Снежинка для лютого (СИ) - Лин Эве

Становится страшно, зажмуриваю глаза, теперь зубы дрожат не от холода, а от страха. В один момент слышу рык очень близко от себя и не знаю, что со мной происходит.

– Ааа… – вскрикиваю и, снова не различая дороги, бегу, просто бегу, спотыкаюсь, но бегу.

Я слышала, что люди в момент опасности от страха даже могут поднять машину. Наверное, со мной происходит то же самое, я даже не знаю, откуда во мне берутся силы. Ощущаю, что за мной кто-то гонится, даже не оборачиваюсь.

Колючий снег попадает в сапоги и за куртку, но мне плевать. В один момент я вижу оранжевый огонек. Неужели это наш домик? Это придает мне еще больше сил. С каждой минутой огонек становится все больше и больше, и я понимаю, что это чей-то дом. Не наш, но сейчас это неважно. Главное – добежать до него, там – мое спасение…

Падая и поднимаясь, я все же добегаю до дома, до самой двери, и начинаю колотить дверь кулаками.

– Помогите, помогите! – кричу я изо всех сил, выходит хрипло. Мне кажется, что вот-вот зверь, который рычал в лесу, догонит меня и утащит обратно в лес.

– Помогите, пожалуйста! – не переставая кричать, я снова начинаю колотить дверь, руки болят, но я этого словно не ощущаю.

И тут она открывается, и я теряю равновесие, падая на сильную мужскую грудь.

«Спасена…» – крутится только одна мысль в голове.

Сильные мужские руки хватают меня за плечи и хотят поставить обратно.

– Что тут происходит? – сквозь гул в ушах слышу мужской, явно недовольный голос.

– Помогите, пожалуйста… – начинаю хрипеть я.

Мое тело окончательно ослабевает; последнее, что я отмечаю про себя, что у мужчины приятный голос. И все, потом полная темнота…

Мне ничего не снится, только какая-то серая масса, но она не тревожит меня. Ощущаю покалывание на кончиках пальцев рук и ног. Это не больно, но очень неприятно. Но все эти ощущения перекрывает тепло, тепло во всем теле, оно приятно обволакивает меня. И хочется раствориться в этом…

Медленно открываю глаза, и первое время не понимаю, что происходит, и где я нахожусь. Голова словно ватная. Немного приподнимаюсь, но отрезвляющая боль в руке заставляет поморщиться. И тут воспоминания нахлопывают на меня одной волной: Никита, лес, рык и мужчина… Где он?!

Резко приподнимаюсь, осматриваюсь по сторонам. Дом большой, я лежу в середине на мягком матрасе, рядом с настоящим камином, в котором сейчас тихо потрескаются поленья. Дальше расположен огромный кожаный темно-коричневый диван. А на полу валяется шкура медведя вместе с головой. Морщусь. Несколько полок с книгами справа, и самое красивое здесь – это панорамное окно на всю стену с видом на лес. Сейчас там темно, и я понимаю, что, скорее всего, еще ночь. Несмотря на то, что дом бревенчатый, он все равно очень стильный и современный. На потолке свисает дизайнерская, а по бокам видны неоновые подсветки.

Еще раз оглядываюсь, интересно: где хозяин дома?

Еще немного привстаю, чувствую боль во всем теле, словно меня переехал трактор.

Осматриваюсь и хочу узнать: сколько же сейчас времени.

Но никаких часов не нахожу. Интересно, Ник хоть заметил мое отсутствие? Или сейчас веселится с Ольгой и Арсом? Хотя он все еще не выиграл пари и, возможно, все же ищет меня, но только чтобы осуществить задуманное.

– Пошел он, – говорю тихо про себя.

– Проснулась, наконец… – слышу тягучее.

Скорее всего, я так задумалась, что даже не услышала шаги мужчины, а тот, наоборот, услышал мое пробуждение.

Смотрю на мужчину и чувствую, как паника опять подступает к горлу. Он высокий, нет, не так, мужчина огромен, наверное, метра два ростом. Так, что загромождает собой весь дверной проем. Скала.

На руках выступают вены, даже в синей рубашке хорошо очерчиваются его огромные мускулы. Мне кажется, он рукой может свернуть шею любому.

Черные, как смоль, волосы зачесаны назад, а черная немного неаккуратная бородка обременяет половину его лица. Смуглая кожа и густые брови, а глаза… Они словно буравят меня, сканируют. Глаза его насыщенного темно-синего цвета, красивые и одновременно устрашающие. Весь его вид устрашает. И мне самой становится страшно.

Он идет ко мне, а я пячусь назад, пока не упираюсь в стену. Тогда мужчина подходит ко мне близко и присаживается на корточки, лицом к лицу, буравя меня тяжелым взглядом.

– Ну что, Снежинка, язык проглотила? – его горячая лапища опускается на мое плечо. И я каменею.

– Яяя…

Глава 3

Его горячее дыхание щекотало мне лицо. А взгляд так и прикован ко мне. Тяжелый, давящий. Теперь я понимаю для себя, что еще большой вопрос: «Что было лучше: замерзнуть в лесу или попасть к этому мужчине?

Его рука, покоившаяся на моем плече, невзначай гладит участок открытой кожи на шее. Его пальцы шершавые, и такое поглаживание создает тонну мурашек в моем теле.

Я все так же не могу вымолвить ни слова, чем, скорее всего, бешу мужчину еще больше. Его густые черные брови хмурятся еще сильнее, создавая складку посередине.

– Может, ты все же головой приложилась… и сейчас не понимаешь, что я говорю, – рассуждает он.

А я могу говорить.

Надо вымолвить хоть слово.

Незнакомец пугает меня, и его близость тоже. Он все так же хмурится, а потом вторая большая лапища приближается к моему лицу, скорее всего, чтобы меня прихлопнуть. Тут меня словно накрывает. Я все же хочу жить!

– Не убивайте, пожалуйста! – говорю я хрипло, сжимаясь и прикрывая глаза, не хочу видеть того, что мужчина со мной сделает.

А потом наступает тишина, я уже боюсь смотреть, что будет дальше. А дальше происходит что-то неожиданное. Его смех.

Такой басистый и открытый, словно я и правда сказала что-то смешное. Медленно открыв глаза, вижу, как мужчина почти утирает слезы от смеха.

– Неужели я похож на насильника или убийцу? – после того как успокоился, спрашивает тот, усмехаясь и выгибая черную бровь.

– Ну есть немного … – говорю я, даже не подумав.

Настя, когда ты научишься думать прежде, чем говорить!? Язык без костей. Сейчас он опять разозлился, лучше пусть смеется, так мужчина выглядит менее устрашающим.

– Ну да, а трупы прячу в подвале, – решает мужчина пошутить, но мне ни капли не смешно, и тогда он тоже становится серьезным. – Снежинка, я не маньяк и не убийца, и тем более не насильник. Женщины в мою постель попадают только по обоюдному согласию.

– Я не согласна, если что, – быстро добавляю на его последнюю фразу, а потом опять ругаю себя. Зачем мне, вообще, нужно было акцентировать на этом внимание!?

Он усмехается и наконец-то встает, отодвигаясь от моего лица, теперь я хоть немного расслабляюсь. Мужчина подходит к камину и берет два бруска, подкидывая их в огонь, так что яркий свет озаряет комнату и его смуглое лицо.

– Не переживай, ты не в моем вкусе, мне нравятся женщины постарше, а не малолетки.

Вроде я должна радоваться этому факту, что не интересую его, и теперь мне бояться нечего, но почему-то становится обидно. Как будто мужчина сказал, что конкретно я страшная.

– Хорошо, – выдыхаю. Тоже начинаю вставать, хотя это дается с трудом, ноги не слушаются, а тело словно ватное. – Я же могу идти? – все же уточняю на всякий случай.

– Да, конечно, – говорит мужчина, не оборачиваясь, смотря задумчиво на огонь.

– Спасибо, что выручили, – благодарю искренне, я и правда могла замерзнуть. – Не знаю, что бы делала без вас. Не подскажете, как найти домик двухэтажный, такой высокий, там меня ждут…

Мужчина оборачивается ко мне и опять смотрит тем же тяжелым взглядом, что мне становится не по себе. Неужели я сказала что-то не то?

– Ближайший поселок отсюда в семи километрах ходьбы, – отвечает мужчина, чем ошарашивает меня. Даже страх перед ним сразу же проходит.

– Как семь километров… – не могу поверить, ведь я бежала, не знаю сколько, неужели семь километров. – Стоп, и тут поблизости нет никаких домов?