Адептус Астартес: Омнибус. Том II (ЛП) - авторов Коллектив

Лейтенант согласился со старой флотской поговоркой, которую слышал от пилота-инструктора: любая посадка, после которой ты можешь ходить — хорошая посадка. Ну, пускай он и не совсем мог, зато мог Курн.

Фуражка скрывала шишку на лбу, судя по всему, она была величиной с яйцо. Из хорошего стоило отметить, что порезы на лице из-за разбитого иллюминатора покрылись корочкой.

— Будь начеку, — приказал он, вытирая грязной рукой пот со лба.

Ему вместе с телохранителем удалось продержаться в этих чёртовых безумных зелёных джунглях целый день, что само по себе уже было достижением на такой планете, как Армагеддон. Но он сомневался, что ночь пройдёт столь же гладко. Им нужно найти укрытие и побыстрее. Лучше всего пещеру, но подойдёт и похожий на неё корневой ствол квои. Любое место с единственным входом, где можно развести огонь.

Ни он, ни Курн не выспались, но это не имело значение. Значение имело то, что они выжили, и могут закончить задание. Они не собирались от него отказываться, в конце концов, это была простая миссия “прилетел-забрал”. Правда, она стала гораздо сложнее из-за козней изменника, который проник в их ряды. Мысли о предательстве штурмовика и покушении на свою жизнь заставили Тремейна уже в сотый раз прокрутить в голове всё пережитое. Честно говоря, он просто не мог думать ни о чём другом. Чудо, что они вообще уцелели.

Одни воспоминания были как в тумане, другие как в замедленной съёмке.

Они спокойно летели над сельвой больше часа. Убийца нанёс удар. Неожиданная и жестокая смерть сержанта Кифера и его людей. И пилота. Курн боролся с предателем, Нимрод открыл заднюю рампу, убийцу вытянул порыв ветра и транспорт упал.

“Валькирия”, ломая ветви, пронзила лесной полог подобно снаряду из ординатуса судного дня, лейтенант не удивился бы и нескольким срезанным деревьям. Сквозь разбитое ветровое стекло внутрь попали измельчённые листья. Отломились крылья и часть хвоста, а затем всё что осталось от “Валькирии” пропахало джунгли, и наконец, зарылось в землю. Видимо именно в этот момент, ошалевший от посадки Тремейн и потерял сознание. Следующее что он помнил — его нёс неповоротливый Курн.

Затем они оба в шоке упали на губчатый мох, чтобы перевести дух и попытаться осмыслить вихрь событий, которые обрушились на них после падения “Валькирии”. Они провалялись так добрых полчаса, прежде чем Нимрод стал чувствовать себя достаточно хорошо, чтобы оценить ситуацию, в которой они оказались. В первую очередь они занялись ранами, стараясь насколько это возможно залечить их. Затем вернулись к обломкам и забрали оружие и другие полезные вещи, что оставались в транспорте.

Лейтенант нашёл свой лазерный пистолет, хотя великолепно украшенный резьбой ствол и рукоять из слоновой кости ужасно поцарапало, а местами появились сколы. Забрал он и свой цепной меч, который лежал в запертом ящике под сидением.

Огрин подобрал свой лазган и боевой нож, но взял ещё и один из хеллганов штурмовиков и запасное цепное лезвие. В висевший за спиной рюкзак он убрал запасные обоймы и энергетические батареи, а также несколько зарядов взрывчатки, к которым добавили всю пищу, воду и медикаменты, какие сумели найти в “Валькирии”.

Вооружённые до зубов, с запасом продовольствия на несколько дней пути и с часами на запястье у лейтенанта и его телохранителя было всё, чтобы закончить задание. Как только они доберутся до цели — даже если опоздают на несколько дней и будут идти пешком — то смогут отправить сигнал поисковой команде, чтобы их эвакуировали.

Так они и шли, используя солнце и часы Нимрода как компас для определения направления. Они двигались осторожно и были готовы ко всему, включая орков, ловушки, плотоядные растения и струпных мух.

Сейчас они следовали вдоль русла ручья, который пробивал себе путь между звёздными папоротниками на дне тенистого оврага. Его склоны были крутыми и каменистыми, цеплявшиеся за его края деревья пога согнулись и образовали крышу из переплетённых ветвей.

Лейтенант осмотрел огрина с ног до головы, и задумался о том, как выглядит сам. Неожиданная неудача сильно изменила их. Когда они взлетали перед рассветом, он планировал вернуться к ленчу за медалями.

В душных жарких джунглях он снял жёсткую накрахмаленную рубашку и порвал на полоски, чтобы сделать бинты для раны на спине, шишки на голове и руки Курна. Майка, подтяжки и брюки пропотели насквозь. Украшенный тесьмой и пуговицами китель он повязал вокруг талии. На поясе висели пистолетная кобура и цепной меч. Он радовался, что, хотя бы кожаные ботинки оказались здесь в тему, потому что пришлось идти по мокрой земле, в которой прятались острые колючки и ядовитые жалящие насекомые.

Курн тоже был в майке и ботинках. Его короткие светлые волосы блестели, а лицо светилось от пота. Но в отличие от худого и жилистого лейтенанта рубашка без рукавов ещё сильнее подчёркивала его могучее телосложение — выпуклые бицепсы, ярко выраженные грудные мышцы и толстую шею. В высоко зашнурованных армейских ботинках он на добрую голову возвышался над лейтенантом. Он измазал лицо и руки зелёной грязью — Тремейн понимал, что для маскировки — но от этого стал ещё меньше похож на человека и ещё больше на огрина.

Во влажном жарком воздухе они промокли до нитки и часто пили, чтобы не допустить обезвоживания организма.

Имперцы снова двинулись вперёд, но даже не дошли до дна оврага, когда Нимрод замер.

— Там, — прошипел он державшемуся сзади телохранителю. — Я точно что-то там слышал.

Лейтенант неожиданно понял, насколько они здесь внизу уязвимы. Он не привык к сражениям в джунглях. Он, как и Курн, оттачивал боевые навыки в заброшенных куполах Вулкана. Они оба — уличные бойцы, а не ветераны с мира смерти Катачан.

Острый ум имперца работал быстро. Густо заросшие деревьями тропинки впереди и наверху мало отличались от развалин на улицах охваченного войной улья. Поэтому, по сути, и правила боя здесь были почти такими же.

— По моему сигналу бежим до конца оврага. Ты ведёшь заградительный огонь. Если нас прижмут, — Тремейн посмотрел на камни, — укроешься за тем валуном. — Стволом пистолета он быстро показал за каким, одновременно снимая оружие с предохранителя.

На этот раз они оба услышали звук: треск сухой ветки под ногами.

— Беги! — прошипел Нимрод.

Два человека, офицер КГА и рядовой бросились к выходу из оврага. Лейтенант проигнорировал боль в колене. Слева наверху среди деревьев поднялась суматоха, и пули ударили вдоль котлована лощины за их спинами. Зелёнокожие нашли цель.

Первый дикий орк выпрыгнул между деревьями прямо перед Тремейном, он безумно и ликующе вопил, сжимая в мясистой правой руке чудовищное мачете. Нимрод выстрелил ещё когда ксенос был в воздухе, мощный разряд попал существу в руку. Зелёнокожий приземлился, воя от боли и выронил оружие. Лейтенант снова прицелился. За спиной взревел автоган, брызнула кровь, и орк рухнул с развороченной пулями грудной клеткой, размахивая руками.

Но это был только первый. Казалось, что весь лес взорвался размалёванными ярко-синими красками зелёными телами в шкурах животных, патронташах и кусках брони. Ксеносы атаковали одиноких путников с обоих склонов оврага.

Оказавшись в двух метрах от обнажённой скальной породы, которая образовывала похожий на контрфорс щит на самом дне оврага, Тремейн бросился в укрытие. Он перекатился через каменный край, содрав кожу с коленей. Секунду спустя под выбивавшую из камня осколки стрельбу рядом плюхнулся неуклюжий Курн.

Видимо Император улыбался Своим слугам, потому что ни один из громыхавших выстрелов не задел их.

Нимрод посмотрел на телохранителя. Курн что-то проворчал. Лейтенанту не пришлось приказывать. Присевшие за валуном двое вооружённых мужчин выглянули за каменный парапет и открыли огонь. Тремейн из лазерного пистолета, а огрин из автогана и хеллгана штурмовика. Похоже, только половина бежавших к ним орков была вооружена чем-то кроме ручных топоров и шипастых дубин — не самого эффективного оружия для дальнего боя. Их головы были лысыми или украшенными перьями, или помятыми шлемами или даже выдолбленными черепами животных. Привязанные к безрукавкам или поясам кости и бамбуковые палочки гремели, пока вопящие и кричащие дикие орки скачками приближались к имперцам, словно приматы из джунглей.

Лазерный пистолет взвыл, ранив подпрыгнувшего зелёнокожего, который кубарем покатился по липкому мху. Дважды кашлянул автоган, и другой орк рухнул на землю, бронебойные патроны разнесли верхнюю половину головы. Прошипел хеллган, и ещё один ксенос упал, в его разинутой пасти рту прожжённая дыра.