Цветущий ад #2 - Сергей Владимирович Руденко

время тренировок, как и последующий полёт, он не стремился пообщаться, большей частью отмалчивался, то ли смущенный всеобщей скученностью, то ли просто непривычный, что окружающие его люди могут разговаривать, да и вообще проявлять инициативу, а тут вдруг такое. Я невольно хмыкнул и, тут же, поспешно изобразил руками некое уважительное приглашение: мол, давай, человече, вываливай, чем богат!

— Капитан, щиток у орудия небольшой, поэтому если забраться вон на ту крышу, я с ней точно смогу подстрелить кого-то из двух артиллеристов. А второго… — он запнулся, и резко, будто отрезая себе обратный путь, подытожил, — а второго хотя бы отвлеку. Ну, пока вы сможете добежать. Некоторое время, обещаю, ему точно будет не до вас!

Я думал, что за время нашего недолгого совместного пути к Урюпинску, успел неплохо изучить — мягкий, но не без «себе на уме» — характер бывшего айтишника. Поэтому ни за что не собирался как-то парафинить предложение Сани, но он меня сейчас настолько поразил, что с трудом подавив в себе все потенциальные реплики, я перевел взгляд на Ромку. Именно он лично отвечал за учебные стрельбы команды, и мог оценить перспективы этого предложения.

— А знаешь, я бы рискнул! Особенно, если нет вообще никаких других идей… — Ромка несколько раз кивнул, как бы подкрепляя весомость высказанного мнения, но когда рассмотрел мою невольно вздёрнутую бровь, добавил уже куда увереннее, будто и сам окончательно поверил. — Блин, да ты просто не стал слушать результаты пробных стрельб, когда я тебе пытался доложить! Вспомни, в ночь перед отлетом, в гостинице…

Мне не надо было особо и стараться вспоминать, потому что за время подготовки к полету таких случаев было куда больше одного. Забот навалилось столько, что я без зазрения совести пропускал мимо ушей или просто отказываясь вникать во многие, не слишком важные в тот момент, нюансы. Так сказать: делегируя полномочия направо и налево.

Из сгрудившейся толпы соратников зазвучали одобрительные реплики других членов семьи, которые потенциально тоже обязаны были участвовать в упомянутых стрельбах.

— Народ, тише! — напомнил я. — Мы не на митинге, а практически на передовой… — дождавшись тишины, снова перевел взгляд на господина боцмана. — Ром, извини, у меня нет ни малейшего повода не доверять твоим оценкам, просто не ожидал, что в Сане скрываются еще такие таланты. Удивлен и обрадован. Так, вопрос к корабельным офицерам и капралам десанта: план, атаковать под прикрытием нашего самородка принимается?

— Если мы зевать не будем, а они наоборот растеряются, то и без всех этих заморочек имеем некие шансы на успех. А уж если парень и впрямь освоил оружие, то глядишь, и правда, проскочим без излишних потерь… — Прапор говорил без малейшего оттенка неуверенности: четко, уверенно и в этот момент вполне определенно чувствовалось, что мужик и правда, не без повода носил свое прозвище.

— Мысли, идеи, возражения? — я решил интерпретировать услышанное, как всеобщий восторг и однозначную поддержку плану. — Высказываются сначала офицеры, потом, если у остальных будут конкретные предложения, передавайте своим непосредственным командирам. Только старайтесь не шуметь! Не хватало нам этих гадов предупредить своими криками…

Следующие минут двадцать было много болтовни, большей частью совершенно пустой. Но я происходящему почти не мешал, просто потому что хотел понять, кто и чем дышит. В споре человеку труднее всего скрывать свои мысли.

* * *

Атаковать решили в две идущие сразу друг за другом волны. Сначала все, кому не досталось ружей (кроме Анны, как единственного полноценного врача), а потом уже — все остальные. Прапор заверил, что попавшие под обстрел враги, обязательно поначалу запаникуют и начнут прятаться, суетиться, а значит, им будет не до прицельной стрельбы.

Уже непосредственно перед самой атакой он же обратился ко мне коротким «Можно?» и, дождавшись кивка, тут же начал сыпать приказами. Десантник держался в пределах субординации, но явно подразумевал, что военного опыта у меня или Ромки ноль целых хрен десятых и, очевидно, Прапор назначил себя, кем-то вроде зама по строевой.

— Народ, выберите себе место, в которое бежите. Не куда-то туда, а точное место. Как минимум, у первых ящиков… — объяснял он внимательно слушающим бойцам из своего и второго «невезучего» капральств. — Главное — не скучивайтесь! В какой-то момент вам покажется, что бежать за широкоплечим или слишком смелым товарищем безопаснее, но это совсем не так. Тот кто будет стрелять в него может промахнуться, и попасть в вас, просто случайно. А если вы шпарите врассыпную, то сделать это будет куда сложнее…

У входа и в непосредственной близости от грузовой аппарели стояли какие-то огромные прямоугольные ящики. Судя по всему, боевой корабль прилетел, именно в качестве дорого грузовика и там должно было находиться что-то недешёвое, но сейчас куда ценнее было другое. Сами ящики! Они могли служить промежуточным укрытием во время атаки. Мысленно я прописал себе осуждающий «подзатыльник» из-за того, что отчего-то не догадался сам нацелить атакующих туда.

«…Ладно, пока из меня боевой командир так себе, но ничего, будет мне наука. Если выживу…» — мысль о смерти отчего-то не пугала, а будто щекотала что-то во мне, что-то чертовски приятное. Я даже удивился. — «…Гм, ведь правда! Это именно мандраж, а совсем не страх…»

— И да, народ, будет изнутри рваться, но постарайтесь не орать пока ничего. Чтоб у нас был хоть какой-то шанс перебить тех, кто снаружи, до подхода подкреплений, — правда, судя по голосу, Прапор и сам не верил, что его кто-то послушает.

К этому моменту вернулся подранок из невезучего отделения десанта, который не пожелал оставаться на месте приземления, уверяя, что рана в руке не мешает ему ходить, или даже драться.

— В доме никого нет, и Саня заверил, что присмотрел себе отличное место… — сообщил он, с трудом переводя дыхание. — Он говорит, что сидит в крайнем левом окне, и оттуда отлично видно и вас и тех, у пушки.

— Не хочешь назад бежать? — насмешливо уточни я. — Не, капитан, все «ок!» Я сейчас пойду к ним, но вы можете не ждать, а прямо сейчас скрестить руки над головой, и смотрите за нашими пушкарями…

Ну, да, такой был второй вариант сигнала для нашего снайпера. Его стрельбу мы не могли не увидеть даже днем. Особенно, если знать, куда будут стрелять.

— А что, давай попробуем… — вслух «подумал» я, и продублировал для остальных. — Сейчас наш ас начнет стрелять, будьте готовы