смеет эта девчонка наговаривать на Колина? А еще уверяет, что влюблена в него. Эгоистка! Неужели она не понимает, что его перестанут считать порядочным человеком?

Заметив, как расстроена Эмма, Колин взял ее за руку и заставил встать.

— Мы едем домой, — объявил он. — А об этом поговорим завтра, когда соберемся с мыслями.

— Завтра молва разнесет эту историю по всему Лондону, — возразила его мать.

— Не знаю, как мы это можем предотвратить, — ответил он и взял Эмму под руку.

Заботливость, которую Колин проявлял к жене, окончательно вывела баронессу из себя.

— Это она во всем виновата! — крикнула она. — Если бы не она, ничего этого не случилось бы.

Колин резко обернулся к матери и буквально прорычал:

— Замолчи! Чтоб я таких слов больше не слышал! Тебе понятно, мама?

— Если бы ты не вздумал на ней жениться, мы…

— Если бы я не женился на Эмме, я, может быть, уже свернул бы тебе шею. Говорю тебе, мама, оставь эту тему!

Баронесса вытаращила глаза. Прежде чем она придумала достойный ответ, Колин вышел из гостиной и повел Эмму вниз по лестнице. Через несколько минут они уже сидели в карете, которая дожидалась их у подъезда.

— Ты веришь, что у меня с этой девчонкой ничего не было? — спросил он Эмму, когда карета тронулась.

— Да, — почти рассеянно ответила Эмма.

Она вспоминала свой разговор с леди Мэри, ломая голову, как можно было предотвратить эту катастрофу.

— Почему ты не рассказала мне подробно о вашей встрече?

— Мне казалось, что это не так уж важно. Разве я могла предположить, что она учинит такое?

— Нет, она точно свихнулась, — сказал Колин. — Может, предложить отправить ее в Бедлам[5]?

Эмма не ответила. Она мучительно пыталась придумать выход из создавшегося положения.

— Можешь быть спокойна, — сказал Колин, — я не дам тебя в обиду.

У Эммы глаза налились слезами. Ему самому грозит потеря уважения света, которым он так дорожит, а он думает о ней и о том, как ее защитить. Но она не позволит, чтобы женитьба на ней навлекла на него позор.