Первое мгновение вечности - Рэйя

— Да, но я никогда не слышала о семье Лорвенсон, — нахмурилась Минерва.

— Аналогично, — Снейп скрестил руки на груди, обратив свое внимание на детей, — думаю, мистеру Поттеру и мистеру Арчеру не помешает напомнить, что правила школы необходимо уважать. Не зависимо от того, какие цели они преследуют, — Том и Гарри уныло переглянулись, Северус послал обоим язвительную ухмылку. — Взыскание, сегодня в восемь в моём кабинете. И никаких опозданий.

— Да, сэр, — в унисон вздохнули первокурсники.

— Теперь можете быть свободны.

— Но…

— Поттер, вам мало одной отработки?

— Простите сэр.

Оба мальчика поспешно ретировались. Минерва ехидно глянула на декана Слизерина.

— Ты так печешься о них, Северус, — сладким голосом заметила она, — я просто поражена.

Снейп раздраженно проскрипел в ответ что‑то нечленораздельное. «Проклятые гриффиндорцы».

Вернувшись в подсобное помещение, Снейп остановился у магической клетки, где сидел домовой эльф. Выглядел он на удивление спокойно, если вспомнить, что каких‑то полчаса назад существо находилось на грани разрыва сердца, это было…подозрительно. Зельевар нахмурился — что‑то не так с этим эльфом. Домовик поднял голову и посмотрел на зельевара каким‑то долгим изучающим взглядом.

— Где сейчас находится твой хозяин? — спросил декан Слизерина, не особенно надеясь на ответ. Домовик задумчиво шевельнул большими ушами, словно прислушиваясь к чему‑то, и вдруг на его лице появилась расслабленная улыбка.

— В Хогвартсе, сэр, — Снейп потрясенно уставился на эльфа — врать он не мог, это очевидно, но почему же теперь он так спокойно рассказывает ему о своем хозяине? «Что‑то не так, кричал внутренний голос зельевара, — что‑то здесь совсем не так!» Мысль о том, что сейчас в школе, вероятно, находится пожиратель смерти, Снейп постарался отодвинуть на задний план, предпочитая сначала разобраться с домовиком, который вдруг снова заговорил.

— Виви должен уйти, — доверительно сообщил он зельевару, — Виви ещё нужно закрепить клятву верности.

— Что? — Снейп нахмурился, разглядывая домовика, но тот, казалось, думал о чем‑то своем и стоящий перед ним волшебник мало его интересовал.

— Виви очень рад, это большая честь для Виви, — домовик приосанился, — ведь теперь у Виви такой чудесный хозяин!

«Не похоже, чтобы он свихнулся, — размышлял мужчина, — но тогда о чем он говорит?» Нехорошие подозрения усилились.

— Ты можешь сказать мне, кто твой хозяин? — уточнил он, Виви кивнул.

— У Виви великий хозяин, теперь Виви принадлежит Тому Кто Говорит, — домовик принялся водить пальцем по полу, — Виви не достоин, Виви был очень плохим, но если Тот Кто Говорит пришел за Виви, то Виви обязан подчиниться и Виви очень счастлив, — эльф глянул на Снейпа, — но Виви нужно уйти.

Северус сделал глубокий вдох, чувствуя, что следующий вопрос окончательно перевернет все с ног на голову.

— Назови мне имя твоего хозяина, — тихо сказал Снейп, домовик радостно улыбнулся.

— Гарри Поттер, сэр, — громко объявил он, — имя моего хозяина Гарри Поттер.

Декан Слизерина медленно выдохнул и прикрыл глаза, ну да, в принципе он ожидал чего‑то подобного.

Глава 10. Коварные чаепития.

Рождественское утро для Гарри началось с того, что нечто огромное и тяжелое набросилось на него, когда он спал, и принялось душить. Спросонья мальчик ударился в панику и начал отчаянно сопротивляться, борясь за глоток свежего воздуха, пока не понял, что неведомый «враг» это ни что иное, как тяжелый бархатный полог его кровати, который по неизвестным причинам обрушился на него. Наконец, выбравшись наружу, Гарри спихнул скомканную ткань на пол и шумно выдохнул, откинув со лба спутанную челку. На соседней кровати послышался тихий смешок, Поттер резко повернул голову, раздражённо уставившись на друга. Том сидел на своей кровати, привалившись спиной к стене и скрестив ноги. Перед ним лежала раскрытая книга, а в руках он вертел свою волшебную палочку.

— Ой, — невинно улыбнулся Арчер, после чего стало совершенно понятно, кто именно виноват в том, что Гарри чуть умер от разрыва сердца.

— Ты убить меня решил? — хмуро поинтересовался Поттер.

— Нет, — Том пожал плечами, — просто учил новое заклинание, — он развел руками, — уменьшающее.

— Да? — Гарри смерил друга недоверчивым взглядом, — а почему практиковаться нужно было на моей кровати?

— А при чем здесь твоя кровать? — мило улыбаясь, сказал Арчер. — Я хотел уменьшить книгу, вот эту, — он указал на учебник по чарам, лежащий перед ним, — но немного промахнулся.

— Ну да, как же, промахнулся, — скептически фыркнул мальчик.

— Извини.

Поттер недовольно посмотрел на Тома.

— Ты не выглядишь виноватым, — заметил он, сползая с кровати и направляясь в ванную.

— Да? А как тогда я выгляжу? — мурлыкнул вслед ему Том.

Гарри остановился, вполоборота глядя на ухмыляющегося друга.

— Чертовски довольным! — сообщил он и скрылся за дверью ванной комнаты.

— С Рождеством! — донесся до Поттера приглушенный смех Тома.

— Чтоб ты провалился, — пробормотал себе под нос Гарри, включая воду.

Невзирая на неудачное пробуждение, настроение Гарри сложно было назвать плохим, ведь сегодня было его первое Рождество в Хогвартсе и при одной этой мысли мальчик начинал жмуриться от удовольствия. А когда выяснилось, что под наряженной в общей гостиной Слизерина елкой его ожидает целая гора подарков, это Рождество стало для Поттера самым лучшим на свете. Один за другим, он разворачивал пестрые свертки и долго рассматривал каждый подарок, восторженно улыбаясь.

Том наблюдал за другом с присущей ему снисходительной улыбкой, усиленно делая вид, что ничего особенного в том, чтобы отмечать Рождество в волшебном замке, нет, хотя Гарри прекрасно видел, что Арчер пребывает в таком же восторге, как и он сам. На подарки Тому было плевать, хотя он с интересом их рассматривал и язвительно комментировал. Ему нравилось праздничное настроение, нравилась украшенная гирляндами и разноцветными фонариками школа, нравилась огромная елка в большом зале, которую нарядили профессора, нравился праздничный завтрак, подарки и поздравления, он получал удовольствие от всего этого, но только лишь потому, что все это происходило в волшебном мире, среди волшебников. Каждый подарок, каждая свеча и каждый колокольчик здесь никак не был связан с магглами, и Рождество стало для него чем‑то волшебным только потому, что он отмечал его в Хогвартсе. Гарри понимал и в какой‑то степени разделял чувства друга, тем более, это было первое Рождество в его жизни, которое он не отмечал сидя в чулане под лестницей. И потом, он ещё ни разу не получал столько подарков.