Недомерок - Седых Глеб

Прежде чем я успел прийти в себя и включить сеть ускорения на полную мощность, два моих противника успели оставить несколько кровавых отметин на моем теле. Но стоило только перевести сеть в максимальный режим, как я рванул к лежащему на земле щиту и подхватил его левой рукой. Закрывшись от очередного удара фламберга, я что есть силы оттолкнулся от земли и буквально впечатал нижнюю кромку щита в живот противника. От удара враг согнулся и выронил двуручник, а изо рта у него выплеснулся фонтанчик крови.

Только ударив, я понял, что совершил глупость, так как верхняя кромка щита со всей силы ударилась о мои ребра, а левая рука, держащая щит, безвольно повисла. Недолго думая, я подхватил упавший фламберг правой рукой и прыгнул влево, уходя от удара копьем. Ответный выпад двуручника копейщик уже не успел сблокировать и завалился, зажимая рваную рану на животе. С последним мечником, который стоял с растерянным выражением на лице, я уже не церемонился. Подойдя сбоку, просто опустил меч на его голову, благо о шлеме хозяин бойца не позаботился. Видимо, рассчитывал, что двое тощих ускоренных меня сольют раньше.

Только выйдя из ускорения, я в полной мере почувствовал боль в переломанной руке и ребрах. Ноги просто не держали меня и норовили согнуться в горящих коленях. Из последних сил я сделал несколько шагов, стравливая накопленную силу через подошвы, но уже почти у самой решетки завалился на песок.

— Вот так все и было. Эти доходяги чуть не сделали из меня фарш! Я до сих пор не могу понять, как они умудрялись так быстро двигаться? Если бы не твоя сеть ускорения и мои постоянные тренировки в контроле силы, то лежать мне сегодня на песке, пуская животом кровь. Этот засранец с фламбергом почти достал меня.

— Да уж. Теперь мне все понятно, — Оргел присел на табурет и ухватился за подборок, задумчиво почесал его и посмотрел на меня. — Твой любимый орк правильно говорил, что есть бойцы и посильнее тебя. Вот только он забыл упомянуть, что любого середнячка можно кратковременно сделать очень опасным бойцом. И для этого не потребуются магические способности или долгие тренировки. Достаточно одного зелья, которое чаще всего называют эликсиром «Последнего шанса».

— И что это за эликсир? И почему он так необычно называется?

— Все просто, Ден. Это зелье изобрели в давние времена, когда была война всех и со всеми. Изобрели его дроу. Употребив зелье, разумный на несколько саний превращается в боевую машину. Скорость, сила и почти полная нечувствительность к боли. Вот только есть один большой минус — несколько саний боя — и разумный просто умирает от истощения. Человек выдержит десять-пятнадцать саний, эльфы до двадцати, дроу саний двадцать пять, примерно столько же гномы, орки на десяток саний больше. Вот именно из-за такого эффекта и назвали это зелье «Последним шансом». Его давали бойцам, когда уже не оставалось надежды на победу и выживание. Кто откажется забрать с собой на тот свет несколько десятков врагов, если все равно помирать?

— Да уж. Обрадовал ты меня. Значит, мои противники все равно бы умерли, даже если бы победили?

— Не сразу, но умерли бы точно. Изначально эликсир убивал сразу, но позже его немного изменили, что позволило растягивать последствия на длительное время при определенных дозировках. Твоих противников явно поили мизерными дозами, поэтому они выжили, но были такими худыми. Если правильно рассчитать дозу и максимально сократить время действия зелья, то разумный сможет провести несколько боев. Но все равно зелье окажет разрушительное действие на организм, и употребивший не проживет больше года. Эти двое все равно бы умерли, но перед этим успели бы выиграть еще несколько боев. Учитывая, что они дошли до здешней арены уже истощенными, то могу предположить, что десяток предыдущих схваток они провели под действием зелья. Кстати, тебе еще повезло, Ден, что доза у них была минимальна. Если опытный и тренированный боец употребит полную дозу, то может потягаться в скорости с сильным маннасом.

— Ладно, я все понял. Впредь буду знать, что следует остерегаться таких доходяг. Тем более теперь я знаю, как их определять. Лучше скажи, сколько тебе потребуется времени, чтобы поставить меня на ноги.

— Ну, — гоблин встал и подошел вплотную к моей лежанке, — на ноги я тебя поставлю к завтрашнему дню. Вот только лечиться тебе еще не меньше двух восьмиц. А Лоскеру я сказал, что тебя нельзя выпускать на арену три восьмицы. Так что отдохнешь, отъешься, придешь в форму. И прошу тебя, больше не пытайся использовать ускорение на полную мощность дольше сании. Твой организм может не пережить еще одного такого истощения. Ты бы знал, как я испугался, когда тебя принесли. Ты же на скелета сейчас похож.

— Хорошо, Оргел. Правда, обещать ничего не буду, но я постараюсь больше так не делать. Кстати, раз уж ты выбил мне три восьмицы отдыха, то стоит потратить его с пользой. Вроде кто-то обещал подучить меня в ритуальной магии?

— Это я с радостью. Тем более причину для твоего ежедневного посещения моего скромного жилища теперь искать не надо. Лоскер так трясся, думая, что ты умрешь, что сразу же согласился на трехнедельное лечение. Теперь тебя каждый день будут водить ко мне на два сата. Вот только приедем домой и я тобою займусь.

— У меня еще вопрос, Оргел. Ты ведь сказал Лоскеру, что даешь мне зелье для ускорения?

— Я понял, что ты хочешь спросить. Нет, я ему наплел сказку про особенный семейный секрет, рецепт которого знаю только я. Так что ничего общего с зельем «Последнего шанса». Кстати, мне довольно долго пришлось отговариваться, чтобы не давать такое же зелье Гретусу! Спасла жадность Лоскера, который не захотел раскошеливаться на дорогие ингредиенты, список которых я для него составил. Уверен, что будь наш хозяин не таким жадным, он бы уже давно прикупил для Гретуса такое же зелье, какое использовали твои противники.

— Да уж. Стоит поблагодарить Богиню за то, что Лоскер слишком жаден, чтобы убивать своих бойцов. Не то что Шуфар, который не пожалел денег на выполнение своего обещания.

И вот тут-то я вспомнил, что сегодня я не смогу воспользоваться щедростью Шуфара! Эх, как жаль, что сегодня девочки мне не светят. А я так рассчитывал на бурную ночку!

— Смотри, этот контур следует замыкать вот так. Если ошибешься, то отдача ударит по тебе, — гоблин высунул язык от усердия, выводя мелом на доске очередной круг, заполненный рунами и соединительными плетениями.

Я сидел в комнате шамана и пытался запомнить очередную фигуру. Уже прошло две восьмицы с того памятного боя, и мое состояние пришло в норму. Каждый день гоблин учит меня магии, жаль только, что на это выделено всего два сата. Вначале мы занимались вообще по сату, так как Оргелу перед занятиями приходилось проводить лечебные процедуры. А с завтрашнего дня я уже смогу начать тренировки, и это меня несказанно радует.

— Оргел, не забудь, ты мне обещал показать, как преобразовать этот рисунок в плетение, для того чтобы использовать без ритуала.

— Ну что ты все пытаешься усложнить задачу? С рисунком и ритуалом ведь все намного легче?

— Это тебе легче, так как ты уже привык и не учитываешь боевых аспектов плетений. А мне все это потребуется в будущем применять в бою, а значит, времени малевать круги не будет.

— Вот я одного не понимаю, Ден, как ты будешь использовать такое простое плетение в бою? — Оргел покачал головой и назидательно поднял палец вверх. — Ведь это одно из самых простейших плетений с гравитационной составляющей, которое может запулить разве что маленький камушек, да и то с малой скоростью.

— Ничего, для всего можно найти применение, даже для слабых плетений. А если не найду применения, так все равно лишние знания мне не помешают. Ты ведь не можешь меня обучить всему, чему учат маннасов в академиях? Сам же говорил, что гоблинов туда не берут.

— Ну так нас везде не любят. Тем более у нашего народа одаренные редко рождаются, да и силой совсем малой обладают. Поэтому и практикуем ритуалы, а не прямое воздействие с помощью плетений.