Снежинка для лютого (СИ) - Лин Эве

Может, он ошибается или думает не о том поселке.

– Нет, – отрицательно качает головой мужчина, а я каменею. То есть сейчас, если что, мне даже некуда будет бежать…

Опять пячусь назад, чувствуя, как меня накрывает паника. Зачем я вообще согласилась на эту поездку!? Хочется плакать, но сдерживаю слезы. Не хочу выглядеть еще более жалкой.

– А у вас нет машины? – все же уточняю, когда я бежала, то даже не обратила на это внимание.

– Есть, но два дня была метель, поэтому дороги замело, а трактор приедет только в среду, – мужчина подходит к панорамному окну. Я тоже обращаю внимание на то, что сугроб почти доходит до его пояса.

Так, стоп!

«Какой сегодня день недели!?» – осеняет меня следующая мысль.

– Ммм… А не подскажите, какой сегодня день недели?

Мужчина усмехается:

– А вот это уже правильные вопросы. Пятница.

Как только он это говорит, я начинаю ругать себя еще больше. Значит, прошел почти как минимум день, как я не выходила на связь.

Даже страшно представить, что подумают мои родители, ведь я им не звонила, получается, уже день, хотя обещала. Они, наверное, сходят уже с ума.

Плюю на весь свой страх перед этим мужчиной и сама подхожу к нему, умоляюще смотря.

– Пожалуйста, умоляю, дайте мне телефон, мне нужно срочно позвонить родителям! Они, наверное, уже с ума сошли, – прошу, чуть не плача. – Пожалуйста.

Мужчина минуту молчит, словно обдумывает, а я опять представляю взволнованный голос мамы.

– Хорошо, – наконец-то, говорит он. – Но потом ты расскажешь, как очутилась в лесу.

– Да, да, конечно, – мне кажется, сейчас я наобещаю чего угодно ради телефона.

Мужчина уходит и через несколько минут приходит обратно, протягивая мне свой смартфон. Сразу же беру его в руки и начинаю набирать по памяти телефон мамы, отмечая про себя, что ловит тут всего лишь на две палки, и, возможно, они вот-вот могут пропасть.

– Алло, – слышу взволнованный голос мамы. И у меня самой начинают течь слезы.

– Мама, это я, – стараюсь говорить спокойно, но голос все равно дрожит.

– Настя, зайчик, ты где?! – начинает она взволнованно засыпать меня вопросами. – Мы с папой тебя потеряли, почему ты вчера не позвонила нам? Где ты? Почему звонишь не со своего номера?!

– Мам, успокойся, все хорошо, – уверяю ее я. – Просто телефон потеряла, искали его вчера, но пока безуспешно. И вот пришлось позвонить с другого, возможно, я буду теперь звонить с него.

– Настя, ну как так!? – начинает причитать мама, но уже не так взволнованно, и это радует, пусть она лучше ругается.

– Я сама расстроена, но как-то так, мама, тут сильная метель и очень плохая связь. Наверно, я задержусь! – сразу же предупреждаю я ее. – Поэтому не теряй, со мной рядом Никита, – вру родному человеку.

– Да, да, Никита – хороший мальчик, – слышу мамино одобрение. Я тоже до недавнего времени думала, что хороший.

– Все, мама, опять связь сейчас пропадет, не теряй меня и поцелуй от меня всех, – прошу ее.

– Хорошо, Насть, ты звони нам, просто мне неспокойно на душе… – начинает мама.

– Все нормально, не переживай! – уверенно говорю я. – Все, мам, пока, меня ребята зовут…

Отключаю звонок и смотрю на потухший черный экран.

– Так значит, Настя… – смакует мое имя мужчина. – Красиво…

«Что именно?», – не решаюсь уточнить. Молча и с грустью протягиваю мужчине телефон.

– Спасибо, – вздыхаю.

– Меня Марат зовут, и да не за что, – мужчину это все явно веселит. – Ну что, Настя, – мое имя он говорит как-то по-особенному. – Рассказывай теперь, как ты очутилась в лесу, и кто у нас такой Никита.

Когда он произносит имя парня, то я уже автоматически морщусь. Интересно, тот хоть искал меня или просто решил, что машина не стоит того, чтобы морозить свою пятую точку?

Молчу, не хочу про него говорить.

– Ты голодна? – опять спрашивает мужчина, но потом сам же отвечает на свой вопрос. – Думаю, да. Поэтому предлагаю перекусить.

Как только он это произнес, мой живот предательски заурчал. Я и правда не помню, когда в последний раз ела.

Иду за мужчиной, отмечаю, что дом у него большой. Соответствует хозяину. Высокий и мощный, рядом с ним я чувствую себя очень маленькой. Мы проходим в просторную кухню, там с одной стороны посередине – деревянный стол, также висят массивные оленьи рога, слава богу, не с головой. А на противоположной стороне – кухонный гарнитур со всем оснащением.

Мужчина молча указывает мне на стул, а сам идет к холодильнику.

– Вы охотник? – интересуюсь я, вспоминая шкуру медведя на полу в гостиной.

– Это все подарки друзей, не люблю убивать животных, – отвечает он, и мне очень нравится его ответ. Теперь Марат мне не кажется таким страшным.

Мужчина заваривает травяной чай и ставит на стол кусочки рыбы.

«Еще бы картошки жареной», – отмечаю про себя.

Но, увы, только хлеб и несколько закусок. Но мне и этого достаточно, как только кусочек рыбы попадает мне в рот, я понимаю, что сильно проголодалась. Начиная есть с жадность, наплевав на всякие манеры. Только когда я хоть немного насытилась, замечаю, что все это время мужчина не отрывал свой взгляд от меня. Сглатываю, не зная, как реагировать.

– Спасибо, очень вкусно, – благодарю я, чтобы развеять молчание.

– Пожалуйста, Настя, – опять этот особенный тон при звуке моего имени. – Теперь, думаю, ты можешь приступить к рассказу.

Отпуская глаза, понимая, что так просто меня не оставят.

– Я приехала сюда с парнем и однокурсниками, – тихо начинаю свой рассказ. – Я узнала кое-что не очень приятное от Никиты, моего парня, не совладала с эмоциями, убежала в лес, там и заблудилась. Потом началась сильная метель, и я даже не смогла найти свои следы. Думала, замерзну, так как не чувствовала ног, и было уже темно. А потом услышала рык сзади, решила: это волк пришел по мою душу. А дальше не помню точно, но у меня откуда-то появились силы, и я начала бежать, сама не зная куда. Главное – не останавливаться, билась у меня такая мысль. Ну вот и прибежала к вашему дому. Ну а потом вы сами знаете.

Все время, что я говорила, мужчине молчал, задумчиво смотря на меня.

– Ты дура, – выносит он свой вердикт, а мне кажется, что я ослышалась.

– Что, простите? – поднимаю на него взгляд.

– Говорю, что ты дура! – говорит по слогам мужчина, доказывая, что со слухом у меня все хорошо.

– Ну знаете ли! – даже не знаю, что на это сказать.

Меня никто так никогда не называл, ну так открыто точно.

– Знаю, – спокойно отвечает мужчина. – Как можно было из-за парня чуть не угробить себя!? – тон мужчины повышается.

Мне бы испугаться, но меня переполняет негодование.

– Вы не понимаете, я…

– Чтобы там ни было, ты чуть не угробила себя, поэтому мое высказывание прямо в точку, – усмехается мужчина, не давая мне сказать.

Даже если это так, то какой-то посторонний мужчина не должен судить мои поступки и тем более называть меня дурой.

Встаю со своего стола. Смотрю на мужчину, а он смотрит на меня с легким прищуром. Мне вообще кажется, его все это забавляет, и Марат наблюдает за моими действиями как зритель. А мне не смешно, мне обидно, почти до слез.

– Спасибо за гостеприимство, я очень благодарна. Но мне нужно идти, провожать не нужно, – холодно говорю я и не ожидаю никакого ответа, сама иду к входной двери.

– И тебя даже не смущают семь километров пешком по лесу? – летит мне в спину. Так и слышу в его голосе иронию. – В темноте ночью, где, как ты говоришь, есть волки. Покусают еще.

Смешно ему!

Бесит!

Не отвечаю и упрямо продолжаю идти к выходу. В прихожей нахожу ботинки. Мокрые, как и куртка. Как только надеваю их, то меня сразу же пробирает дрожь. Но не хочу оставаться наедине с этим бесчеловечным мужчиной. Поэтому решительно открываю дверь.

И тут я почти валюсь с ног от пронизывающего ветра, меня буквально сносит. Метель такая сильная, что мне приходится держаться за дверь. Колючий снег сразу же попадает в глаза. А все тело окутывает пронизывающий холод. И тут ощущаю, как меня поперек обхватывает горячая рука и, поднимая, утягивает обратно в дом. Дверь с силой закрывается, больше не пуская холодный воздух.