Цветок Грина - Алексей Мишуков

   Вдоволь насытившись, друзья отодвинули тарелки и приготовились к беседе.

   - Вы даже не представляете, как я счастлив, что вы у меня остановились, - сказал Лексиор. - Долгие годы я не покидал стен Деферина, а моими собеседниками были лишь книги да каменные изваяния с портретами.

   - Почему вы не выходите за пределы цитадели? - удивленно спросила Льявалла. - Разве вам нравится жить в одиночестве?

   - Да как вам сказать? - задумчиво отозвался мужчина, - я бы и рад уйти отсюда, но, к сожалению, это невозможно, - закончив фразу, Лексиор настороженно прислушался и словно в чем-то убедившись, подался телом вперед к защитникам.

   - В то, что я сейчас расскажу, придется поверить на слово, - заговорщицки понизив голос, сказал он, - хотя подозреваю, это будет очень нелегко. Много лет тому назад со мной случилось необъяснимое: в один прекрасный день я просто не смог покинуть пределов замка. Сделав нескольких неудачных попыток, я понял, что и шага не могу ступить за врата Деферина. Чем дальше я продвигался, тем сильнее ухудшалось мое состояние: все начиналось с головокружения, затем становилось трудно дышать, путались мысли, а тело отказывалось слушаться. В конце концов, собрав всю волю в кулак, я сумел добраться до моста, но через несколько шагов просто потерял сознание. Очнувшись, я с удивлением обнаружил, что нахожусь в собственной спальне; неведомая сила перенесла меня туда, пока я находился без чувств. Долгие годы ваш покорный слуга искал причины, строил догадки и всячески пытался понять, в чем дело, но все чего я добился - лишь окружил себя несметным количеством домыслов, а правда так и осталась скрыта. Одно время я даже думал, что сплю и не могу проснуться; потом начало казаться, что я умер и обречен, быть заточенным в стенах замка навек, а сейчас все чаще кажется, что это чьи-то злые чары не пускают меня на свободу.

   - То есть как? - спросил сбитый с толку Бэнкси. - Если вы много лет не покидали Деферин и ни с кем не общались, откуда же взялась эта дивная еда, свежесть которой лично у меня не вызывает никаких сомнений?

   - Вот вам и еще одна загадка, - развел руками Лексиор. - Каждый раз, когда я звоню в обеденный колокольчик, на столе чудесным образом появляются свежие яства. Кто их готовит и как они сюда попадают, остается только догадываться. Есть кое-какие подозрения на счет бывшего владельца замка, он, знаете ли, был личностью странной, если не сказать больше.

   - Да, дела! - протянул Артего, с аппетитом доедая жареного цыпленка.

   - Со временем привыкаешь жить один, - продолжал мужчина, - к тому же, тут не так уж и плохо. Из окон прекрасный вид, всегда вкусная еда и тысячи книг в библиотеке. Я их, правда, уже все прочитал; некоторые даже не по одному разу, в общем, без дела не сижу.

   - Но чтение не может заменить друзей, - нарушил молчание Грин. - Разве можно жить без общения?

   Вопрос, казалось, поставил хозяина замка в тупик; некоторое время он, пребывал в задумчивости. Внезапно его лицо прояснилось, и он улыбнулся.

   - Все эти годы я был одинок, но никогда не оставался один, юноша. Та часть моей жизни, что прошла среди соплеменников, навек лишила меня тишины. С годами ты поймешь и почувствуешь, что в каждом из нас навсегда остается частичка близких нам людей. Гуляя по Деферину, я встречаю их повсюду: будь то темные коридоры или просторные светлые залы; я вижу их в саду и на крепостных стенах. Они говорят со мной со страниц книг; я узнаю их лица на безмолвных полотнах картин и постигаю их чувства в незримом полете музыки. Чем дольше мы живем на этом свете, тем громче становятся их голоса и отчетливей проявляются близкие сердцу лики. Нет, Грин, я ни на секунду не оставался один, ибо всей своей душой тянулся к ним и продолжал любить.

   - Вас послушать, так всем надо стать затворниками, - с сомнением произнес Бэнкси. - А мне такая жизнь не по нутру; не могу долго сидеть месте, тянет путешествовать и открывать для себя что-нибудь новое.

   - Кому ж такое не нравится? - усмехнулся хозяин замка. - Будь моя воля, я сию минуту бросил бы все и отправился в дальние страны навстречу зеленым холмам и синему морю, туда, где никто никогда не страдает и не знает, что значит жить в страхе.

   Облокотившись на резной подлокотник, Эрду смотрел на Лексиора с нескрываемым беспокойством.

   - Сэр Фэйдерленд, вам, во что бы то ни стало, нужно выбраться из замка, - сказал он.

   - Тише, мой юный друг, - мужчина сделал предостерегающий жест. - Не знаю поняли вы уже или нет, но мы тут не одни. Есть вещи, которые не стоит произносить вслух, ибо они могут потревожить покой Деферина. Я прожил здесь целую вечность, вряд ли он так просто меня отпустит.

   - Хотите сказать он, то есть оно живое? - сказал Артего.

   - Если б я знал, - со вздохом отозвался Лексиор. - Можно с уверенностью сказать лишь одно: тут происходят странные вещи, свидетелями которых вы обязательно станете.

   - Не обижайтесь, сэр Фэйдерленд, - сказал Бэнкси, - но мне кажется, что если бы я прожил много лет в одиночестве, развлекая себя лишь чтением книг, непременно сошел бы с ума.

   - Не надо преувеличивать, досточтимый гальмитл, - с улыбкой произнес хозяин замка. - Все эти годы я находил чем заняться. В Деферине есть прекрасный сад; одно время я увлекался его украшением и выращивал там растения. Когда деревья стали старыми и пришлось их срубить, у меня появился материал для занятий столярным ремеслом.

   Вечерами играю на скрипке, ночами люблю наблюдать в телескоп за звездами, а еще, - Лексиор понизил голос почти до шепота, - в подвале есть секретный проход, который ведет к реке; там у самой воды расположена пещера, в которую я иногда спускаюсь, чтобы порыбачить. Но что это я все про себя, - вдруг спохватился сэр Фэйдерленд, - расскажите, мой досточтимый друг Эрду, что заставило вас с друзьями отправиться в столь опасное путешествие через Призрачный лес, в котором вам пришлось сражаться с призраком? Поведайте мне, почему вас с юношей сопровождают наемники, и куда вы держите путь? Не каждый день встретишь воителя-аргалита в сопровождении адепта Салары, да еще с эфалом и гальмитлом в придачу.

   За столом воцарилась тревожная тишина; друзья, казалось, лишились от удивления дара речи. В глазах Эрду мелькнуло подозрение, он внимательно посмотрел на хозяина замка.

   - Ваша щедрость и гостеприимство не знает границ, - осторожно произнес гардемиец, - но позвольте узнать, откуда вы знаете о наших злоключениях? Вряд ли на моем на лбу написано, что я аргалит, а мои друзья наемники. Неужели мы чем-то выдали себя, или вы за время своего уединения научились читать мысли?