Оплот и Пустота - Павел Клименко

   Последовал ответный залп. Десятки стрел защитников рванулись вперёд, разя людей и лошадей. Перестрелка обещала затянуться надолго.

   Справа от Игниса клинок степняка громыхнул по щиту копейщика. Стражник отвёл копьё и ударил чётко и быстро. Склонившийся для новой атаки наездник выпал из седла.

   - Рохарра! - всколыхнул округу боевой клич нордов. Отряд северян выбрался на площадь с боковой улочки.

   - Проход! - скомандовал Игнис и ринулся в сечу вместе с мечниками и Балатом.

   Трое всадников Железных Игл вырвались вперёд, намереваясь атаковать их сбоку. Двое степняков прошли совсем близко, с треском врезались в плотный строй копейщиков, а третий направил коня прямо на Игниса.

   Вовремя поднятый эспадон с силой вспорол широкую грудь лошади. Смертельно раненое животное протяжно заржало и грохнулось на бок, придавив всаднику ногу. Игнис навис над врагом и с замахом пронзил его клинком. На спину обрушился меч другого кочевника. Бехтерец остановил удар, но без Оплота лопатку скрутило бы как от падения кузнечного молота, обездвижив на время.

   Игнис рывком поднялся с колен и, живо уйдя вправо, выставил меч. Дзынь! Полуторник всадника столкнулся с двуручником. Посыпались искры, руки ощутили давление сверху. Противник сразу понял свой проигрыш в силе. Разворачивая коня на месте, он свесился с седла и... прилетевшая с башни стрела поразила его в спину.

   В трёх шагах левее со стены рухнул утыканный стрелами лучник. Рука его вывернулась неестественным образом, хотя бедолага ещё дышал.

   Воздух вокруг дрожал от жара пылающих зданий, отсветы плясали на лицах сражающихся, металле клинков, щитах, кольчугах. Всюду царила мешанина ног, тел и копыт. Лошади топтались прямо по телам убитых и раненых, перемешивая всех в одну кровавую кашу.

   Напирающим справа нордам почти удалось прорваться сквозь заслон. Покорёженные множеством ударов секир щиты стражников защищали их всё хуже, копья некоторых лежали на земле, перерубленные на две части. Вокруг слышался частый и дробный перезвон клинков, скользящих друг по другу, и более тяжёлые и сильные удары, когда лезвие встречалось с поверхностью щита.

   Игнис вместе с Балатом вломился в гущу наступающих нордов, сея смерть и подбадривая криками трёх ещё живых мечников.

   Вирид вынырнул словно из ниоткуда. Два меча в его руках вычерчивали широкие круги, сливаясь в одно смазанное движение. Он сразу же атаковал Балата и оттеснил его к стене. Здоровяк попытался ответить боковым ударом, но Вирид уклонился с хищной грацией. Мгновением позже один клинок степняка ударил отвесно, а второй - сбоку. Балат тяжёлой глыбой рухнул на землю, из разрубленной шеи хлынула кровь и начала быстро заполнять ямки между камнями брусчатки.

   При появлении Вирида Игнис сразу кинулся на выручку к напарнику, но эспадон, как назло, задел подвернувшегося под руку северянина и замедлил движение. Теперь же Вирид сам мчался на него, раскручивая мечи серебристой мельницей.

   Игнис прыгнул, вытягиваясь в длинном выпаде. Противник сделал шаг в сторону и склонил голову набок, пущенная со стены стрела проскочила возле самого уха. Вместо повторного удара Игнис резко прянул вбок. Новый подарок Капитана с хрустом вонзился в плечо врага, развернув того вполоборота. Кочевник пытался уклониться, но опасность атаки от непосредственного соперника и умение Капитана - это слишком даже для Вирида. Скорость более не спасала раненого. Игнис полоснул два раза, расчертив туловище степняка косым крестом. Ярко переливающиеся глаза Вирида остекленели, и он повалился на землю.

   "Не дай Оплот ещё одного такого встретить сегодня".

   Игниса окружали вопли сражающихся, стук копыт, шелест стрел, звон мечей. Рядом стоящий склад целиком накрыл огонь, и языки его взметнулись высоко в небо, разгоняя темноту на десятки шагов вокруг и пугая лошадей. Запах гари изводил обоняние, кожа на лице всё сильнее ощущала жар пламени.

   Множество новых врагов заполонили площадь. Шестеро едва живых копейщиков сгрудились у самой лестницы, из последних сил обороняя путь наверх. Нордов сдерживал свежий десяток мечников, направленный вниз Капитаном. Стражники гибли один за другим.

   Сплочённые одной целью, пропитанные ненавистью к Корсии, враги готовы были кромсать защитников на мелкие ошмётки, не считаясь с собственными потерями.

   Игнис отчаянно рванул к лестнице, разя наотмашь, уклоняясь от секир, стрел и мечей. Обычный воин давно бы пал под ударами множества клинков. Вся энергия от горящего неподалёку источника перекочевала в скорость и реакцию, только это и позволяло ещё держаться. В бок ткнулась стрела. Бехтерец остановил её, стёганка смягчила удар, а сила Оплота сокрыла боль от разума.

   К башне прорывались и последние израненные мечники. Седобородый норд замахнулся и рубанул с чудовищной силой, превратив одного из стражников в кровавую груду плоти.

   Немногие выжившие, отбиваясь как проклятые, взобрались на стену. Капитан собрал вокруг себя последних лучников и шестерых мечников. Трое копейщиков перегородили лестницу. Металлические наконечники стучали по их щитам, как большие капли дождя по стеклу. Двое лучников упали, нашпигованные десятками стрел, остальные стреляли по лезущим вверх нордам. Глотки обречённых исторгали ругательства - от возбуждения и предчувствия скорой смерти. Всю площадку на стене усеивали потонувшие в стрелах тела защитников. Руки некоторых свисали, роняя капли крови на брусчатку внизу.

   - Уходим из крепости! - севшим голосом рыкнул Игнис.

   Капитан кивнул и невольно глянул на реющий над башней флаг Оплота Севера. Офицер ночной стражи не знал такого приказа, всё внутри восставало против отступления, но оставаться тут не имело никакого смысла. Помощь не подошла, а значит оставшаяся часть твердыни - в руках неприятеля.

   Капитан велел лучникам и четверым мечникам прикрыть отход и вбежал в башню. Игнис двинулся следом и оказался в компании молодой пары, Мастера и веснушчатого юнца. Последний, очевидно, не оставит их до самой смерти. Капитан подхватил моток пеньковой верёвки и увёл всех на самый верх. На ходу схватив мех с вином, Игнис пил не останавливаясь, пока бушующий внутри пожар не утих.

   На верху башни правил безудержный северный ветер, трепал плащи, сушил кровь на доспехах, холодил кожу. Темнота за стенами крепости казалась совершенно непроницаемой.

   Сноровисто затянув тройной узел, Капитан бросил моток верёвки во тьму. Первым вниз отправили Мастера, затем Юс подвёл жену к краю и помог ей начать спуск, а вскоре и сам последовал за ней. Накинув протянутый стражником шерстяной плащ, Игнис схватился за верёвку и принялся бойко перебирать руками, болтающийся на перевязи двуручник заскрежетал по камням. Последними башню покинули Капитан и два его мечника, слыша как их товарищи умирают у лестницы под ударами вражеских клинков и секир.