Роман с Постскриптумом - Нина Васильевна Пушкова

А уже на следующее утро мы улетали в Колорадо. В аэропорту Денвера нас ждал огромный белый лимузин. Это был кадиллак, потому что Америка обожает свои машины. Эта огромная длинная машина стала для меня продолжением Голливуда в моем американском опыте.

Мы ехали по удивительным тоннелям, которые были заполнены красивыми машинами. Дорога то была очень узкая, двусторонняя, где мы резко замедляли движение, то превращалась в широкий хайвей, по которому мы неслись, как мне казалось, с космической скоростью.

Из Денвера мы направились в маленький городок Бивер-Крик. Это переводится как «бобровая заводь». И было трудно себе представить, что это не просто поэтическое сравнение, а вполне себе житейская реальность. Гуляя там позже вдоль реки, я видела много бобров, занятых построением заводей.

Бивер-Крик производил впечатление места, где не бывает грязи. Пейзажи были там столь хороши, что создавали ощущение выстроенного киношного павильона, а воздух был там такой чистый и хрустальный, которым редко подышишь в мегаполисах.

Американцы очень здорово используют свои естественные красоты. Меня, например, поразило джакузи на воздухе, умело вписанное в природный пейзаж. Оно располагалось на лужайке перед отелем. Расслабленно лежащий в джакузи человек, конечно же, завороженно смотрит в открытое небо, на облака, и может не сразу обнаружить, что с противоположной стороны ванны его разглядывает альпийский сурок. Или, как их здесь гордо называют, мармот. Чтобы не спугнуть его, ты лежишь и притворяешься, что ты тоже часть природы, неподвижная, лежащая в булькающей и дымящейся кислородной воде.

Несмотря на то что это маленький горный городок, объединивший когда-то три деревни, в нем находятся высококлассные отели. Нам с мужем дали номер в отеле «Хайятт», а шестнадцатилетнюю дочь Дашу поселили в отдельный номер, соединенный с нашим дубовой дверью. Ее Даша тут же заперла на ключ с обратной стороны, для того чтобы ощутить полную независимость от родителей, и свою взрослость, конечно же.

Место, в котором проходило само мероприятие, тоже напоминало американские фильмы. На взгорье — довольно большая ферма с лошадьми, длинная дорога среди альпийских цветов, уходящая в горы. В долине приятный городок. А между высокими горами и самим городком в живописном месте были расположены рядом несколько гостиниц, где и разместили участников форума.

Среди его гостей был экс-президент Франции Валери Жискар д’Эстен со своей женой. Были также министр торговли США — очаровательная женщина, конгрессмены, экс-канцлер Германии Гельмут Шмидт, другие крупные в прошлом и настоящем политики. Президент Форд пригласил на свой форум нескольких людей, которые были главами государств в ту пору, когда он возглавлял Америку.

Сразу бросалось в глаза, что, несмотря на возраст и серьезную операцию на ноге, он был не по годам подвижный, живой человек.

Французский президент был зажатым и слишком церемонным. Все знали, что он из старинного французского аристократического рода. Он не очень-то располагал к общению. Зато его американский коллега был его полной противоположностью. Он выглядел гораздо моложе своих лет. Высокий, под метр девяносто, а может быть, и выше, загорелый, улыбчивый, без живота, спортивный.

Колорадо. Бивер-Крик. Так выглядит лошадиная ферма

Когда мы подошли к теннисному корту, мистер Форд как раз расчехлял ракетку. Его партнер с тренером отрабатывал подачу.

— Ну что, покидаем? — неожиданно предложил Форд Алексею. — Никогда не играл с журналистом из Москвы.

— Для меня это большая честь, — галантно ответил мой муж.

Я пошла тренироваться у стенки. Успела только заметить, что одна нога у бывшего президента Америки была от середины бедра до икроножной мышцы укутана как бы в муфту. «Может, он так колено бережет», — подумала я.

— Алеша, сколько же ему лет? Пятьдесят пять? Шестьдесят? — спросила я, когда Алексей, поиграв с Фордом, присоединился ко мне.

— Нет, постарше… Может, под семьдесят. Ему бегать тяжело. Да и с ногой что-то. Но вообще, молодец!

Как же мы оба изумились, когда на следующее утро в брошюре об участниках форума мы увидели дату рождения Форда — 14 июля 1913 года! То есть человеку, который бегал по корту с моим сорокалетним мужем, буквально через несколько дней исполнялся восемьдесят один год! Мы никак не могли поверить в этот факт, несколько раз пересчитывали — выходило невероятное — восемьдесят один! А он свеж и бодр! На всех заседаниях выступает, не сбивается, все помнит…

Нас это настолько впечатлило, что мы много говорили о том, что старости нет или она очень далеко, если человек активен. А у нас под ногами бегали непуганые бурундучки и горные сурки.

Дни форума пролетели очень быстро. Организаторы постарались заполнить свободное время между сессиями знакомством с обычаями и пристрастиями американцев. То они приглашали участников на местные фермы, то на длительные конные походы, то на «рафтинг» — спуск на лодках по высокогорным рекам. Алексей с Дашей решили попробовать спуститься.

Мы пришли на инструктаж. Всем желающим там выдавали дутые жилеты и очень толстые шлемы на голову. Я как услышала правила поведения — так сразу же отказалась. Они состоят в том, что если человека выбросит из лодки, то главное — не грести, а плыть по течению, непременно головой вниз, иначе закрутит, а в водоворотах побьет о камни.

— Постарайтесь держаться так, чтобы ноги были наверху, а голова — внизу! — наставлял инструктор. — Вас обязательно выловят. Вы не бойтесь! Просто ждите, пока вас вынесет на спокойное место, и там вас подберут.

Когда я услышала инструкцию подобного рода, я сама себя сняла из этой лодки. И потом, что значит «не грести»? Что значит «доверять реке и лететь вниз головой по реке»? Это было не для меня, с моим нетерпеливым характером. К тому же в моей жизни уже был опыт, когда меня в состоянии клинической смерти доставали со