Танец соблазна - Сабрина Джеффрис

– Вы совсем без... э-э... панталон.

Клара густо покраснела. Морган хихикнул, но тут же умолк, увидев, как ошеломленно она смотрит на его голые ноги. Несмотря на рану, Морган ощутил напряжение в паху и, чертыхнувшись, наклонился вперед, надеясь, что рубашка скроет его жезл.

– Я подумал, что панталоны будут мешать обрабатывать рану.

– О, конечно. – Клара подняла с пола тазик, долила воды и принесла к кровати, избегая его взгляда. – Простите, мне не приходилось видеть мужчин... ну...

– Вы хотели сказать «без штанов», – договорил за нее Морган.

Когда Клара, раскрасневшись, опустилась на колени, Морган с трудом сдержал стон. Он представил ее себе в такой позе, но совсем в другой ситуации.

Он быстро переключил внимание на рану.

– Похоже, рана поверхностная. – Морган почти жалел об этом. В противном случае боль не позволила бы ему возбудиться. – Наверняка быстро заживет.

– Дай-то Бог! – произнесла Клара, смачивая полотенце.

Когда она начала смывать кровь, огонь охватил его бедро, заставляя мысленно изрыгать ругательства.

– Я очень сожалею. Простите меня. За все. Я не думала, что может такое случиться.

– Вспомните об этом в следующий раз, когда снова захотите отправиться туда, где вам не следует быть.

– У вас найдется что-нибудь из крепких напитков? Бренди? Виски?

– Хорошая мысль. – Немного бренди ему не повредит. – Посмотрите в умывальнике за полотенцами. – Когда Клара поднялась, он поддразнил ее: – Я думал, что леди не приличествует употреблять крепкие напитки.

Она удивленно подняла бровь:

– А я думаю, что произошедшее – достаточное основание для пренебрежения условностями. Надеюсь, у вас нет возражений?

– У меня нет. Женщинам следовало бы почаще пренебрегать условностями, тогда жизнь стала бы намного интереснее.

Клара нашла бутылку.

– Странно, но мне показалось, Призрак не собирался убивать вас. После того как прозвучал выстрел, он произнес: «О Боже, я убил его!» Вид у него был удивленный.

– Я удивлю его, не сомневайтесь, – мрачно произнес Морган. – Ему это так не пройдет. За то, что он напал на вас, я разорву его на части.

– Напал на меня? По-моему, это не входило в его планы. Несмотря на его угрозы, он...

– Этот негодяй угрожал вам? Я-то думал, вы наткнулись на него, когда он поджидал меня, и заговорили с ним.

Она выпрямилась, явно оскорбленная:

– Я не идиотка, чтобы заговаривать с незнакомцем в этом переулке.

– Вы заговорили со мной неделю назад.

– В дневное время. К тому же я была не одна. И на вас не было черного плаща. – С бутылкой в руке она приблизилась к нему. – Нет, я стучала в дверь, когда он подошел и потребовал сказать, где вы. Когда я не смогла сказать ему, он выхватил пистолет и стал размахивать им...

– Bon Dieu, он мог вас убить! Я сверну ему шею!

– Все было не так. Не совсем так.

– Расскажите мне все подробно. – Мысль о том, что это она могла сидеть здесь, страдающая от раны, ужасала его. – Почему он вам угрожал? Чего хотел от вас? Что говорил?

Она села на кровать и откупорила бутылку.

– Почему-то он все время говорил о Джонни. Велел передать вам его требование, касающееся Джонни.

Когда она полила бренди на его рану, он крепко выругался и выхватил у нее бутылку.

– Что, черт возьми, выделаете? Пытаетесь прикончить меня? Объясните, Бога ради!

– Зачем, по-вашему, понадобилось бренди? Чтобы остановить кровотечение. Миссис Картер уверяет, что если промыть рану крепким спиртным напитком, она быстрее заживет.

– Пусть миссис Картер остается при своем мнении, я лучше не буду проверять это на своей ноге.

Клара вздернула подбородок:

– Брат миссис Картер хирург, проверил это на опыте, когда служил на флоте.

– Мы на флоте не тратили хороший бренди на такие царапины, будьте уверены. – Поднеся бутылку к губам, он сделал несколько глотков и поставил ее.

– Прекрасно. Используйте его, как вам нравится. Я закончила. – Она встала и огляделась, поставив руки на бедра. – У вас найдется что-нибудь, что можно пустить на бинты?

– Вот, мой шейный платок, – отвечал он, снимая его.

Он подал ей платок, но она сердито посмотрела на него:

– Это шелк. Я не собираюсь портить платок, обматывая им ногу. Кроме того, шелк плохо впитывает кровь. Не найдется ли у вас чистой простыни и ножниц или ножа, чтобы разрезать ее на бинты?

Морган пошарил позади себя в поисках ножа, нащупал его и протянул Кларе.

– А лишних простыней у меня нет, только те, что лежат на кровати, и резать их я не позволю.

– Тогда я разрежу на бинты свою нижнюю юбку. Она как раз из хлопка. – Взяв нож, Клара отправилась в переднюю часть лавки.

– Замечательно! – крикнул ей вслед Морган. – Вот уж не думал, что моя нога будет забинтована женской юбкой последнего фасона.

– Прошу прощения, – отозвалась Клара, – но тогда вам придется подождать, пока вас еще раз подстрелят. Эта юбка давно вышла из моды, я никогда не надеваю хорошие вещи, отправляясь в Спитлфилдз.

– Я это заметил. Как и то, что, собираясь сюда, вы переоделись в черное платье. Наверное, чтобы вас легче было обнаружить, когда будете пробираться в лавку.

Наступило молчание. Наконец Клара подала голос:

– Так и получилось.

Он хотел было снова отчитать Клару, но тут представил себе, как она поднимает юбки, чтобы разрезать их на бинты, дальше – больше. Воображение нарисовало ему нижнюю рубашку, шелковые чулки, облегающие красивые бедра, коленки с ямочками и...

Желание бушевало в нем, словно тайфун. Лучше бы он послал ее за врачом, чем терпеть такие муки.

Жаль, что у него всего одна рана. Будь их несколько, ей пришлось бы порезать на бинты и платье, и нижнюю рубашку. Не говоря уже о панталонах – чтобы их с нее снять, он готов сам прострелить себе ногу.

Однако Морган прогнал эти мысли, у него были дела поважнее.

– Вы сказали, что Призрак приказал вам передать мне его требование. В чем оно выражалось?

– Он хочет, чтобы вы выгнали Джонни, потому что сестра Джонни завела роман с полицейским.

Морган задумался. Странно. Ведь у Призрака есть связи во всех полицейских участках.

Морган прищурился. Что, если нападавший на Клару вовсе не Призрак? Мужчина, ускользнувший из переулка, не был похож на того, который ускакал в прошлый раз. Тот был огромным, косая сажень в плечах, на улице стоял его конь. А этот скрылся на собственных ногах.

– Я еще кое-что вспомнила, – сказала она. – Выстрелив, он уронил пистолет. Может быть, пистолет все еще валяется в переулке.

– Черт возьми, Клара, это важно! Пойду посмотрю.

– Вам нельзя ходить, пока я не перевяжу рану. К тому же он наверняка вернулся за пистолетом.