Танец соблазна - Сабрина Джеффрис

Чувство страха, смешанное с лихорадочным ожиданием, пронзило каждую клеточку ее тела. Морган стал осыпать поцелуями ее груди, ласкать языком соски, пока они не затвердели. Затем Морган опустился на колени, прижался лицом к ее животу, а руками обхватил ягодицы.

Затем Морган откинулся назад, и когда раздвинул ей ноги, во рту у нее пересохло. Цепляясь за балясины, Клара чувствовала себя выставленной напоказ. Какое бесстыдство!

– Морган, – прошептала она, когда он раздвинул завитки волос между ее ног и сладострастно исследовал мягкую влажную плоть. Клара инстинктивно сжала ноги.

– Стойте смирно, ангел, и позвольте мне вкусить вас. – Он стал ласкать языком ее лоно. Это было восхитительно, но Клара жаждала чего-то большего.

Дважды за одну ночь она взлетала на вершину блаженства. Выкрикивала его имя, извивалась всем телом.

– Вы, наверное, разочарованы моей неопытностью, – сказала Клара.

Морган нежно обхватил ладонями ее лицо.

– Вы никогда меня не разочаруете. А неопытность лечится практикой. И я предвкушаю долгие часы практики в ближайшие месяцы.

Когда он нес ее к постели, она размышляла над его словами. Он не считал эту ночь единственной, которую они проведут вместе. Но что это? Начало короткого романа? Или что-то большее? Впрочем, зачем ей это знать?

Он положил ее на кровать, остановившись, только чтобы стянуть с себя подштанники, прежде чем опуститься на колени у нее между ног.

Клара ошеломленно уставилась на его чресла, не в силах отвести взгляд от толстой плоти, торчавшей из гнезда темных волос.

– Это довольно... э-э... твердое орудие, – сказала она потрясенно.

Он хихикнул:

– Достаточно твердое, чтобы доставить наслаждение нам обоим, надеюсь.

Он положил одну руку ей под плечо, а другой стал ласкать между ног.

– По-моему, вам понравилось, когда я ввел в ваше лоно свой палец?

Его палец вошел в нее.

– Да, мне понравилось.

– А как насчет двух пальцев? – хрипло выдохнул он, введя второй палец. – Приятно?

– Д-да, – прошептала она.

– Мой «жезл» ненамного больше, cherie. Но он подарит вам гораздо больше наслаждения, если вы позволите.

Клара почувствовала, как кончик его «жезла» трется о ее тело. Затем Морган направил его в ее лоно. Клара запаниковала.

– Больше не всегда лучше, Морган, – прошептала она.

Он хохотнул:

– Посмотрим, что вы скажете через неделю-другую. – Входя в нее, медленно, уверенно и неумолимо, он склонился, целуя ее. – Я хочу войти в вас, Клара. Впустите меня.

– Как?

– Просто расслабьтесь, ma belle ange. – Он стал ласкать ее грудь. – Я знаю, вы сможете принять меня всего, если расслабитесь.

Она расслабилась. К ее удивлению, то, что он делал, было не так уж плохо. Правда, она ощутила некоторый дискомфорт. Невероятное ощущение, что они слились в единое целое, странным образом действовало на нее, заставляя желать большего, раздвинуть бедра и выгнуться навстречу ему.

Он застонал:

– Для девственницы у вас хорошие инстинкты.

– У меня хороший учитель.

Его губы тронула чуть заметная улыбка.

– Через минуту вы будете думать иначе. Я никогда не имел дела с девственницей, но знаю, что в первый раз это больно.

Она судорожно сглотнула.

– Мне об этом говорили.

Его напрягшиеся губы и твердый подбородок немного обмякли.

– Если я могу взять вас, не сделав вам больно, ангел, я сделаю это.

– Я знаю. – Она поцеловала его в губы.

Он вернул ей поцелуй, его язык вошел так глубоко и с такой страстью, как никогда раньше. Потом он резко оторвался от ее рта, чтобы шепнуть:

– Если хотите остановить меня, скажите. Ведь я лишу вас девственности.

– Это стало неизбежным, когда вы в первый раз поцеловали меня, – призналась Клара. – Есть вещи сильнее, чем боль.

Невероятное удовлетворение отразилось на его лице.

– Я постараюсь, чтобы оно того стоило, – пообещал он и вошел в нее.

Она невольно вскрикнула, скорее от удивления, чем от боли, – у него потемнели глаза, и он прильнул к ее рту в поцелуе. Потом он начал двигаться.

Мощные толчки его плоти внутри ее, горячий язык, исследующий ее рот... они накрыли ее, полностью подчинили, она так сильно ощущала его, что не могла существовать без этого.

Каждый удар вел за собой следующий; она приникала к нему, извивалась под ним, стремясь к тому же сладкому удовлетворению, какое уже познала, освобождению, которое он всегда приносил ей.

Он оторвался от ее рта, только чтобы провести горячечным ртом по ее щеке и шее; его зубы царапали ей кожу, покусывая мочку уха.

– Я могу съесть вас, мой ангел, но мне и этого будет мало. Помогите мне!

Она поднималась навстречу ему, целовала каждый дюйм его тела, до которого могла дотянуться, пока он не начал задыхаться. Теперь она овладевала им.

Неистовство в ее теле не знало границ. Она изо всех сил помогала ему входить в нее.

– Отдайте мне все, ангел, – хрипел он, обдавая ее щеку горячим дыханием, вторгаясь в нее все сильнее, чаще и глубже. – Я хочу вас всю... всю...

– Возьмите все... – шептала она. – Оно ваше.

Вскрикнув, он с силой вошел в нее последний раз, и внезапно наступило освобождение, принесенное ослепительной вспышкой ощущений, потрясшей ее тело. Чуть позже он излился в нее, шепча ее имя, лицо его просветлело.

Это был сладчайший миг в ее жизни. И когда Морган опустился на нее, а его губы отыскали ее губы для нежного благодарного поцелуя, ей вдруг стало ясно.

Она полюбила этого волка.

Глава 17

Глупые, они слушают льстивые речи,

Звучащие так сладко, без умолку,

Как пение сирен, – чему ж здесь удивляться,

Что попадают прямо в зубы волку.

Удовлетворенный, Морган лежал рядом с Кларой, одной рукой обнимая ее за плечи, вторую положив ей на грудь. Никогда еще он не чувствовал такого умиротворения. Прежде после близости он еще острее испытывал беспокойство и одиночество.

Но не с Кларой. Что-то очень естественное, очень хорошее было в том, как она лежала, обнаженная, в его объятиях, положив одну руку на его живот, забросив на него ногу. Что-то очень чистое.

Она прильнула к нему:

– Теперь я знаю – мне нравится заниматься любовью, капитан Блейкли.

Он улыбнулся:

– Мой жезл оказался достаточно твердым, не так ли?

– Очень полезная вещь.

– Всегда к вашим услугам, миледи. – Чувствуя сладостную истому, он позволил себе удовольствие еще несколько минут подержать ее в своих объятиях. – Надеюсь, вы окажетесь правы, Призрак не посмеет явиться этой ночью. Но если он вскоре явится, у меня не будет сил подняться и подойти к двери.

Она отняла голову от его груди и с тревогой посмотрела на него: