Оплот и Пустота - Павел Клименко

   Игнис перешёл ближе к камину и ногой отправил в огненную пасть три полена. Костёр при входе находился сравнительно далеко, а вялость этого пламени не очень радовала.

   - У тебя огонь?

   - Да, - процедил стражник.

   - Разорви связь, - попросил Игнис, неотрывно следя за мягко ступающим по кругу шияром.

   Пришло чувство вливающейся через огонь дополнительной силы. Источник более никто не делил, и теперь вся полнота пламени принадлежала одному человеку.

   Шияр сблизился одним резким движением, и меч его обрушился сверху вместе с кинжалом. Игнис поднял эспадон, блокируя разом два клинка, и попытался достать степняка ударом снизу. Кочевник скользнул вбок и набросился с удвоенным рвением. Игнис начал притворно отступать, как будто едва отражая сыплющиеся с разных направлений удары. Увидев подходящую возможность, он выставил двуручник эфесом вперёд. Кинжал противника со скрежетом влетел в кольцо гарды и застрял. Далее последовал рывок, и удивлённый соперник лишился короткого клинка. Шияр без второго оружия - лишь наполовину шияр.

   Двумя короткими сериями ударов Игнис оттеснил соперника к стене, а ложный замах заставил врага открыться. Схватку завершила старая связка обманчиво-вялых ударов "Южный крест". Во все стороны, словно мелкий дождь, брызнула кровь, и шияр сполз по стене.

   - Я знал, что с этим ты справишься и без моей помощи, - прозвучал сзади голос Мастера. - Хоть он и был хорош. Не так самонадеян как другие шияры.

   Игнис обернулся. Раненый стражник отполз к двери, узкий ремешок перетягивал его ногу у самого паха, на полу собралась лужица крови. Заложив руки за спину, Мастер стоял близ камина. Стену над его головой занимал красочный гобелен с изображением битвы у Двуликих холмов.

   Вернув эспадон на перевязь, Игнис разорвал связь с Оплотом. Глаза закрылись от рези, а зубы стиснулись от подкатившей к груди боли. Колени норовили подогнуться, однако он упорно продолжал держаться на ногах, не давая себе обмякнуть. Глубокий вдох, выдох, новый вдох и снова выдох. На этот раз потребовалось около полуминуты для восстановления сил, и голос внутри подсказывал, что сегодня такие ощущения придётся испытать ещё не раз.

   Остальные Мастера либо спаслись, либо мертвы, а командир позаботится о Хранителе.

   - Надо уходить из цитадели, - озвучил принятое решение Игнис. - Основные наши силы в казармах угловых башен. Сидя здесь мы ничем им не поможем.

   Внизу четыре ряда копейщиков по-прежнему удерживали вход в цитадель. В живых оставалось шестеро Стылых, бой шёл по всех площади. Норды наступали с двух направлений, количество степняков значительно увеличилось. В хаосе сечи особенно выделялись парные клинки трёх Виридов. Лучшие бойцы кочевников добрались и сюда, защитникам приходилось туго как никогда.

   Сбоку к коменданту подбежал высокий мечник.

   - Командир! Они зажимают нас... - договорить он не успел, свинцовый снаряд угодил ему прямо в висок. В лицо коменданта брызнула кровь, а мгновенно погибший солдат начал заваливаться на холодную брусчатку. Дети Кая и здесь умудрялись доставать защитников.

   Забрызганное кровью лицо коменданта повернулось к вышедшим:

   - Я не знаю, что творится в остальной части крепости, но их слишком много. Похоже, они все тут. Я надеялся на помощь из западных казарм, но её нет. Скоро я буду вынужден закрыться в цитадели.

   Игнис махнул рукой вправо и повёл Мастера в сторону восточной башни. Северная часть потеряна, с запада помощи нет - значит у них тоже всё плачевно, а в южных казармах одни новички. Ветераны востока выглядели наиболее привлекательно с точки зрения боевых навыков и опыта.

   Беглецы скрылись в боковой улице, и шум боя немного отдалился. Серая веха пустовала. Закрытые ставни домов говорили о настороженности жителей. О вторжении не знал сейчас только глухой и слепой.

   Игнис напряжённо всматривался вперёд и не сразу приметил давешнего юнца, бежавшего за ними следом. Паренёк, похоже, удачно отсиделся за спинами копейщиков и теперь снова увязался за старым знакомым.

   - Держись за нами и не лезь вперёд.

   - К-к-конечно, не буду, - заикался юнец довольно сильно. Вместе с сутулостью и хлипким телом это вряд ли делало его популярным среди сверстников.

   Троица без помех достигла конца Серой вехи и свернула на небольшую улочку, что обещала привести прямо к восточной башне.

   Вскоре в сумраке обозначились широкие спины нордов. Двое из клана Красных Лент наседали на молодого воина с непривычной в Корсии секирой. За спиной светловолосого бойца жалась к стене его спутница с искажённым от страха лицом. Схватка только началась, иначе бы пару давно втоптали в землю.

   Игнис на бегу высвободил эспадон и со всей злостью обрушил его на спину поздно осознавшего опасность врага. Зажатый с двух сторон, второй норд пал тремя секундами позднее.

   Норды умерли молча. Суровые жители севера рано познавали тщету слов и неоценимое благо действий. Можешь - дерись, не можешь - умирай, но делай это без стенаний и криков о помощи. Невзирая на положенную ненависть к врагу, Игнис давно проникся уважением к крепкому духом и телом белобрысому народу.

   - Мы к восточной башне... - облизывая пересохшие губы и шумно дыша, сообщил Игнис. - Можете с нами. Там хоть есть где укрыться... женщине.

   Молодой воин взял спутницу за руку и благодарно кивнул.

   Не задерживаясь, они впятером заспешили к намеченной цели. Где-то слева доносился шум битвы, звучали команды офицеров, топот копыт то приближался, то отдалялся.

   Полукруглое пространство перед восточной башней заполнили два ряда копейщиков с сомкнутыми овальными щитами и копьями наизготовку. Перед ними валялись четверо нордов и, похоже, один шияр; утыканные стрелами тела смахивали на подушечки для иголок.

   Массивную, обитую железом дверь в башню закрыли изнутри, и попасть наверх теперь можно было только по крутой лестнице, но перед этим врагам нужно ещё прорвать заслон готовых на всё ветеранов восточных казарм. На стене разместились отряды лучников. Позади каждого бойца высился мечник с широким щитом, готовый в любую секунду прикрыть товарища от стрел. Беглецы с радостью отметили наличие порядка и военной дисциплины хотя бы в этой части крепости.

   Поприветствовав двух знакомых, Игнис бойко взбежал по лестнице. Из бокового проёма башни к нему вышел офицер. Коренастый, крепко сбитый капитан производил впечатление знающего ратное дело командира. Цепкий взгляд и волевой, напряжённый подбородок говорили о привычке отдавать команды и пресекать всякое нарушение. Тёмные курчавые волосы выглядывали из-под капюшона лёгкой кольчуги, в руке он держал мощный составной лук.