Земля ковбоев. Настоящая история Дикого Запада - Кристофер Ноултон

фондовая биржа признавала такое предприятие открытым акционерным обществом. В конце 1882 г. новая фирма Мортона Фрюэна Powder River Cattle Company стала первой британской скотоводческой компанией, получившей такой статус.

В целом собранный капитал составил 300 000 фунтов стерлингов: 10 000 привилегированных акций продали по 10 фунтов, а 40 000 обыкновенных акций — по 5 фунтов. Фрюэн получил 12 000 фунтов наличными и 8000 обыкновенных акций в обмен на земли, приобретенные им в соответствии с Гомстед-актом и Законом о пустынных землях (160 акров и 640 акров соответственно), а также на стадо крупного рогатого скота, которое теперь насчитывало 40 000 голов. Мортон согласился стать управляющим компании до 1 ноября 1887 г. Его зарплата должна была составлять треть годовой прибыли, но после выплаты акционерам 10 % дивидендов. По окончании срока действия контракта в 1887 г. предполагалось провести оценку собственности, и если стоимость компании превысила бы исходную сумму 300 000 фунтов стерлингов, то ему полагалась треть такой прибавки — в качестве так называемых отложенных поощрительных выплат. В наши дни о таком щедром вознаграждении могут договориться только самые востребованные хедж-фонды и частные инвестиционные фонды. Таким образом, у Мортона имелись серьезные стимулы для того, чтобы постараться сделать работу компании успешной.

Однако, как и при любом объявлении об эмиссии акций, дьявол крылся в деталях. Согласившись на выпуск привилегированных акций, Фрюэн предоставил владельцам таких акций не только приоритетное право на ежегодные дивиденды, но и режим преференций в случае необходимости ликвидации компании — деталь, которою он либо упустил из виду, либо слишком легко с нею согласился. Привилегированные акции можно было выкупить, но только через пять лет. По всей видимости, Фрюэн считал выкуп практически гарантированным и поэтому не придал значения данному пункту, и это тоже оказалось ошибкой. Привилегированные акционеры прекрасно понимали, что, если что-то пойдет не так, они получат эффективный контроль над компанией.

Брат Мортона Ричард с самого начала был настроен скептически, и его слова оказались пророческими: «Говорю тебе прямо: ты не сможешь с этим справиться… Это все хорошие планы, но ты не сможешь их осуществить»[232]. Однако Мортона это не остановило. Воодушевленный достигнутым, он вернулся в Вайоминг, и на деньги, вырученные от продажи акций, начал скупать соседние стада. Он отправил письмо жене, предлагая свободно тратить деньги: «Ни в чем себе не отказывай, дорогая женушка, мы так быстро зарабатываем, что нет ничего неосмотрительного в том, чтобы без ограничений тратить деньги и наслаждаться жизнью; надеюсь, тебе удалось найти лакея. Готова ли новая карета?»[233] В другом письме к ней он писал: «Эти дорогие нашему сердцу вульгарные деньги. Не смейся над моим энтузиазмом, если я скажу, что мечта о бриллиантах, возможно, уже вполне осуществима».

Примерно через месяц он написал циркулярное письмо своим акционерам — пространный проспект, в котором надеялся продемонстрировать свое глубокое понимание скотоводческого бизнеса и знание всех его нюансов. Прежде всего он полностью опроверг существование угрозы чрезмерного выпаса скота, сочтя ее практически невозможной. Далее он отмахнулся от риска обвала цен на говядину, отметив, что «также неразумно ожидать и падения цен на говядину, напротив, сейчас стоит чрезвычайно трудная проблема: как во что бы то ни стало обеспечить население Соединенных Штатов мясом»[234]. Он утверждал, что продажи говядины должны расти на 25 % в год, только чтобы удовлетворить текущий спрос, который растет так же быстро, как и население США. Вдохновленный такими перспективами, он легкомысленно отмахнулся от рисков, связанных с плохой погодой: «Я также могу с полным основанием утверждать, что на реке Паудер не бывает снегопадов, что хорошо известно в этих местах, и именно указанная особенность впервые привлекла мое внимание к этому району зимой 1878 г.». В заключение он выразил сожаление по поводу практики покупки западных земель для обеспечения законных прав на открытые пастбища — эти деньги пришлось бы платить в ущерб дивидендов, и он не видел в этом никакого смысла: «Я не могу представить себе более ошибочной политики, нежели платить деньги за землю, которой можно пользоваться бесплатно…» Заявив о нежелании прогнозировать доходность инвестиций, он далее опроверг сам себя, утверждая, что не видит причин, по которым вложения в компанию в размере 10 000 фунтов стерлингов не смогли бы удвоиться за четыре года при выплате годовых дивидендов в 15‒20 %.

Увы, через некоторое время оказалось, что он был абсолютно неправ по всем этим пунктам.

Тем временем в Бедлендс на Территории Дакота приехал маркиз де Морес с опционным договором на приобретение участка земли и нескольких зданий. Однако при осмотре оказалось, что постройки ни на что не годны, а земля не стоит тех денег, которые за нее просят. Он разорвал договор, пересек на лошади реку Литл-Миссури, нашел участок, который ему понравился гораздо больше, и купил его. Решив посвятить место, которому вскоре предстояло стать скотоводческим городком, своей беременной жене Медоре, он назвал участок в ее честь и вместе со своим личным секретарем Уильямом ван Дришем отметил это событие, разбив бутылку шампанского о столб палатки.

Вскоре маркиз отказался жить в палатке. Он приобрел у железнодорожной компании Northern Pacific вагон с роскошной обстановкой и перевез его на участок недалеко от Медоры. Обустроившись с комфортом, он приступил к созданию своей империи. Де Морес сразу же приобрел 24 000 акров (около 97 км2) прилегающих к его участку земель, нанял более 150 плотников и прочих работников и начал возводить штаб-квартиру для своей компании, зарегистрированной под названием Northern Pacific Refrigerator Car Company. Вскоре его предприятие стало крупнейшей скотобойней к западу от Чикаго. Он также начал строительство собственного особняка, расположенного высоко над обрывом с видом на реку Литл-Миссури. Этот деревянный дом с 26 комнатами и широкой верандой местные жители стали называть «Шато», хотя это слово (по-французски «замок» или «поместье») не слишком подходило для фактически просто большого охотничьего дома с восемью небольшими спальнями, расположенными на двух этажах, с помещением для прислуги и винным погребом. Огромное по меркам американского Запада того времени, это строение было весьма скромным по сравнению с величественными виллами с украшенными зубцами крышами, к которым маркиз и маркиза привыкли на юге Франции. Одновременно маркиз организовал строительство первых зданий нового города, включая церковь и магазин. Таким образом он практически в одиночку основал новый город Медору, появившийся с того времени на карте американского Запада.

Не довольствуясь этим, де Морес приобрел четыре слегка подержанных дилижанса «Конкорд» за 300 долларов каждый (новый стоил 1050 долларов). Эти великолепные кареты изготавливала компания Abbot-Downing, расположенная в Конкорде (штат Нью-Гэмпшир). Де Морес приобрел для