КиберШторм - Мэттью Мэтер

Но возвращаться было некуда. У нас больше не было выбора.

Винс включил на секунду лебёдку и, отключив её снова, посмотрел на меня.

— Передние колёса в полуметре от края! — крикнул я ему.

Он кивнул и снова включил лебёдку.

Прошлый день мы провели на ногах: натаскали достаточно снега, чтобы помыться и побриться, Лорен всех постригла, а Сьюзи с Чаком перерыли всю квартиру, чтобы отыскать чистую одежду. Мы должны были выглядеть на КПП как опрятные работники, а не рвущиеся из западни горожане.

Тони пошёл ночью за оставшимися на улице продуктами. Но вместо того, чтобы нести домой, он оставил их здесь, закопав в снег. Иначе на нас могли бы напасть по дороге. Люди, словно животные, понимали, если у тебя что-то было с собой. Донести сюда последние запасы дизеля уже было довольно рискованной задачей.

Передние колёса съехали с края, и джип с глухим ударом дёрнулся, проехал вперёд на десяток сантиметров и остановился. Винс повернулся ко мне и улыбнулся.

— Ты в порядке? — спросил я, качнув головой. Сердце готово было выпрыгнуть из груди.

Винс был на удивление спокоен перед лицом смерти.

— В полном, — ответил он.

Он улыбался, но рука на рычаге лебёдки тряслась. Он опускал его и сразу поднимал, медленно двигая грузовик вперёд.

На пути сюда мы увидели, во что превратился Нью-Йорк.

Мы не выходили в город — дальше нашей Двадцать четвёртой, — с прошлого раза, когда мы с Чаком были на парковке полторы недели назад. Тогда мы шли по ледяной пустыне, усеянной мусором и запятнанной человеческими отходами, но сейчас мы оказались в зоне боевых действий.

Вытоптанный чёрный снег покрывали помои. Выгоревшие здания возвышались над Девятой авеню чёрными скалами, по обеим сторонам от нас зияли тёмные провалы разбитых окон, а на земле валялись обломки ящиков с продовольствием. Температура поднялась выше нуля, и из-под таявшего снега, среди груд мусора, показались и человеческие трупы.

— Ещё сантиметров тридцать до задних колёс!

Джип двинулся ещё немного вперёд, и колёса остановились в паре сантиметров от края металлической платформы, нос джипа висел в воздухе. До заднего бампера «Лэнд Ровера» от колёс было ещё полметра-метр, так что даже после того, как колёса окажутся в воздухе, джип сможет повиснуть на платформе, зацепившись самым краем.

В теории, по крайней мере.

К стаям крыс в мусорных завалах присоединились своры бродячих кошек и псов. Пока мы шли, Чак выстрелил в них несколько раз, когда мы увидели, что они объедают человеческие трупы, но нужно было экономить патроны, и шум от стрельбы только привлекал лишнее внимание.

Животные разбегались, едва завидев людей, потому что понимали, что им самим грозит оказаться съеденными.

Со стороны мы представляли собой обычных оборванцев, — я так опять был в розовом женском пальто из больницы. Обычно на улицу выходило два человека, не больше, но сегодня мы шли все, и всем нужна была тёплая одежда, а парку Чака я отдал медсестре в Пресвитерианской больнице несколько недель тому назад. Мы брели по снегу, глядя себе под ноги: двое мужчин впереди, двое сзади — все с пистолетами, и женщины с детьми в центре.

Путь был неблизким, и я предпочёл бы отдохнуть, когда мы наконец добрались. На то, чтобы забраться наверх ушли почти все остатки моих сил, но в крови бушевал адреналин.

Винс снова тронул рукоятку.

Задние колёса соскочили с платформы, и три с половиной тонны металла с грохотом опустились, тряхнув всю парковку. Задняя часть кузова проехала сантиметров на двадцать вперёд и остановилась.

Джип свисал носом вниз под углом в тридцать градусов, и Винс в его кабине находился в воздухе в двух метрах от платформы. Нос джипа и сама лебёдка были всего в трёх метрах от рекламного щита.

— Всё! — крикнул я Винсу. — Последние слова будут?

— Дай секунду.

— Это твои последние слова?

Винс ухмыльнулся, и я ответил ему такой же широкой улыбкой.

С земли на нас смотрели Лорен со Сьюзи, такие маленькие с этой высоты, а Люк — совсем крошка. Человек десять наблюдало со стороны, и я видел что с улицы подходили другие. Тони и Чак, угрожая оружием, кричали, чтобы они отошли, что у нас нет еды.

— Время, — сказал Винс, — только иллюзия, — и с этим словами опустил рычаг. Странный парень.

Один угол заднего бампера оторвался от платформы раньше другого, и джип повернулся вокруг своей оси. Соскочил второй угол, и вместо того, чтобы лететь прямо, джип направило ближе к стене.

Я не учёл такую возможность, когда прикидывал в уме физику движения, и вероятно, эта мелочь выручила нас, так как немалая часть силы оказалась направлена в сторону здания.

Послышался вой металла, и опоры щита согнулись, когда джип, оказавшись в самом низу, двинулся в сторону от здания.

Бах! Из стены вырвалась первая опора, в воздух полетели кирпичи. Бах! Вылетела вторая, когда джип, поднялся в воздух на том конце дуги.

Винс всё это время поднимал машину на лебёдке, и когда джип уже едва не касался носом рекламного щита, он стал быстро разматывать кабель, опуская его.

Он удачно выбрал момент — щит уже наклонился и едва держался в стене. Наперегонки с прочностью металла джип опускался на землю, вращаясь, словно волчок.

С глухим ударом «Ровер» приземлился на задний бампер и продолжил выписывать коленца на снегу, но Винс размотал трос, и джип опустился на колёса — не на крышу. В этот же момент крепление не выдержало, и конец щита, к которому был прикреплён трос, с грохотом упал на землю буквально в метре от джипа, а другой остался в стене.

Тишину первым нарушил Винс.

— Это было круто! — Он высунул голову из окна, нашёл меня взглядом и торжествующе вскинул в воздух кулак.

Щит дрогнул и застонал.

— Майк, спускайся! — прокричал Чак. Слышался рёв очевидцев. — Пора двигать отсюда!

Я выдохнул — оказывается, всё это время я не дышал. Придя в себя после головокружительных трюков Винса, я перешёл по платформе к лестнице и начал спускаться. Когда я оказался на земле, Сьюзи и Лорен уже сидели сзади с детьми и пристегивали ремни. Тони забрасывал в багажник последние пакеты с едой и канистры дизеля.

Винс вскарабкался на крышу и перепрыгнул с неё на рекламный щит, чтобы отцепить трос.

Я побежал через засыпанную снегом площадку и добрался до джипа вместе с Винсом. Чак оставил правую дверь для меня открытой, я запрыгнул и закрыл её за собой. Лебёдка загудела и намотала трос на барабан.

За рулём сидел Тони — в Ираке он водил «Хаммер». Оглядев нас, он спросил:

— Добро?

— Добро, — ответил Чак.

Я задержал дыхание.

Зеваки обступали джип, и Тони тронулся с места, отпугнув тех, кто стоял впереди. Джип медленно двигался по снегу, а люди стучали в окна, умоляя взять их с собой, обещая взамен отдать всю свою еду.

Мы выехали на улицу Гансевурт, и единственной преградой на нашем пути оставался высокий, с человека ростом, сугроб перед Вест-Сайд-Хайвей. Посередине он был несколько ниже, потому что там часто ходили люди. Тони опустил педаль и направил джип прямо на сугроб.

— Она справится, — тихо подбодрил Чак Тони. — Держитесь!

С хрустом джип въехал на склон и медленно начал подниматься. Нос задрался, так что казалось, что мы падаем, но затем он наклонился, и мы оказались на самом верху. Тони скатился вниз и остановился. Мы стояли на расчищенной полосе Вест-Сайд-Хайвей, ведущей на север к городу.

Тони снова включил передачу, и поехал в сторону моста Джорджа Вашингтона. Мы должны были встретиться с сержантом Уильямсом у юго-восточного входа в центр Явица. Там он сядет за руль, чтобы провести нас через блокпост.

— Надеваем костюмы, — услышал я свой голос.

Люк сидел рядом со мной, пристёгнутый ремнём. Он был напуган. Я посмотрел в его чудесные голубые глаза, отстегнул его и посадил к себе на колено.

— Хочешь сыграть в прятки?

Перед блокпостом надо было спрятать детей в сумку. У работников, помогающих во время бедствия, не должно быть с собой детей. Люк с улыбкой смотрел на меня. Как я смогу засунуть его в сумку? Разум протестовал, но Лорен взяла его у меня, поцеловав по очереди нас обоих.

— Ты надевай костюм, а я позабочусь о Люке.

Я нахмурился.

— Я сделала для них тайник, глупенький. А ты надевай костюм.

Я отстегнул ремень, взял с пола жёлтый костюм химзащиты и начал, извиваясь, натягивать его.

Вдали виднелись опоры моста Джорджа Вашингтона.

День 29 — 20 января

— Вот, держи.

Ирина протягивала мне тарелку. Я с радостью принял её, изнывая от голода. Но увидев, что лежало в ней, я поднял взгляд и ошарашенно посмотрел вслед Ирине. Она вернулась к котлу на печке, в котором кипел суп. Из воды торчали крупные кости, вода вокруг них бурлила. Они слишком большие…

— Нам важно выжить, Михаил, — буднично произнесла Ирина, помешивая кости в котле.