Сын Тишайшего-3 - Александр Яманов

и нечестивцы. А ещё есть прочие басурмане с дикими степняками. Куда им до нас? Ведь: Мы — русские, нами бог! — судя по зашевелившемуся залу, фраза людям очень понравилась, надо немного спустить их с небес на землю, — Русским можно родиться, это незыблемо. Но русским подданным может стать любой. Если человек пришёл к нам со всей душой, принял наши обычаи, выучил язык и хочет приносить пользу России-матушке, то глупо его отвергать. Наоборот, мы должны привечать таких людей, в отличии всяких проходимцев, приезжающих урвать кусок жирнее и быстрее сбежать. Таких воров надо выявлять и гнать сразу, дабы они не впились в нашу державу, аки клещи.

— Но вернёмся к строительству. Я не просто так начал говорить про то, что нам по силам достигнуть свершения ромеев. Для этого у нас есть, включая время. Не нужно торопиться, а необходимо засучить рукава и работать всем обществом. Начиная с царя и заканчивая простым пахарем, все мы обязаны трудиться для будущего процветания и лучшей жизни России. Здесь не мешает взять опыт Голландии, где всё так и происходит. Пусть они пришли к этому не сразу, но главное — начать. Мы тоже должны пойти по этому пути, когда по истечении десятков лет каждый подданный русского царя будет гордиться, что всё получилось благодаря ему тоже, — снова глоток морса, касаемо публики, то народ задумался, — Я верю и у нас получится. Тем более что мы уже начали. Главное, чтобы все действовали сообща. Попробуйте сломать обычную веточку или десяток, сложенный вместе. И не забывайте, что русские не избранные. Просто у нас свой путь, который указали и проторили предки, вот по нему мы будем идти дальше. Если кто-то захочет присоединиться в нашем нелёгком походе, то добро пожаловать.

Сжимаю поднятую руку в кулак.

— Именно так, сообща мы будем идти вперёд. И победа от нас никуда не уйдёт. Главное — не торопиться и ломать наших врагов по одной веточке, а не всех сразу, — тут народ понятливо закивал, — Однако победа — это только половина пути. И главное — даже не удержать завоёванное. Опасен уже следующий этап. Вот представьте, прошло семьдесят или восемьдесят лет. Россия уничтожила всех главных врагов, черноморское побережье наше, южные нивы дают столько хлеба, что мы можем накормить пол-Европы, впрочем, как и наши заводы, плавящие львиную долю мирового металла. Более того, русская армиям непобедима и не знает горечи поражений долгие годы. Благодаря действиям нашей дипломатии европейцы не смогут создать альянс и пойти на Русь огромной ордой. Как вы думаете, что они сделают? Ведь никто не сомневается, что нам будут завидовать и люто ненавидеть. Ведь сильных боятся и хотят ослабить. Последних, в свою очередь, будут пытаться похолопить и уничтожить.

Продолжаю, не дав передохнуть оторопевшему народу. А загрузил я всех сегодня капитально.

— Предположим, наша страна достигла своего величия. Мнимого, конечно, ибо не надо гневить бога. Что сделают наши враги? В истории подобное бывало уже часто. Бойтесь данайцев, дары приносящих. Именно так и никак иначе. Всегда сплочённые и богатые страны разрушали изнутри. В нашем случае начнут разрушать русскую общность путём проникновения лицемерных идей. Многие знают, что недавно Печатный двор взялся за издание древних и редких книг, многие из которых по истории. Предлагаю многим из вас почитать про великие империи прошлого, их взлёты и падения. Заодно я бы разобрал на филологическом факультете труд некоего англичанина Томаса Моора и ещё десяток похожих творений. Надо знать, чем нашу молодёжь будут отравлять в будущем. Нельзя бояться всяких еретиков и подстрекателей. Предупреждён, значит, вооружён.

На этот раз в зале не раздавалось ни единого звука. Вообще-то, я замахнулся на территорию церкви, хотя имел в виду всякую погань, которая в XVIII веке отравит мозги русской аристократии. А на попов мне плевать, я всё больше склоняюсь к репрессиям в их сторону.

— В заключение хочу сказать следующее. Не знаю, как насчёт третьего или четвёртого Рима. Может, нам не удастся его построить или это вообще не нужно. Свою же державу мы обязаны сделать богатой и сильной. Никогда не надо забывать, что мы русские. Поэтому я предлагаю иную концепцию: Россия превыше всего! И второй не будет. Поэтому мы обязаны защищать её от врагов внешних и внутренних до последней капли крови.

Народ постепенно зашевелился, будто выйдя из гипноза. А затем детский голосок, принадлежащий моей сестрёнки, воскликнул «любо»! В её начали поддерживать остальные. Тут ещё и более продвинутые студенты зааплодировали, отчего аудитория наполнилась шумом.

Не знаю, поняли ли мою пафосную речь присутствующие. Но всякую иноземную и внутреннюю ересь я буду давить как клопов, ещё и выжигая калёным железом. Ибо все велики империи пали после внутренних раздраев, часто принесённых извне. К сожалению, Российскую империю постигла та же участь. В этой реальности такого не будет!

[1] В 1777 году известный политический деятель, фаворит императрицы Екатерины князь Григорий Потёмкин решил приобрести одно из изделий Джеймса Кокса для Эрмитажа государыни[. Это был знаменитый автомат из позолоченной меди, первоначально позолота была разноцветной: хвост павлина был золотисто-изумрудный, а его туловище местами покрывали цветные лаки.

В бумагах канцелярии Зимнего дворца, относящихся к приобретениям императрицы Екатерины II в 1781 году, указаны выплаты (30 сентября и 14 декабря) часовых дел мастеру Юри, за доставленные из Англии часы в сумме 11000 рублей (около 1800 фунтов стерлингов). Выплата была произведена из личных средств императрицы по письму князя Потемкина.

При перевозке части механизма подверглись повреждениям и нуждались в ремонте. Собрал эти часы в России Иван Кулибин, которому часы были доставлены в нескольких корзинках в виде груды деталей, некоторых причём недоставало[2]. Потёмкин не увидел механизма в сборе, так как скончался в 1791 году. После смерти князя императрица Екатерина II забрала в казну дом Потёмкина — Таврический дворец, в нём диковинные часы стояли несколько лет, а затем в 1797 году были доставлены в Эрмитаж.

[2] Опальный думный человек Василия III Берсень Беклемишев в беседе с Максимом Греком говорил о ней так: «земля наша русская жила в тишине и в миру. Как пришла сюда мать великого князя Софья с вашими греками, так наша земля и замешалась и пришли к нам нестроения великия, как и у вас в Царь-граде при царях ваших». Максим возражал: «Господине, великая княгиня Софья с обеих сторон была роду великого: по отце — царского рода, а по матери — великого герцога италийской стороны». Берсень отвечал: