«Синано» - потопление японского секретного суперавианосца - Джозеф Инрайт

Мы использовали веерообразный способ стрельбы, перекрывая на ее полукружии длину цели на 150 процентов. Первая торпеда выстреливалась и проходила позади авианосца, четыре торпеды били в корпус авианосца, а последняя должна была пройти по носу авианосца. Такой способ был очень рационален, так как в этом случае можно было добиться наибольшего количества попаданий, несмотря на какие-то ошибки, допущенные в определении курса или скорости цели.

Как говорится, сердце ушло в пятки - вот что я испытывал в тот момент.

И вот в перископ я увидел огромный огненный шар в районе кормы авианосца. Тотчас же мы услышали взрыв первой торпеды, донесшийся к нам сквозь слой воды. Немного погодя «Арчер-Фиш» ощутила сильный удар волн, вызванный взрывом торпеды с 680 фунтами взрывчатки.

- Попали! - закричал я. - Попали в сукина сына!

Конечно, рано было еще праздновать победу. Необходимо подсчитать число попаданий. И конечно, надо вовремя уйти от атаки глубинными бомбами.

Я продолжал смотреть в перископ и вскоре увидел второй взрыв, поразивший корпус авианосца через 8 секунд после первой торпеды. Вторая торпеда разорвалась на 50 ярдов от места первого взрыва в направлении носа авианосца.

В моей душе все ликовало. Видимо, распределение торпед в залпе было идеальным.

Я повернул перископ так, чтобы посмотреть на реакцию эсминцев. Один из них уже направился к нам, а другой, который всего минуту назад прошел над нами, делал крутой поворот, чтобы устремиться к нам. Я еще раз быстро взглянул на авианосец, когда мы услышали новые взрывы. Невероятно, но он уже начал крениться и, казалось, вот-вот перевернется.

Я знал, не ожидая подсчета, что большинство торпед попало в цель.

Мне очень хотелось оставаться еще на перископной глубине и наблюдать, как авианосец начнет уходить под воду. Но, конечно, это было невозможно. Мы сделали все, чтобы потопить авианосец. Эсминцы уже рыскали в поисках нас. Теперь «Арчер-Фиш» становилась целью для противника.

- Погружение на четыреста футов! - скомандовал я.

Как только «Арчер-Фиш» начала погружение, у нас появилась возможность выразить свои чувства и поздравить друг друга. Было трудно понять, что каждый из нас хотел сказать, так как все мы говорили одновременно. Но никого это не беспокоило.

- Я насчитал шесть попаданий!

- Я тоже насчитал столько же, - повторил другой голос.

- Авианосец сейчас затонет!

- Пойдет на дно еще один японский корабль…

- Самое время…

- Спасибо господу за этот авианосец…

Самый взволнованный и радостный в боевой рубке был Билл Сайкс, который поднимал и опускал перископ по моей просьбе во время атаки.

- Наши торпеды поразили этот авианосец. Он получил много попаданий. Он пойдет на дно. Разрази меня господь, если это не так! - Он радовался, как подросток, прыгая и крича.

Я посмотрел на корабельные часы над штурманской картой: было 3.22. Мы погрузились в 3.05. Прошло всего 17 минут, но они были заполнены событиями, которые мы не забудем никогда. Я похлопал по четкам. Да, «Арчер-Фиш» с триумфом выполнила свою задачу. Я вышел победителем из поединка с неприятельским кораблем. Мы все дождались часа своей славы в этой страшной войне.

Радист Скэнлан следил за эсминцами, прослушивая шумы их винтов. Он также услышал шумы и скрежет, которые, по его мнению, означали предсмертную агонию авианосца, он разваливался. Океан поглощал его, сокрушая и вырывая его переборки. Эти звуки были музыкой для наших ушей.

Но тут японские эсминцы оказались прямо над нами, и мы услышали разрывы глубинных бомб…

11. ОПУСТОШЕНИЕ

Было 3.17, 29 ноября. «Синано» завершил поворот с курса 210 на 180 градусов. Кэптен Абэ перехитрит этих янки, особенно упорного командира их группы подлодок. Авианосец будет идти курсом зигзага, если необходимо, всю ночь и утро, но не подпустит американские подводные лодки к себе.

Штурман Накамура и энсин Ясуда наносили новые данные о маршруте корабля на карту. С каждым часом у старшего штурмана все больше возрастало беспокойство. Скоро скроется луна и взойдет солнце. При дневном свете все бомбардировщики Б-29, которые пролетают по направлению к Токио, увидят «Синано». Действительно ли они так много выиграли от ночного перехода?

В этот момент первая торпеда врезалась в корпус «Синано» на десять футов ниже ватерлинии. Раздался ужасающий грохот, и громадное красно-оранжевое пламя, охватив правый борт авианосца, взметнулось в темное небо. Торпеда угодила примерно в 194-й шпангоут футах в 115 от руля. Удар пришелся по большой холодильной установке, а также по пустой цистерне для авиационного бензина. Проломило переборку, что привело к затоплению еще одного отсека с холодильной установкой на нижней палубе. Взрывом также разрушило переборки отсеков технического персонала и уничтожило всех, кто в это время здесь отдыхал. В течение следующих 30 секунд еще три торпеды угодили в авианосец ближе к носовой части. Взрывались они с интервалом в 8 секунд. Вторая торпеда ударила по отсеку, где находился редуктор правого гребного винта. Вода хлынула в пробоину и затопила машинное отделение. Личному составу удалось спастись.

Третья торпеда пробила корпус «Синано», в результате чего котельное отделение № 3 оказалось затопленным в течение нескольких минут, Все члены команды, находившиеся на вахте, были убиты. Вскоре лопнули переборки, отделяющие затопленную котельную № 3 от котельной № 1, и вода быстро затопила ее, а следом и котельную № 7.

Последняя торпеда, выпущенная подводной лодкой «Арчер-Фиш», ударила по правому борту в районе компрессорного отсека, который вскоре был тоже затоплен. Вода хлынула в погреба, где хранились зенитные снаряды. Была взорвана топливная цистерна по правому борту. Вскоре был затоплен прорвавшейся водой и покинут командой пост борьбы за живучесть - один из центральных нервов корабля по борьбе с огнем и водой и по организации восстановительных работ. Все работы по спасению корабля принял на себя пост борьбы за живучесть № 1, расположенный на надстройке авианосца. Первоочередной задачей его стала борьба с затоплением.

Кэптен Коно, командир электромеханической боевой части, находился на посту № 2, когда услышал глухие взрывы первых трех торпед. Он позвонил на мостик коммандеру Араки, командиру боевой части связи. Араки ответил, что кэптен Абэ уже извещен об атаке подводной лодки и просит доложить как можно скорее о размерах повреждений и их характере. Вскоре где-то внизу взорвалась четвертая торпеда. Кэптен Коно думал, что сильный толчок собьет его с ног и ударит о переборку. Вместо этого он ощутил только, как воздушная волна пронеслась по коридорам корабля.