Последний сон ее смертной души - К. Берд Линкольн

— Там ничего крепче нет? — сказал Кваскви, опускаясь рядом со мной.

Я бросила ему банку крепкого эля «Мертвец».

— Хм. Мне принять это на свой счет?

Я подняла банку, чтобы стукнуться с ним.

— За Генри, — сказала я. Кваскви повторил слова и сделал большой глоток пива.

— Джорджа сегодня не будет?

Кваскви покачал головой, отклонился в кресле-мешке. Он вытащил из-за уха соломинку, появившуюся из воздуха, сунул ее между больших передних зубов и задумчиво жевал.

— На это уйдет время. Тебе нужно его проведать. Ты ему нравишься.

— Я? Нордваст Уффхейм убили его брата. Чтобы добраться до меня.

Кваскви выплюнул соломинку.

— Блин, ты же знаешь лучше. Не неси этот бред, — настоящий гнев сделал его голос хриплым. — Проведай его. Он тоже сладкоежка, как ты. Привези ему тот лунный шоколад, который так тебе нравится.

— Дагоба.

— Не важно.

— Я отправлюсь. В следующую субботу.

Кваскви провел руками по волосам, растрепал концы. Он расстегнул пуговицы рубашки, чтобы было видно его гладкую смуглую грудь почти до пупка.

— Сегодня отбывает Элиза. Она встанет на колени в наказание перед Иными Портлэнда, а потом будет изгнана навеки.

— Я сказала, что не пойду.

— Джордж придет.

— Если переживаешь о Джордже, оставь его в покое с его горем!

Кваскви быстро провел обжигающим взглядом по моему лицу.

— Не терзай меня своим чувством вины, милая, — он склонился, чтобы его слова были только между нами. — Я знаю, что нужно Джорджу. Я дал ему двух парней Джеймса поиграть, а потом отдал их полиции. Так горюет Медведь.

— Знаете, мистер, нельзя просто…

— О, какие люди, — тон Кваскви стал теплым, как масло. Высокая спортивная женщина с короткими волосами и свистком на шее подошла к нам. — Вы, видимо, тренер Кэрролл.

Кваскви встал, чтобы пожать руки.

— Пон-сума очень вас хвалил, — продолжил он, обвил рукой плечи женщины, уводя ее. — Прошу, дайте знать, чем могу помочь.

Тренер Кэрролл растерянно посмотрела на меня и улыбнулась.

— О, Чет предупреждал меня о вас, мистер Вематин.

— Милые тренеры зовут меня Кваскви.

Я вздохнула. Мое раздражение уходило через ноги в землю. Кен подошел ко мне и опустил ладонь на мое плечо.

— Теперь ты пришел. Где была моя поддержка, когда я нуждалась в тебе?

— Лезть между расстроенной баку и Сиваш Тийе — не лучшая идея.

Я хмыкнула.

— Присядь, а то ты побледнел.

— Ненавижу быть слабым, — сказал он, но сел в опустевшее кресло Кваскви. — Но на небе нет туч, и я тут, с Хераи Кои, среди друзей.

Сердце дрогнуло в моей груди. Я сжала кулаки, желая коснуться его спутанных волос, вдохнуть его запах с ноткой корицы, погладить эту теплую кожу. Какой была его жизнь до этого, если даже с потерянной ладонью он получал удовольствие от таких простых вещей?

— И ты еще не попробовал мамин торт с мочи.

Его лицо стало хищным. Я села, дико осмотрелась, уверенная, что близко опасность. Сердце дико колотилось. Кен приподнял бровь от моей реакции, сжал губы в дразнящей улыбке, которая сочеталась с темной глубиной его глаз.

— Нет. Но я жду ночи, чтобы попробовать многое. С тобой.

Зараза. От этого я покраснела до пальцев ног.