Роман с Постскриптумом - Нина Васильевна Пушкова

дна реки. Поэтому покорять бурный горный поток Алексей отправился с дочерью, а я пошла по магазинам с целью купить себе вечерний наряд. Вечером президент Форд со своей женой Бетти устраивали заключительный прием у себя на ранчо.

Их дом был не в городке, а на склоне в горах. Нас повезли туда на мини-автобусах. Шаттлы с гостями сновали туда-сюда целый вечер.

В моих дневниковых записях этот вечер описан сплошь в превосходных степенях. Даже сейчас мне это нетрудно понять. Конечно, я помню свое тогдашнее состояние. Ведь 1994 год в нашей стране — это еще неизжитой голодный социализм. Обстановка на улицах, в местах досуга, жизнь в квартирах, в ресторанах, клубах была скромной. И конечно, мне было очень интересно оказаться в доме президента абсолютно другого мира. Глаз поневоле подмечал все подробности, различия в поведении, реакции, проявлениях.

Мне было интересно все и иногда казалось, что я присутствую в Голливуде на съемках грандиозного шоу. Собственно, в определенном смысле, это и было шоу с участием американских звезд и гостей форума.

Как только мы вышли из машины перед домом Бетти и Джеральда Форд, мы сразу оказались в толпе нарядных, улыбающихся всем и одновременно друг другу людей.

Моя новая американская подруга, жена губернатора одного из штатов, несмотря на свой достаточно преклонный возраст, была одета в платье на тоненьких-тонюсеньких бретельках. При этом ее совершенно не смущало, что она открыла руки далеко не первой и даже не второй молодости. На некоторых дамах были меха, несмотря на теплый летний вечер. У кого-то была открыта спина — не длинная полированная спина Наоми Кэмпбелл, а такая реальная, подернутая жирком, с наплывами, женская спина. Глядя на голову, посаженную прямо на плечи, без всякой шеи, я подумала: «У нас бы такое точно прикрыли, не демонстрировали бы всем». А здесь получалось «ну вот уж какая есть, не в этом главное». И было очень много разговоров об истории Бетти Форд. Я сначала не понимала, о чем идет речь. И только потом мне стало ясно, что речь идет о книге хозяйки дома, она называлась «Великое пробуждение Бетти», и о фильме «История Бетти», который был снят позже с ее участием.

Оказывается, жена Форда лечилась от алкоголизма. После поражения мужа на выборах она так переживала, что начала страшно пить и спилась. Потребовалось серьезное лечение и фактическое восстановление личности. Вот об этом все говорили. Об этом она, не стесняясь, рассказывала в книге и верила в то, что это может помочь другим людям с такой же проблемой.

Вот в такой бурной реке, если ты вылетишь из лодки, надо не грести, а ждать, когда тебя выловят

Мне это все было в диковинку. Я примеряла это на нашу страну. Скажем, у нас Наина Ельцина никогда бы не написала о том, как трудно и больно жить с алкоголиком-мужем. А у них — вот тебе, пожалуйста.

Мы все, гости, расходились, разбредались по патио, по лужайкам. Везде были расставлены столы. Это был фуршет с обилием напитков и запахом жаренного на камнях мяса. Но есть не хотелось. По московскому времени это была глубокая ночь. Общение было интереснее. Дом, как бы на возвышенности, сверкал огнями и сообщал атмосферу праздничной приподнятости. После всех разговоров мне очень хотелось познакомиться с женой Форда. А тут еще Даша, которая очень сильно чувствовала восьмичасовую разницу во времени, стала меня теребить:

— Мам, я уже спать хочу. Отправьте меня в гостиницу. Я только поблагодарю хозяйку дома и уеду. Ладно, мам?

— Как же ты ее поблагодаришь, ее еще найти здесь надо. — Мне было приятно, что Даша крепко усвоила правило благодарить хозяев за приглашение.

Дашин дедушка, мой свекор, был дипломатом, и бабушка научила внучку некоторым правилам этикета. В частности, всегда перезванивать и благодарить принимающую сторону за приятно проведенный вечер. Когда она была маленькой, она даже иногда нас контролировала: «Родители, позвоните тем-то. Ведь мы у них вчера были».

Когда у нас возник разговор о намерении дочери отправиться в гостиницу, рядом с нами стоял сын директора Института предпринимательства Крис де Мус-младший. Младшим он был потому, что его отец носил то же имя — Крис де Мус, но с приставкой «старший».

Младшему де Мусу было семнадцать лет. Он заканчивал обучение в колледже и готовился к поступлению в университет. Будучи только на год старше Даши, Крис не выглядел школьником. Он ходил на все заседания и круглые столы, постоянно что-то записывал и производил настолько серьезное впечатление, что однажды я ему сказала:

— Крис, ты, наверное, когда-нибудь будешь президентом США.

На что молодой человек, не восприняв это как шутку, ответил мне серьезно и убежденно:

— Конечно, миссис Пушкова, я буду. Ведь я уже начал готовиться к этому.

На правах знатока этих мест, где он часто бывал с отцом, Крис де Мус-младший опекал Пушкову-младшую. Было видно, что Даша ему нравится, и он хотел понравиться ей. А тут такой повод — блеснуть своим знакомством с женой президента.

— Пойдемте, я только что видел миссис Форд вон там. Крис быстро и ловко двинулся вдоль лужайки, заставленной столами. Я и Даша едва поспевали за ним. Под большим деревом, красиво подсвеченным низкими прожекторами, в окружении двух пар стояла изящная, коротко стриженная женщина. Несмотря на то что ей было уже хорошо за шестьдесят, она была одета в короткое черное платье с открытыми руками. Американское светское восклицание «You do look well!» в моем исполнении звучало не столько как комплимент: «Вы прекрасно выглядите», но как искреннее восхищение обликом женщины, которая по возрастным российским критериям была в глубоком пенсионном возрасте. А значит, выглядеть прекрасно была совершенно не обязана.

Крис де Мус представил меня и Дашу с самым серьезным видом,