Требуется няня - Джорджина Кросс

смогут покататься на нем, и к тому же под музыку – там имеется музыкальный автомат.

– С ума сойти, – смеется Бриджет. – На мои дни рождения я могла рассчитывать только на пиццу и возможность оставить моих друзей ночевать у нас дома. – Щетка продолжает ловко зачесывать волосы. – Интересно, куда же вы поставите этот самый поезд? Где он будет ездить? Вам придется убрать куда-то много разной мебели, чтобы освободить для него место.

– Обеденный зал будет для этого в самый раз.

– С ума сойти, – изрекает Бриджет и, сделав шаг назад, внимательно оглядывает волосы Колетт, после чего еще несколько раз бразгает на них из флакона. – А знаете, – говорит она, – я слыхала про карусели, которые можно арендовать, в том числе с доставкой на дом. Освещение, карнавальная музыка – все это заказывают вместе, так что детишки могут покататься на лошадках и медведях.

У Колетт загораются глаза:

– И сколько детей может вместить такая карусель?

– Мне кажется, четверых. Но я уверена, что вы можете разузнать, что и как – может, окажется, что есть и другие варианты.

Лицо Колетт сияет.

– Я хочу такую карусель, – говорит она с решимостью в голосе. – Где ее можно раздобыть?

Бриджет снова опускает щетку.

– Мне про это рассказывала одна из моих клиенток. Я расспрошу ее подробнее.

– Да-да, это звучит просто замечательно. Карусель… – В глазах Колетт появляется мечтательное выражение. – Пэтти это должно очень понравиться. Какая замечательная идея для вечеринки.

– Ваша дочь станет самой известной девочкой в вашем квартале.

– О, она и так уже ею является.

Женщина-стилист руками в последний раз поправляет концы волос Колетт и, придя к выводу, что ее прическа безупречна, объявляет:

– Ну, кажется, готово.

Колетт долго молча разглядывает свое отражение в зеркале. А затем чуть громче, чем нужно, чтобы подчеркнуть важность своих слов, говорит:

– Бриджет, когда вы выясните про эту карусель, пожалуйста, дайте мне знать. Хочу купить ее для Пэтти.

Глава 24

Черт меня побери. Именно эта мысль бьется у меня в голове часом позже. Я вот-вот пойду на мою первую вечеринку в платье от Оскара де ла Рента. Кто-нибудь, ущипните меня.

– Ну что, вы готовы? – спрашивает Колетт.

Мы с Паулиной убедили миссис Бэрд, что темно-синее платье с перьями на одном плече, которое она купила во время поездки в Париж и еще ни разу не надевала, так что с него еще даже не были срезаны бирки и ценник, отлично подойдет для предстоящего мероприятия. К нему Колетт добавила розово-золотистые босоножки от Джузеппе Занотти на трехдюймовых, заостренных, как лезвия кинжалов, каблуках, с задниками, украшенными декоративными хрустальными крылышками. Бриджет бесплатно сделала мне настоящую прическу – она приподняла мои волосы вверх и закрепила, тем самым подчеркнув ассоциацию, возникающую при виде тюлевой вставки в юбке моего платья. Колетт поделилась со мной своей косметикой, набор которой, я думаю, стоил не одну тысячу долларов.

Она поворачивается ко мне, окидывает меня взглядом спокойного и счастливого человека, но по выражению ее глаз я понимаю, что она приняла «Санакс». Колетт говорит мне, что я замечательно выгляжу. Я и в самом деле чувствую себя чудесно и понимаю, что Колетт говорит правду. Взглянув в зеркало, я почти не узнаю себя и начинаю усиленно моргать, чтобы не расплакаться от счастья.

Никогда прежде, листая модные журналы, в том числе после переезда в Нью-Йорк, я не думала о том, что у меня будет шанс поприсутствовать на подобной вечеринке. За время моей жизни в этом городе мое дизайнерское воображение стало слабеть: у меня не было денег, чтобы купить себе что-нибудь стоящее, и времени – его съедала работа в ресторане. Я месяцами не брала в руки мой блокнот для эскизов. И, конечно, я даже не мечтала о том, что буду с гордым видом стоять перед зеркалом в умопомрачительном платье, на которое я еще совсем недавно могла только любоваться в интернете, а профессиональный парикмахер будет делать мне прическу и говорить, что я очень хорошенькая.

Ах, если бы меня сейчас могла видеть тетя Клара…

* * *

Ориентируясь на звуки музыки, мы идем в гостиную. Там уже собрались приглашенные, которые, держа в руках бокалы, оживленно общаются друг с другом. В углу расположилось трио виолончелистов – они исполняют одну композицию за другой.

К Колетт сразу же подходит женщина в черном платье без бретелек. Они обмениваются символическими поцелуями и внимательно оглядывают друг друга с ног до головы. Женщина разговаривает с Колетт очень громко и поминутно восторгается тем, как замечательно та выглядит.

– Мы так давно не виделись, так давно, – снова и снова восклицает женщина.

Колетт расточает во все стороны улыбки, но я вижу, что она лишь изображает радостно-приподнятое настроение. Что-то в ее лице говорит мне о том, что она совершенно равнодушна к навязчивой гостье в черном платье.

– А кто эта милая леди? – спрашивает женщина, глядя на меня. На губах у нее оранжевая помада, в ушах, на шее и на пальцах – украшения с изумрудами.

Я ощущаю приступ дискомфорта. Мне непонятно, как именно я должна отвечать на заданный вопрос.

– Это моя племянница, – приходит мне на помощь Колетт. – Она приехала в гости из Вирджиния-Бич.

Слава богу. Я вздыхаю с облегчением.

– Какое-то время она поживет у нас, – сообщает Колетт женщине в изумрудах монотонным, невыразительным голосом.

– О, как чудесно, – произносит женщина. Я стою на месте, чувствуя себя очень скованно.

Гостья снова переключает свое внимание на Колетт.

– Как вы поживаете? Мы действительно так давно не виделись. Похоже, вы прятались. В пятницу на ланче нам вас очень не хватало, – продолжает щебетать она.

– Просто я была очень занята, – говорит ей Колетт и добавляет, кивком указав на меня: – И потом, я проводила время с племянницей.

– О, семья – это так важно, – со слащавой улыбкой произносит женщина.

– Это правда.

Женщина в черном платье окидывает взглядом гостиную:

– Я вижу, Стивен тоже здесь.

– О да. Он всегда с нами. Алекс на этом настаивает. Да и я тоже.

– Он стал таким замечательным молодым человеком. – Гостья снова поворачивается ко мне и внимательно оглядывает мое платье, а затем улыбкой и кивком дает понять, что одобряет мой наряд. – У вас такая чудесная семья. Как хорошо, когда вокруг молодые люди, не правда ли?

– Да, это просто великолепно.

В этот момент рядом с нами весьма кстати возникает Стивен и, осторожно взяв Колетт за локоть, интересуется, не хотим ли мы выпить, а затем уводит свою приемную мать, кивком давая мне понять, чтобы я следовала за ними.

– Чудесно выглядите, – говорит