Отчаяние. Том 2. - Say Latto

Я ударяю снова. Щупальце — в грудь. Мечом — сбоку. Правая рука почти слушается.

Левая — висит. Ноль. Ребра — ноют.

Я давлю мечом и прокручиваю его. Она шипит. Выдергиваю меч и вонзаю в голову.

Убит каранахер. Ранг F. Уровень 8. Получено опыта: 56

Опыт: 148/720

– Каранахер... – Хмыкнул я. – Система, ты сама им названия придумываешь?

Ответа не последовало.

Подобрал карту. Навык владения мачете. Мусор. Сунул в карту.

Сел спиной к стене. Убрал оружие. Щупальца дрожат.

Нашла сука.

И никто не обещал, что эта тварь была последней.

Нашла одна – найдут и другие.

Поднялся и пошел к дыре.

Стал щупальцами закапывать дыру, что она выкопала.

Старался делать как можно тише. Гул стоит по всей пещере.

Камни шевелились. Я аккуратно, почти бесшумно, затягивал завал щупальцами. Медленно втягивал в образовавшуюся дыру мусор, плотно вдавливал обломки, добавлял всё, что попадалось под руку — щебень, плоть, куски камней. Поверх — земля, пыль, грязь.

Нужно было не просто закрыть — заглушить. Чтобы запаха не осталось. Чтобы звук не ушёл дальше.

Пещера гудела. Не от звука, а от напряжения. От ощущения, что где-то рядом что-то ждёт. В темноте, за поворотом, в трещинах, в стенах. Прислушивается, принюхивается. Не идёт — но знает, что я здесь.

Я закидывал последний обломок. Щупальце прихлопнуло его к остальным, как крышку на гробу.

Постоял немного. Прислушался. Тишина.

Внутри всё ещё пульсировало. Сердце не разогнанное — но жёсткое, тяжёлое. Каждый удар будто отдавался в плече, в ребрах, в зубах.

Я сделал шаг назад. Потянулся правой рукой к стене, проверил опору, слегка провёл ладонью по камню. Холодный. Сырой. Шершавый. Пахнет влагой и мясом — как и всё здесь. Живое, но мёртвое. Устойчивое, но прогнившее.

Я медленно отступил от завала. Сделал три шага назад, пятясь, щупальцами нащупывая за спиной стену. Не хотелось смотреть в тьму — но ещё меньше хотелось, чтобы из неё кто-то вылез.

Уселся аккуратно. Повернул корпус, выгнул спину, нашёл положение, при котором рёбра не ноют сразу, а ноют потом. Левая рука по-прежнему висит. Правая дрожит от перенапряжения.

Дышал медленно. Носом. Вдох — короткий, выдох — длинный.

Свет не зажигал. Ни магический, ни фонарь. Плевать, что темно — я здесь не для того, чтобы любоваться.

Главное — не шуметь.

Пещера реагирует на каждый звук. В первые минуты даже собственное дыхание казалось мне глухим эхом. А потом — перестало. Просто стало частью среды.

Скрипнул сустав в шее — я вздрогнул.

Щупальца дёрнулись.

Ничего.

Тишина глушила мысли. Даже боль начала отступать. Не потому что прошло, а потому что слишком долго болит, чтобы ещё звать на себя внимание.

Я положил правую руку на колено. Прислонился затылком к стене. Камень холодный, но не резкий. Как мокрая ткань, забытая на морозе.

Думать не хотелось. Ни о том, где я. Ни о том, что дальше. Ни о том, кто ещё жив.

Даже система молчала.

Я закрыл глаза. Слушал.

Где-то в глубине кто-то зашевелился. Не громко. Не близко. Как будто царапнул когтями по мокрому камню, а потом уполз обратно.

Возможно — просто капля сорвалась с потолка.

Возможно — что-то нюхало воздух.

Я сидел без движения.

Ждать — тоже работа.

Щупальца медленно подтянул. Поджал ближе к телу.

До повторной активации целительного става — чуть больше часа.

Почти пролетело. Осталось вытерпеть. Если повезёт — заживёт плечо. Если не повезёт — будут искать с другой стороны.

Пульс ровный. Но не расслабленный. Такой бывает у хищников перед прыжком. Или у умирающего, когда всё уже понял.

Время тянулось. Я не знал, сколько прошло. Минут десять? Пятнадцать?

Стал чувствовать, как немеет зад. Камень продавил одежду. Пальцы на ногах стали покалывать. Я согнул их — медленно, по одному. Они слушались. Это хорошо.

Я слегка приподнялся. Тихо, без рывков. Потянул спину, качнулся вперёд. Колени хрустнули. Тихо. Надеюсь — тихо.

Сел обратно.

Промежуток под завалом держался. Камни встали плотно. Если ничего не долбить с той стороны — не пролезут. Но если начнут — услышать я это уже смогу только в последний момент.

И всё же я не вставал.

Потому что иногда лучше остаться куском мяса в темноте, чем шагнуть — и стать приманкой.

Я достал флягу. Глоток воды. Теплая. Стала частью меня.

Снова — тишина.

Я поджал ноги. Наклонился. Положил голову на колени.

Осталось только ждать.

Глава 15

Часов пять была тишина. Я просто сидел, обдумывал все происходящее. Когда ещё подвернётся такая возможность?

Став уже работает четыре часа. Я подсветил щупальцем плечо и просто сидел смотрел, как оно медленно набухает. Как под серой кожей нарастает мясо. Вот тебе и регенерация. Несколько сотен грамм мяса отросло за четыре часа. Правда для регенерации видимо используется не только энергия, но и ресурсы организма. Жрать давит просто ужас.

Я посмотрел в сторону. Там уже шесть банок консерв валяется. И регенерация кажется сейчас быстрее работает. В полную мощность. Будто раньше, она работала не на полную мощность. Не хватало ресурсов.

Да, я чувствовал и раньше усиленный голод, когда работал став, но я его просто игнорировал. Опыт позволяет игнорировать какое-то время и голод и жажду и боль и изнеможение.

Сразу вспомнилась учебка в Ордене.

– Учебка... – Хмыкнул я.

Кто придумал этот адский маршрут?

Перед глазами полетели воспоминания адских тренировок до изнеможения и блевоты. Когда ты бежишь в полной выкладке, а потом просто ноги отказывают и падаешь и начинаешь блевать задыхаясь.

Отблевался, встаёшь и бежишь дальше. Пока не рухнешь без сознания прямо на ходу.

А как учили магии... Вообще отдельная история. Сколько раз палил свою энергетическую структуру, сколько перегрузок было... И всё выдержал. Абсолютно всё.

Прошел через ад, чтобы адом повелевать.

Со стороны завала послышалось шебуршение.

Я посмотрел в ту сторону и тяжело вздохнул.

Пошевелил левой рукой. Отлично. Мышцы наросли. Плечо почти полностью восстановилось.

Выпрямил руку и напряг трицепс и плечо. Забугрились мышцы. Отлично.

Хм. Я кажется больше стал. Реально, мышцы стали больше. Видимо от вложения характеристик. Эта боль... Это буквально наращивание мышц и их укрепление. Потому что не только от размера мышц зависит сила.

Ладно, что-то я задумался.

Опять посмотрел на завал. Там шкребутся