Восемь-восемь, или Предсвадебный марафон - Валентина Седлова

В принципе, в Москву можно уехать в любой момент: Фомич машину свою уже давно отремонтировал и не без помощи ее, Кристины. Она помогала ему наживлять гаечки, а еще помыла и почистила машину изнутри и снаружи. Фомич, когда свой Уазик после увидел, не узнал. Стекла чистые до такой прозрачности, что кажется, будто их нет. Коврики резиновые глянцево отливают чернотой. Все чехлы и тряпочки, обнаруженные Кристиной внутри, перестираны и возвращены на свои законные места. Приборная панель тоже стала, как новенькая. Даже запах внутри изменился. Если раньше пахло какой-то затхлостью, чуть-чуть бензином и, Кристина была готова поклясться, застоявшейся животной кровью, то теперь остался только запах бензина и туалетного мыла, причудливо перемешанный и очень необычный.

На самом деле, Кристина уже из чистого упрямства (она сама, правда, называла это про себя принципом) не торопилась в Москву. Ей было очень интересно, как Иван вывернется из этой щекотливой ситуации, которую сам же и создал. Очень хотелось послушать, что он скажет, когда все-таки найдет себе силы приехать за ней. Нет, она на него уже не злилась. По крайней мере, так, как в первую неделю своего вынужденного отпуска. Но кое-что осталось между ними невыясненным. И это кое-что было очень важно, поскольку включало в себя один вопрос: они все еще вместе, или Иван придумал такой хитрый ход для того, чтобы подготовить Кристину к расставанию, приучить жить без него?

Своими сомнениями Кристина с Фомичом не делилась, хотя они частенько вертелись у нее на языке. Впрочем, он тоже был не слепой, и если точно не знал, то, по крайней мере, догадывался, каково ей сейчас. От любимого никаких вестей, полная изолированность от внешнего мира, единственные собеседники — лесник, который ей в отцы годится, да прирученный полуволк.

В ее комнате на стене красовались еще три новых пейзажа, выполненных в том же «осмысленном» состоянии, что и подаренный Фомичу рисунок. Для всех для них Фомич изготовил очень красивые деревянные рамки, простые, но строгие, не отвлекающие на себя внимание от пейзажей. Кристина уже знала, что один, тот что слева, обязательно повесит у себя в квартире прямо над кроватью, еще один подарит матери, а третий Ивану. Если, конечно, между ними еще не все кончено…

На самом деле, рисовать ее тянуло не так, чтоб очень часто. Где-то раз в неделю, может быть. Но даже этих нечастных выходов на эскизы хватило, чтобы почти полностью извести запас масляных красок Фомича. Сегодня он как раз должен поехать в город (судя по тишине в доме — уже уехал) и закупить новые краски и холсты. Да и еды тоже. А то они уже на пару по нормальному хлебу тосковать начали, одни сухари да оладушки. Еще Фомич обещал, что купит вареной докторской колбасы. Почему-то именно по ней Кристина соскучилась больше всего. Да и чего-нибудь кисломолочного не мешало бы. Йогуртов там, творожков.

Интересно, когда Фомич вернется? Вчера пообещал, что к обеду будет как штык. Хотя и обмолвился, что ему какие-то свои дела надо в городе порешать. Что ж, дела — так дела, это понятно. Лишь бы недолго. Иртыш, конечно, классный друг, но все равно одной как-то страшно. Как представишь, что ты одна-одинешенька во всем этом огромном лесу… А в нем медведи, кабаны, волки…

Кристина рассмеялась над своими страхами, хотя и капельку нервно, и пошла умываться и готовить себе завтрак. Но перво-наперво вышла на крыльцо и подозвала к себе Иртыша. Просто чтобы убедиться, что он рядом и никуда не делся. Конечно же, Иртыш, нахал этакий, опять напросился на ласку. Фомич, когда это видел, всегда в шутку ворчал, что она ему пса разбаловала, но никогда не препятствовал возиться им столько, сколько влезет. Так что от Иртыша она избавилась только минут через пятнадцать, не раньше. Пока каждое ухо почешешь, пока поздороваешься с каждой лапой раз по десять…

Кстати, Фомич уверяет, что лапу он подавать начал только ей, раньше, мол, даже и не пытался. А все само собой получилось: Кристина сказала, дай лапу, Иртыш и дал. Она и ведать не ведала, что это вроде как новый трюк в программе. А Фомич только диву давался, на Иртыша своего глядя. Все смеялся: вот, мол, что женская ласка с нами, мужиками делает!

После завтрака Кристина задумалась, чем бы таким заняться в ожидании Фомича? На эскизы идти вроде не хочется, да и все равно половины нужных красок нет. Книжки, которые обнаружились в его доме, уже читаны-перечитаны по третьему разу, включая даже ту, что припас для нее Иван: «Искусство выживания в условиях средней полосы России». Судя по всему, он эту книжку выбрал, чтобы Кристина могла самостоятельно костер развести, что-нибудь на нем приготовить, чтобы леса не боялась. А книжка, кстати, ничего оказалась, кое-что даже весьма занятно расписано. Особенно те две последние главы, где рассказывается, как втихаря подкрасться к кому-нибудь, как замаскироваться под какой-нибудь пенек. Да о чем говорить: когда нормальных детективов под рукой нет, за них даже это руководство для самопальных спецназовцев сойдет! На безрыбье-то…

Потратив на раздумья минут пятнадцать, Кристина все-таки склонилась в пользу домашней уборки, хотя Фомич и не очень приветствовал ее хлопоты по хозяйству. Мол, раз ты гостья, то и отдыхай вволю, а я все сам сделаю. Но раз уж его все равно еще несколько часов не будет, можно покамест и полы подмести, и пыль со шкафов смахнуть. За таким занятием время летит незаметно и быстро, сколько раз уже в этом убеждалась. Как раз она уборку закончит, и появится Фомич.

Чтобы не елозить голыми коленями по грязному полу, Кристина надела камуфляжные штаны, с которыми успела, скажем так, свыкнуться — не всегда в шортах по болотам прыгать удобно, да и сквозь ельники продираться — счастья мало. Кто бы ей раньше сказал, что она на себя это наденет! А оказалась очень удобная штука: комары прокусить не могут, грязь не слишком видна, а главное — их не жалко и стирать легко. И материал, из которого камуфляж пошит, просто неубиваемый какой-то, хоть что с ним делай! Только линяет на солнце чуть-чуть и все. Вон, у Фомича точно такой же, только сильно поношенный. Так они только цветом и различаются. Ну, еще само собой, размером.

Мытье полов заняло у нее почти два часа. Кристина пошла выливать за дом грязную воду, когда услышала далекий шум мотора. Неужели уже Фомич возвращается? Но, судя по звуку, машина (или машины?) прошла где-то рядом, и проехала дальше, в лесную чащу. Что за новости? Фомич дорогу спутал? Быть того не может! Или решил на машине свое хозяйство объехать? Но он этого не любит делать, мол, зачем зверье да птицу лишний раз тревожить, лучше уж пешком пройтись. Тогда, получается, это кто-то чужой. Но не охотники — сезон охоты еще не открыт, надо до середины августа ждать. Разве что браконьеры…