Восемь-восемь, или Предсвадебный марафон - Валентина Седлова

— Ну, все равно: ты уж как-нибудь по-тихому постарайся, ладно? Хоть место там и глухое, но все равно, мало ли что!

— Что-то ты больно назойливый сегодня, Семеныч! Не боишься, что рассержусь?

— Не боюсь, Тимоха, — ответил Семеныч и впервые за все время разговора, не отводя глаз, посмотрел на гостя. — Ты — головы не теряешь, чем и славишься. И проблемы лишние тебе совсем ни к чему. Значит, договоримся. Я сделаю так, чтобы твое имя в связи с этим лесником нигде не всплыло. А ты пообещаешь, что обойдешься без мокрухи. Пойми, если лесника грохнуть, тогда точно какую-нибудь шишку из города пришлют. Будет тут шарить, разнюхивать везде. Может и раскопает чего. Так зачем палкой в улей тыкать, трудности себе лишние создавать?

— Ох, и пройдоха ты, Семеныч! Ладно, считай, уболтал ты меня! А сейчас выкладывай-ка ты мне все, что знаешь про этого лесника. И с подробностями! Я тебя сегодня до-олго слушать буду…

Кристина сидела у окна, вглядываясь в лес, казавшийся ей сейчас мрачным и каким-то пасмурным. Пару часов назад Фомич ушел на обход, строго-настрого наказав ей избу не покидать и каждые полчаса выходить на связь. На душе было тревожно и очень-очень неспокойно. После обеда Фомич почти два часа провел, начищая свою винтовку и перетряхивая охотничью амуницию. Да и сейчас ушел с винтовкой и запасом патронов. Ясно, что не охотиться собрался.

На всякий случай, Кристина погасила во всем доме свет и заперла двери, хотя Фомич ее об этом и не просил. После своих прошлогодних приключений она изменила свое отношение к огнестрельному оружию. И если Фомич — спокойный и рассудительный Фомич — отправился в вечерний обход с винтовкой за плечами, значит, на то есть действительно очень серьезная причина. Что, само собой разумеется, не могло не волновать Кристину. А вдруг что-то произойдет, что-то очень страшное? До поселка этого целый день ходьбы, связи никакой. Если в самое ближайшее время не появится Иван, про них с Фомичом вообще никто не вспомнит. Как же гнусно!

Внезапно Кристина замерла и принялась вслушиваться. Вроде как машина подъехала? Или нет? Вроде, нет. Да, точно, никого. Это у нее после сегодняшних событий глюки начались, вот и мерещится все, что ни попадя. Эта компания уже наверняка завалилась в какую-нибудь сауну в городе и думать не думает про то, что произошло на берегу озера. Только она, глупая, все переживает и паникует.

Кристина настойчиво уговаривала себя успокоиться, но это у нее получалось с трудом. Честнее сказать — никак не получалось. Если все так хорошо, почему же Фомич перешел на «военное положение»? Почему за весь сегодняшний день он так ни разу и не улыбнулся? И за столом не шутил и не балагурил, как обычно?

Кристина уже потеряла счет времени, сколько она просидела в ожидании возвращения Фомича. За окном уже смеркалось, час-полтора — и окончательно стемнеет. Фомич только что выходил на связь, сказал, что забежит, проверит еще одну точку, и домой. Поскорей бы!

Вдруг от входной двери раздался какой-то неровный стук, а следом и короткий лай. Раз, другой. Иртыш! Неужели Фомич ушел без своего верного друга, оставил его дом охранять?! Но тогда что случилось? Иртыш просто так голос не подаст!

Кристина подбежала к входной двери, открыла и впустила Иртыша. Тот, приплясывая от возбуждения, осторожно прихватил ее за край камуфляжных штанов (так и не переоделась сегодня) и потянул за собой. Кристина пару секунд подумала, распространяется ли просьба Фомича не покидать дом на подобные случаи, и решив, что нет, помчалась за Иртышом, резво рванувшим куда-то по дороге.

Бегун из Кристины был неважный, поэтому она достаточно быстро выдохлась и была вынуждена перейти на ходьбу. Странно. Она была готова поклясться, что они движутся в сторону той сторожки, в которой она ночевала в самом начале своей лесной эпопеи. За прошедший месяц она научилась сносно ориентироваться в окрестностях, и даже как-то раз любопытства ради прошлась по маршруту, по которому мчалась в первый свой вечер. Страшный ельник при свете дня уже не показался ей таким жутким, а болото, прямиком в которое она, оказывается, топала, тем более. Там росли такие подосиновики!

Но сейчас явно не время думать про грибы. И отчего это встречный ветер несет запах костра? Неужели пожар? Боже мой, только не это! Фомич этого не перенесет!

Ноги Кристины сами собой вновь побежали, и через некоторое время она увидела, откуда идет дым. Горела сторожка. Языки пламени уже полностью обнимали ее, бежали по крыше. Трещали горящие доски, сыпались искры, и от горящего домика исходил такой жар, что Кристина почувствовала его даже на таком приличном надо сказать расстоянии от пожара.

— Фомич, Фомич, прием! Горит сторожка! Как принял меня? Повторяю: горит сторожка! Я здесь с Иртышом, потушить не смогу, она уже вся в огне! Фомич, беги скорее сюда!

— Кристина! Уходи оттуда! Немедленно уходи оттуда! Запрись в доме и никому не открывай! Кристина!

Внезапно Кристина оказалась в чьих-то грубых объятьях, и противный мужской голос захохотал ей прямо в ухо:

— Гляди-ка, какая курочка к нам пожаловала? А мужик этот, лесник, знать, не промах! Какую молоденькую кралю себе нашел! Даром, что седина в голову! А куда это ты торопишься? Ты уже пришла туда, куда надо. Или я хуже твоего лесника?

Из рации, которую крепко сжимала в руке Кристина, раздался взволнованный голос Фомича:

— Кристина, как приняла? Кристина, ответь! Кристина!

Человек, схвативший Кристину, своей рукой зажал ее руку с рацией, нажал на ее указательный палец, лежащий на клавише передачи, и поднес рацию к своим губам, отчего правая рука девушки оказалась неестественно вывернута назад и вверх. Со стороны, наверное, могло показаться, что мужчина и женщина в отсветах пламени танцуют какой-то старинный танец.

— Лесник, это ты? Твоя девка у нас. Можешь особо не торопиться, она скучать не будет, обещаю!

Внезапно Кристина упала на землю, а за ее спиной раздалось рычание и громкий мат.

— Бля! Откуда взялась эта тварь! Пацаны, спасите! Ай!

Встав на четвереньки, Кристина оглянулась через плечо. Верный Иртыш мутузил напавшего на нее мужика и, судя по всему, нешуточно располосовал ему руку. Мужик истошно голосил и звал на помощь. Выходит, он здесь не один?! И правда, вон какие-то силуэты прямо к ним бегут. Черт, драпать надо! Иртыш со всеми не справится!

И Кристина, крикнув Иртышу «выводи меня!», ведомая каким-то звериным инстинктом, на тех же четвереньках кинулась в лесную чащу. Как ни странно, но рацию умудрилась сохранить при себе, поэтому, задыхаясь от бега, она прокричала:

— Фомич, я вырвалась! Фомич, он не один! Слышишь? Фомич! Прием! Как понял?