Фламандская петля - Наталья Николаевна Ильина

с кем именно он приезжал в Малинники? Оперативники в Москве подняли десятки его знакомств, но никого похожего пока не нашли… Ворочаясь с боку на бок, Дима думал о завтрашнем визите к Охриповым. А что, если показать парнишке машину?

С утра он зашел в здание администрации и заглянул в приоткрытую дверь приемной.

Секретарь Наташа сидела боком к входу, откинув голову на спинку кресла. Она подставила лицо солнечным лучам и закрыла глаза. Губы девушки приоткрылись в слабой полуулыбке. Недолго полюбовавшись и прогнав мысль о том, что когда-нибудь у него появится время, чтобы пригласить ее на свидание, участковый кашлянул.

Девушка вздрогнула и повернулась вместе с креслом, нацепив на лицо маску дежурного приветствия, но, увидев Диму, вдруг смущенно улыбнулась:

– Добрый день, Дмитрий Олегович! А глава с утра уехал в район…

– Он мне и не нужен, – подошел к стойке лейтенант. – Я к вам, Наташа. С просьбой.

Через пару минут из принтера выполз лист бумаги с четкой фотографией зеленой «мазды» третьей модели. Дима аккуратно убрал его в папку и, помедлив, нерешительно спросил:

– Могу я вас куда-нибудь пригласить? Вы всегда так помогаете…

«Идиот! Помогаете…» – Он вспотел от отчаяния.

– В кино? – вдруг ответила девушка. – Говорят, в районе показывают последнюю часть «Людей в черном».

«Согласилась? Она согласилась? Хочет, чтобы я свозил ее в район?» – Сердце чуть не выскочило у Димы из груди.

– С удовольствием!

Наташа давно нравилась ему. Он пошел бы с ней даже на «Смешариков», даже на пустой экран стал бы смотреть, лишь бы она сидела рядом…

– Мне пора, но я могу зайти после работы, – предложил лейтенант.

– Хорошо, – улыбнулась девушка.

* * *

Галина Сергеевна оказалась дома одна. На удивленный вопрос «где Ваня?» она отодвинула штору и указала за окно. Дима выглянул и увидел, что парень сидит на корточках возле небольшого холмика. Он выглядел очень грустным и что-то говорил – губы шевелились не переставая.

– Ваня стал разговаривать? – обернулся к Галине Дима.

– Нет, что вы. Разве что на своем языке. Но с ним действительно что-то происходит. Я потому вас и пригласила… Понимаете, несколько дней назад Ванечка принес домой трех мертвых щенков. Их никто не убивал, не подумайте. Мне кажется, они погибли от голода. Совсем маленькие… Я похоронила их там. – Она указала на холмик. – Он был в ужасном горе, плакал так, что я не могла его успокоить. Кричал. Бил себя по лицу. Все время пытался мне что-то сказать. Знаете, – Галина Сергеевна печально улыбнулась, – он у меня очень добрый, как ангел, но тут я даже испугалась. Никогда не видела, чтобы Ваня был в ярости. И еще он все время пытался показать мне фотографию Ники, ту, помните? Вот я и решила: может, вам удастся что-нибудь понять? В прошлый раз получилось ведь…

Лейтенант кивнул. Именно этого он и хотел – понять Ваню.

– Я схожу приведу его, – сказала Галина Сергеевна. – Подождите.

Ваня, кажется, обрадовался. Во всяком случае, его «здр» прозвучало достаточно оптимистично. Но, увидев изображение машины, он отшатнулся.

– Сы! – крикнул Ваня. Лицо его исказилось, он взмахнул руками и выбежал из комнаты.

Лейтенант и Галина Сергеевна успели только обменяться ошарашенными взглядами, как Ваня снова появился на пороге. В руках он держал измятый лист бумаги.

– Фотография Ники, – шепнула женщина.

– Страшно! – заявил Ваня, брызнув слюной прямо Диме в лицо, и ткнул грязным пальцем сначала в один снимок, а потом в другой. – Сы…

– Так он называет щенков, – снова зашептала Галина Сергеевна.

Парень поник, но внезапно выпрямился и зло ткнул пальцем в машину на фото, продырявив ей капот.

– Ваня, послушай меня! – попытался привлечь его внимание лейтенант.

Парень, набычившись, не сводил глаз с «мазды».

– Ва-ня, – нажал Дима.

Тот медленно перевел взгляд на него.

– На этой машине увезли Нику, да?

Ваня быстро закивал, сделал странный, неустойчивый пируэт по комнате, размахивая руками. Покачнулся, чуть не врезался в стул, согнулся, будто ему врезали под дых, и рухнул на диван.

Галина Сергеевна рванулась к сыну, но он уже поднимался, тыкая пальцем в картинки и выкрикивая свое «страшно-плохо».

– Ванечка, тебе плохо?

Дима покачал головой, а Ваня отвел в сторону руку матери.

– Ты шел к своим «сы»? – рискнул предположить лейтенант. – На ту сторону?

Ваня тоненько заскулил, имитируя щенячий писк.

– Пойдем, – сказал Дима. – Покажешь мне.

Теперь он уже не сомневался в том, что парень видел все, что произошло.

– Не волнуйтесь, – повернулся он к обеспокоенной матери, – он просто пытается нам рассказать, что случилось с Никой Бойко. Ваня видел, как ее похитили.

– Но… – Женщина выглядела совсем растерянной. – Знаете, Ванечка сильно изменился за эти дни. Мне даже кажется, что он стал… более взрослым. Я понимаю, что это невозможно, но… Смотрите сами!

Ваня не обращал на них внимания. Он был занят тем, что терпеливо и сосредоточенно пытался завязать шнурки на стоптанных кедах.

– Двадцать лет это делала я, а три дня назад он вдруг оттолкнул мою руку, потом поцеловал ее и завязал шнурки сам.

Дима покачал головой:

– Думаю, эти щенки много для него значили. Их смерть потрясла его, что-то сдвинула в сознании. Впрочем, я далек от психологии.

Ваня поднялся и пошаркал к двери. Дима двинулся следом.

У самого моста парень замедлил шаг, прошептал «нельзя», опустил голову и быстро-быстро засеменил вперед, не оглядываясь на Диму. Когда впереди показался магазин, в котором работала Ника, Ваня остановился и повернулся лицом к лейтенанту.

– Страшно, – сообщил он.

Дима торопливо достал из папки оба снимка.

– Ника, где была Ника? – указал он на ее фото.

Парень попятился к магазину и неожиданно преобразился. Он выпрямился, поднял руку к плечу, словно взялся за что-то, и пошел навстречу лейтенанту, забавно выбрасывая ноги. Дима немедленно вспомнил, что Сергей Царев и Лидия Семеновна в один голос утверждали, что у девушки с собой была небольшая сумочка, которую так и не нашли.

– Отлично, Ваня! Ты просто молодец! – похвалил он парня. – А где была машина?

Ваня нахмурился, вернулся назад, сошел с тротуара, больше похожего на обочину, и медленно побрел по дороге, издавая тихое гудение. Потом резко остановился и, сильно прихрамывая на левую ногу, бросился к Диме. Схватил его за руку и потянул к дороге. Тут же бросил Диму, забежал с другой стороны и снова принялся тянуть – уже за другую руку – с криком «нельзя!».

Потрясенный, лейтенант спросил:

– Ты хотел ему помешать? Человеку из зеленой машины?

Ваня закивал:

– Нельзя! Плохо-плохо!

– А что случилось потом? Вот ты тянешь Нику туда, – лейтенант указал на обочину, – а он – туда. Что сделал плохой человек?

Ваня проковылял два хромающих шага и несильно ударил Диму