Ревизор: возвращение в СССР 19 (СИ) - Винтеркей Серж

— Здравствуйте, — протянула Галия, окидывая глазами прилавок. — Это что?

— Фаршированные соленые помидоры. Хотите попробовать?

Рамаз протянул Галие вилку и та, не стесняясь, слопала целый помидор.

— Уммм, — закатила она глаза и протянула вилку Ксюше. — Попробуй. Язык проглотить можно.

Ксюша застеснялась под взглядом улыбающегося молодого грузина, а тот принялся её уговаривать. Девушка вынуждена была попробовать всё, что было на прилавке, солёные огурцы, маринованный чеснок, капусту квашеную, капусту красную, он не отпустил её, пока не накормил маринованной мимозой, как подумала Галия. Сама она её есть вначале не решилась, но Ксюша, распробовав, покивала головой, мол, можно, ешь.

Рамаз радостно улыбался, когда Ксюша его товар пробовала. Она вошла во вкус и перепробовала всё. И ей всё понравилось. Даже маринованный острый перец. Когда Ксюша решила его попробовать, Рамаз держал наготове красный лист капусты, на всякий случай, чтобы было чем заесть. Но перец оказался не таким уж и жгучим для Ксюши, к его удивлению.

Галия купила у Рамаза солёных огурчиков и маринованного чеснока. Ксюша получила в подарок того самого перца и девушки засобирались уходить, время поджимало. Галия насмеялась вместе с ними, радостно думая, что подруга отвлеклась, хоть немного, от грустных мыслей. Но когда Рамаз попросил у Ксюши номер телефона и та продиктовала свой рабочий, Галия растерялась и сразу посмотрела на его руки. А обручального-то кольца и нет…

В метро девушки расстались. Настроение у Ксюши было приподнятое. Она поблагодарила подругу на прощанье за чудесную прогулку. А Галия всю дорогу домой ломала голову, что же теперь будет? Похоже, Ксюша всерьёз намерена дать шанс этому грузину…

С одной стороны, Галие и самой Ромаз понравился, очень добродушный и открытый человек, по глазам видно. А с другой… Так перед Иваном неудобно… Она же ничего такого никак не планировала!

Святославль. Квартира Якубовых.

Оксана сидела дома одна, и не знала, с какой стороны ей подойти к семье старшего сына Рафика. Диля рассказала ей, что тот женился, дочка уже растёт. Но сын не посчитал нужным рассказать ей об этом. Обида захлестнула её тогда и не отпустила до сих пор. Но время идёт и надо что-то делать, надо как-то налаживать контакт с семьёй сына. Загит поставил ей условие, а он никогда не бросает слов на ветер. Хорошо, хоть, телефон сына согласился дать.

Прикинув, что сейчас во Владивостоке вечер, она заказала звонок в надежде, что сын будет дома.

— Сынок, это мама, — прошептала она в трубку, услышав его голос.

— Привет… Что случилось? — испугался на том конце сын.

— Тётя Диля сказала, что ты женился, у тебя дочка растёт, — с трудом подбирая слова, проговорила Оксана. Сын молчал. — Я хотела бы познакомиться с твоей женой, внучку увидеть, — сын всё молчал. — Сынок?

— Да, мам, — ответил наконец Рафик. — Хорошо, мам. Ты хочешь прилететь к нам в гости?

— Если ты пригласишь, — затаив дыхание, Оксана ждала ответа.

— Конечно, мам. Прилетай в гости.

— Спасибо, сынок! — выдохнула Оксана с облегчением.

— Когда тебя ждать?

— Я не брала ещё билеты. Я дам телеграмму, мне нужен ваш адрес.

Владивосток. Квартира Якубовых.

— Кто звонил? — спросила жена Рафика.

— Мать звонила, — озадаченно проговорил он. — Просится в гости познакомится с тобой, внучку увидеть.

— Ну, может, пусть приедет?

— Лен, ты забыла, как она отозвалась о твоей семье пять лет назад?

— Так это когда было? — подсела к нему ближе жена и обняла за плечи. — Прости её.

— Я и не обижался. Зная ее, другого и не ждал. Я за вас опасаюсь. У меня мать очень тяжёлый человек, всю душу может вытрясти. Ты просто не понимаешь…

— Ну, не станет же она конфликтовать в первый же приезд.

— Лен, да я согласился уже, не смог ей отказать. Она такая странная была… тихая, смирная. Как бы не случилось чего.

— Вот именно. Ты же не простишь себе потом.

— Ну, короче. Если она что-то начнёт, сразу говоришь мне. Я с ней разберусь.

Глава 21

Москва. Квартира Ивлевых.

Вскоре вернулась Галия с рынка, принесла вкусняшек и сразу принялась накрывать стол к обеду. До обеда Загит с Костяном успели ещё один шкаф собрать со стеклянными дверцами под посуду. После обеда и я к ним присоединился. До вечера ещё далеко, надеюсь, закончим.

Святославль. Квартира Якубовых.

Зазвонил межгород, и Оксана поспешила взять трубку.

— Мам, это Раф, — услышала она голос сына.

— О! Сынок, — удивилась она.

— Мам, бери билеты на самолёт до Хабаровска из Москвы, а оттуда поездом до станции Угольная. Мы тебя там встретим на машине.

— Поняла, сынок.

— Когда ты вылетаешь?

— Завтра на работе за свой счёт возьму, поеду в Москву и там сразу буду пытаться взять билеты в Хабаровск и обратно.

— Хорошо, мам. Ждём от тебя телеграмму, когда тебя на Угольной встречать.

Москва. Возле дома Эль Хажжей.

Марат пригласил Аишу в ресторане посидеть, они прекрасно провели время. Разговаривали обо всём подряд. Марат рассказывал про соревнования, в которых участвовала заводская команда. Аиша очень заинтересовалась самбо и попросилась посмотреть на тренировку. Марат сперва опешил от такого желания, а потом подумал, почему нет?

— Только мне надо у дяди отпроситься на вечер, — поделилась она.

— Ну, давай, я позвоню ему сам, — предложил Марат. — Со мной же он тебя отпустит.

Аиша только улыбнулась в ответ и пожала плечами.

Малые раскапризничалась, Галия с Женей с ног сбились их укачивать. Так плакали, что Ирина Леонидовна через стенку услышала, не выдержала, прибежала, несмотря на свой выходной. Послала меня в дежурную аптеку за укропной водой. Решили, что Галия на рынке съела что-то не то, и у малых теперь животы крутит.

Жена расплакалась, еле успокоил. Виноватой себя чувствовала и детей жалко было. После укропной воды им полегчало, вроде уснули. А когда пришло время кормить, Галия испугалась и дала им смесь, думала, сцедится и новое молоко уже нормальное будет. Но, как говорится, благими намерениями… Пацанам смесь не зашла, немного пососали и начали плеваться. До следующего кормления не дотянули, пришлось кормить уже раньше. Весь график сбили, пацаны капризничали…

До конца дня разрывался между женой с детьми и помощью мужикам со сборкой. Хорошо, Женька Брагина весь день на подхвате была, очень помогла.

Стенку к вечеру добили. Брагиных проводили. Пацаны уснули. Сели втроём на кухне, я, жена и тесть, посмотрели друг на друга устало и печально рассмеялись.

Во дворе меня с собакой заметил Родька в окно, и моментально присоединился к нам.

— Ну, что, опять будем вместе гулять? — рассмеялся я. — Рассказывай, что у тебя нового?

Родька рассказал мне невероятную историю про то, что у них в школе для концерта к 7 ноября будут танцы народов СССР. Все сами выбирали себе национальность, а он выбрал цыган.

— Родион, имелись же, наверное, ввиду национальности по республикам, входящим в СССР. Цыганской же республики нет.

— Ну, и что? Люди-то есть, — возразил он мне.

— Логично, — потрепал я его по макушке. — И что ты будешь петь или танцевать?

— Мы танцевать будем. Нас тётя Ида учит.

— Мы это кто?

— Я и Элка Тюникова. Нам с ней костюмы в театре шьют. Мы уже ездили на примерку с её мамой.

— Ничего себе, — удивился я. — Смотрю, тётя Ида взялась за вас основательно.

— Да, они с дядей Яковом сами будут нам музыку играть. Он на гитаре, а она на скрипке.

— Ну, вообще! Когда концерт?

— Третьего ноября, приходи! Посмотришь, как я выступать буду! — и малый сделал несколько отличных танцевальных движений. Да, у него талант.