Отчаяние. Том 2. - Say Latto

Медленно встал, размялся. Похрустел суставами. Проверил раны. Большая часть почти зажили. Посмотрел на левую кисть.

Выглядит ужасно. Уже пальцы стали проклевываться. Совсем немного, на пол сантиметра. Но это уже!

Со стороны завала шебуршение усилилось. Стало более активным. Камни и земля посыпались. Скоро доберутся.

Вытянул полуторник из-за спины. И стал ждать.

Шебуршение стало громче.

Глухие удары. Скрежет. Камни двигаются — сначала по одному, потом сразу несколько. Щупальца отреагировали раньше меня. Один тонко дрогнул, второй уже напрягся — как жгут. Я встал. Слишком тихо сидеть было уже бессмысленно.

Полуторник — в правой руке. Левой можно двигать, но слабо. Пробовал — хватать не сможет, держать вес — тоже. Щупальца за спиной. Один — вдоль стены, второй — на готове, как змея перед броском.

Камни осыпались. Прямо передо мной появилась щель. Быстро расширялась. Когти с той стороны соскальзывали по обломкам, рвали, цепляли, хватали. Они работали втроём. Я видел, как проскальзывает морда — вытянутая, безглазая. Лысая кожа, дрожащие ноздри. Длинный язык, будто чувствует воздух.

Первая тварь протиснулась полностью. Ростом с ребёнка — но с руками взрослого. Четыре конечности, все цепкие, с когтями, походка сбитая. За ней — вторая. Потом третья.

Три. Все одинаковые. Одного выводка.

Они остановились на мгновение. Заметили меня. Одна издала сиплый, рваный хрип. Остальные распластались по полу, готовясь к рывку.

Я не ждал.

Первый шар — в ту, что справа. Минимальный заряд, но в упор. Вспышка. Вонь палёной кожи. Тварь подбросило — и отбросило. Она не умерла, но орала уже лёжа.

Две другие кинулись вперёд.

Одна побежала по стене, вторая по полу. Щупальце ударило первую в прыжке — хруст. Её скрутило, отбросило вбок, но она жива. Второе щупальце не попало — скользнуло. Я шагнул вперёд и ударил мечом. По касательной, но с силой. Лезвие вошло сбоку, рассекло плече. Тварь завизжала, ударила когтями по груди — отбил лапу щупальцем.

Я перехватил меч и добил сверху, по шее. Разрез не пошёл глубоко, пришлось давить. Кости, сухожилия. Всё воняет. Пахнет так, как будто мясо гнило внутри тела ещё при жизни.

Третья тварь уже пыталась уйти обратно. Но я не дал.

Щупальце — ей в спину. Прямо в позвоночник. Её изогнуло. Вторая петля — в голову. Хруст. Всё. Затихла.

Первая, та, что от удара шара, пыталась встать.

Подошёл. Не торопясь. Дышал тяжело, но ровно.

Щупальце обвилось вокруг шеи, меч вошёл прямо под челюсть. Быстро. Чётко.

Готово.

Я стоял над ними. В руке — меч. Щупальца слегка дрожат. Внутри — снова глухой пульс. Не от страха. От ожидания. От настройки на следующее.

Посмотрел на завал. Почти всё разобрали. Проход открыт. За ним — темнота. Но в ней уже не копают. Или ждут, или испугались. Неважно.

Я стоял ещё пару минут. Смотрел в щель. Ничего. Собрал карты с трупов. Не глядя сунул в карман.

Решение пришло без слов. Пора идти.

Сидеть тут дальше — только ждать, пока придут те, что побольше. А я больше не валяюсь в крови и не ползаю по полу. Я на ногах. Могу драться. Значит — пора двигаться.

Я вытер лезвие о шкуру одной из тварей. Засунул меч за спину. Щупальца — чуть вытянул вперёд, как щупы. Левая рука уже чуть слушается.

Подошёл к пролому. Прислушался.

Тишина. Только влажный сквозняк.

Шагнул вперёд.

Темно. Но теперь — я иду.

Воздух за проломом оказался затхлым, густым, с привкусом плесени и чего-то тухлого. Не сразу, но начал чувствовать, как он вгрызается в горло, будто вдыхаешь не воздух, а подогретую жижу, что капает со свода пещеры. Стены за проходом сходились уже — я едва протиснулся, щупальцами прощупывая каждый сантиметр вперёд. Камень был холодный, местами липкий. Что-то давно пролилось и засохло, впиталось в породу.

Туннель уводил вниз. Не круто, но стабильно. С каждым десятком шагов я ощущал, как давление меняется. Уши словно заложило. Сердце билось чуть громче, будто внутри что-то уже чувствовало: глубина опасна.

Спустя минут пять наткнулся на разлом. Не глубокий, но широкий. Примерно два метра в длину, полтора в ширину. Вниз уходила трещина. По краям — слизь. Не свежая, но и не старая. Пахло гнилью, смешанной с железом. Кровь. Скорее всего, тварь здесь упала. Или вылезла.

Я присел, щупальцем осветил дно. Глубина — около трёх метров. Дальше — проход. Не было желания туда спрыгивать, но и разворачиваться — тоже.

Прыгнул вниз.

Приземлился тяжело. Лодыжка отозвалась тянущей болью, но не критично. Потянулся вперёд, начал двигаться вдоль расщелины. Метров через пятнадцать пол стал ровнее. Туннель расширился. Щупальца всё ещё тянулись впереди, как антенны. За каждым углом — тишина. За каждым поворотом — ожидание.

Первая атака произошла внезапно.

Справа из стены — выброс. Не рывок, а именно выброс тела. Как будто тварь не бежала, а вылетела. Она была гладкой, бурой, с шестью конечностями. Зрение у неё было — это было видно по реакции на движение. Глаза — маленькие, в ряд. Пасть — как молотильный барабан.

Я успел отбить её щупальцем в бок. Ударило сильно, она отлетела, но не отступила. Пружиня, вернулась в атаку. Вторая тварь вылезла прямо из пола, там был маскированный провал, наполненный чёрной слизью. Я отскочил, врезался в стену. Правая рука всё ещё держала полуторник, но угол был неудачный.

Они атаковали одновременно.

Я ударил первую по шее, не прорезал — но отбросил. Щупальце пробило вторую в живот, насквозь. От удара она завизжала, рванулась на меня, но я сбросил её на пол и добил с разворота мечом в шею.

Осталась первая. Она уже обходила меня, выбирая угол атаки.

Я стоял, дышал, отслеживал движение.

Она прыгнула — прямо в грудь. Я ударил мечом навстречу. Клинок вошёл сбоку, разрезал часть туловища, задел ребра. Из твари брызнула кровь с паром. Она не упала. Придушенная, она попыталась обхватить меня лапами, но я уже бил щупальцами — по глазам, по пасти, по горлу.

Схватка длилась секунд пятнадцать. Потом она затихла. Я просто наделал в ней кучу дырок тентаклями.

Я стоял. Запыхавшийся. Пахло жареным мясом. Ловил дыхание. Внутри билось не сердцем — а молотом.

Надо было идти дальше. Оставаться на месте — значит ждать, пока придут новые. Запах крови уйдёт далеко. Собрал карты и посмотрел в темноту.

Шёл долго. Без света. Только с тусклой подсветкой от щупалец.

Дважды натыкался на следы. Раз — отпечатки когтей, будто кого-то тащили. Во второй