Ах, Париж! - Барбара Картленд

— Не будьте идиоткой, — сказал он почти грубо. — Говорю же вам, это крайне важно.

Он схватил ее за руку и, к ее изумлению, почти силой втолкнул в маленький кабинет, в который лорд Харткорт когда-то отнес ее после того, как она потеряла сознание в тот первый вечер. Он вошел вслед за ней, закрыл за собой дверь и прислонился к косяку.

— В чем дело? — спросила Гардения.

Ей не терпелось поскорее добраться до своей тетушки, и ее раздражала любая задержка.

— Послушайте, Гардения, я пришел предупредить вас, хотя этим я нарушаю свой служебный долг, — сказал он. — Вашу тетушку арестуют с минуты на минуту.

Гардения уставилась на него, решив, что он лишился рассудка.

— О чем вы говорите? — спросила она.

— Пьер Гозлен находится в Сюртэ с прошлой ночи, — ответил Берти. — Мне сказали, он признался в том, что продавал военные секреты Франции немцам и что ему платил барон фон Кнезбех.

— Барон? — воскликнула Гардения. — Но наверняка моя тетушка не имеет к этому…

— Ваша тетушка замешана во всем этом, — сказал Берти, — у меня нет причин не доверять моим информаторам, которые в курсе всего, что здесь происходило.

— Но барон… барон обязан спасти ее! — вскричала Гардения.

— Барон уже покинул Париж, — сообщил ей Берти.

— В таком случае тете Лили придется одной отвечать…

Берти перебил ее:

— Неужели вы не видите, Гардения, что у вас есть лишь одна возможность! Уезжайте, сейчас же, немедленно! Я волнуюсь вовсе не за вашу тетушку, а за вас. Я не хочу, чтобы вы оказались втянуты во все это лишь потому, что жили в этом доме. В Сюртэ никогда не поверят, что вы не были частью этой проклятой шпионской сети!

Гардения почувствовала, как кровь отхлынула от ее лица. Если лорд Харткорт расскажет, как она приезжала к нему на квартиру, никто не усомнится в ее виновности.

— Что же нам делать? Куда мы можем уехать?

— Это не имеет значения, — сказал Берти. — Но вы понимаете, что до суда на все имущество вашей тетушки будет наложен арест? Ее посадят в тюрьму, и я совершенно уверен, что у нее нет никаких шансов на оправдательный приговор. Французы сейчас настроены очень враждебно по отношению к немцам.

Гардения судорожно глотнула воздух.

— В таком случае я увезу ее немедленно, — сказала она. — Нам лучше всего отправиться в Англию.

— Я так и думал, это будет первое, что придет вам в голову! — воскликнул Берти. — Ни в коем случае! Это слишком опасно! Поскольку вы обе англичанки, они сразу решат, что вы захотите отправиться в Англию. Поезжайте в Монте-Карло, это независимое государство. А там вы легко сможете сесть на корабль.

Он достал часы из жилетного кармана.

— Еще нет двух часов, — сказал он. — В два сорок пять с Лионского вокзала отходит поезд. Вы вполне можете успеть на него.

— Но это невозможно! — вскричала было Гардения, но тут же изменила свое решение. — Мы… мы так и сделаем.

— Умница. Я был уверен, что вы не потеряете голову, — одобрил ее Берти. — А сейчас я должен уйти, вы же понимаете? Предупредив вас, я пошел на большой риск и поставил на карту свою карьеру!

— Я безмерно благодарна вам, — сказала Гардения.

— Торопитесь же! — с мольбой в голосе воскликнул Берти. — Они могут появиться здесь в любую минуту. Когда французы начинают действовать, они действуют очень быстро.

Он открыл дверь, пропуская ее вперед. Гардения остановилась и взглянула на него.

— Спасибо вам, — снова сказала она. — Вы были так добры.

Она приподнялась на цыпочки и нежно поцеловала его в щеку, так, как она могла бы поцеловать своего брата.

Он улыбнулся ей.

— Я беспокоюсь только о вас, — тихо произнес он.

Она кивнула, быстрыми шагами пересекла холл и взбежала вверх по лестнице. Когда она добралась до третьего этажа, то уже задыхалась, не столько от усталости, сколько от страха, все сильнее и сильнее охватывавшего ее.

Без стука она ворвалась в спальню своей тетушки. Герцогиня сидела перед зеркалом и заканчивала свой туалет в окружении Ивонны и двух горничных.

— А, вот и ты, дитя мое, — сказала тетя Лили. — Я как раз собиралась послать за тобой, чтобы узнать, не захочешь ли ты поехать кататься со мной.

— Я хотела бы поговорить с вами наедине, — прерывающимся голосом сказала Гардения.

Она взглянула на горничных, которые тут же направились к дверям.

— Наедине? — повторила герцогиня, приподняв брови. — Ты прелестно выглядишь, Гардения. Это платье — просто шедевр. Только месье Ворт мог сотворить нечто столь исключительное.

Гардения не слушала ее. Она закрывала дверь за Ивонной, которая прошла мимо нее с недовольным видом, по-видимому обиженная на то, что ее выставили из комнаты. Гардения плотно прикрыла дверь и заперла ее.

— Послушайте, тетя Лили, мы должны немедленно уехать.

— Что ты имеешь в виду? — удивленно спросила герцогиня.

— Прошлой ночью был арестован Пьер Гозлен; он во всем признался.

Ей не нужно было больше ничего говорить. По выражению ужаса на лице герцогини она поняла, что та прекрасно сознавала, каковы будут последствия этого признания.

— Нам нужно успеть на поезд в два сорок пять, — сказала Гардения.

— На Монте-Карло? — спросила герцогиня.

— Мистер Каннингэм считает, что они установят слежку во всех портах и на железнодорожных станциях, полагая, что мы решим ехать в Англию.

— Барон… я должна предупредить барона! — воскликнула герцогиня.

— Он уже знает, — с горечью ответила Гардения. — Он покинул Париж и даже не потрудился предостеречь вас.

Ее тетушка закрыла лицо руками жестом крайнего отчаяния.

— У нас нет времени на раздумья, нужно срочно упаковывать вещи, — сказала Гардения. — Я позову горничных. Я скажу им, что мы уезжаем в Англию. Вы поняли? Мы срочно уезжаем в Англию, так как вы получили плохие известия. Ивонне нужно сказать, чтобы она упаковала все остальное и что позже вы сообщите, куда она должна будет все это отправить. Вы поняли меня, тетя Лили?

Она подошла к своей тетушке и тряхнула ее за руку. Казалось, та была не в состоянии воспринимать окружающее.

— Да, я поняла, — глухо произнесла тетя Лили.

Гардения отперла дверь и вышла в коридор.

— Ее светлость получила дурные известия, — сказала она Ивонне. — Мы немедленно выезжаем, чтобы успеть на поезд в Англию. Упакуйте все, что успеете.

Последние слова она произнесла уже на ходу, взбегая по лестнице на следующий этаж и направляясь в свою собственную комнату.

Она позвонила Жанне, велела ей упаковать все новые платья и, зажав в руке свой паспорт, снова направилась вниз по лестнице в поисках месье Груаза.