Лабиринт (СИ) - Иден Бар

пакет, а сама принимаюсь лить воду из бутылки на заляпанное колено. Не переставая энергично жевать, промакиваю мокрую ткань чистой салфеткой.

Начинаю вдруг чувствовать себя странно. Озираюсь по сторонам в поисках источника потревожившего меня чувства опасности и натыкаюсь на сканирующий взгляд чуть прищуренных голубых глаз. Это парень неподалёку.

Приоткрываю рот от удивления, но тут же опускаю глаза, не выдержав его прямого взгляда и вида чуть приподнявшихся в улыбке уголков губ, когда наши глаза встречаются.

Напускаю на себя независимый вид, больше уже не смотрю в его сторону, совсем, а все мысли вдруг куда-то улетучиваются. Хот-дог мне тоже уже не лезет, и я с легким чувством сожаления выбрасываю его остаток в ближайшую урну, чтобы окончательно не запачкать пакет.

Чувствую — он смотрит.

Красивый, примерно мой ровесник по виду. Но одет как-то небрежно, хотя на бомжа явно не тянет.

Постепенно Америка и мой щенячий восторг ею отступают куда-то на задний план, зато я почему-то начинаю беспокоиться, что выгляжу как идиотка с полностью мокрым джинсовым коленом. Не выдержав, волнуясь, просто ухожу оттуда, будто сбегая от него. Не оборачиваясь.

И так иду до самой остановки, потом запрыгиваю в подошедший автобус, толком даже не глядя, в какую именно часть города он идёт. Какая разница, ведь я могу в любой момент пересесть.

Да что это со мной?!

И только тогда, наконец, решаюсь с интересом выглянуть в окно, на остановку. Парня нигде не видно. Что он хотел, познакомиться? Но я не знакомлюсь на улице. Со мной вообще уже очень давно никто не пытался познакомиться.

Всего через несколько дней, в водовороте затянувшей учебы и среди десятков новых лиц, которые теперь постоянно окружают меня, я забываю о таинственном незнакомце.

Глава 5

Рано или поздно этот момент должен был наступить! Международный аэропорт имени Джона Кеннеди, воздушные ворота Америки. Все еще не знаю, во что или кому верить, внешне собранная, но расстроенная и разбитая изнутри из-за раздираемых меня тревог и противоречий, я ступаю на американскую землю.

Осторожно тяну за собой Катю, держа за руку. К счастью, она чувствует себя хорошо. Томпсон рядом, и кажется вполне довольным жизнью. Он на своей территории.

Но все происходит не так быстро. На паспортном контроле велика вероятность застрять надолго в очереди. Это очень, очень большой аэропорт!

Первый эффект, конечно, вау. Даже если вы здесь не в первый раз. Терминалы аэропорта расположены по кругу, и для удобства перемещения между ними курсирует AirTrain — мини-поезд с двумя вагончиками. Каждый терминал как небольшой торговый центр со своими магазинами, кафе, санузлами, газетными киосками… в моей памяти живо пестрят воспоминания.

В известном смысле слова нам везет — паспортный контроль остался позади пока я постепенно приходила в себя и соображала, что здесь вообще-то есть бесплатный wi-fi.

Бесплатный, правда, в течение только первых тридцати минут пребывания, но я, моментально пряча наши документы подальше, во внутренний карман пиджака, хмурюсь, мечусь в поисках места, где можно достать телефон и проверить почту.

Томпсон, подмечаю, и не смотрит на наши документы. Он очень уверен в себе, а моя тревога только нарастает в геометрической прогрессии. Без лишней суеты забираем багаж.

— Кэтрин нужно присесть ненадолго, — сообщаю я ему, и настойчиво тяну ее к парочке свободных сидячих мест в зале ожидания. Надо сказать, что с этим здесь обычно напряженка. Томпсон недовольно косится в сторону Кати, а она, в свою очередь, удивленно таращит глаза на меня.

— Что ты ему сказала? Присесть?! Но я не хочу сидеть. Я отлично себя чувствую…

Тащу ее дальше за собой, не слушая. Нервничаю. Мне очень нужно проверить почту.

— Все в порядке, — с видом заботливой сестры продолжаю диалог с Томпсоном, — она сама не понимает этого, но в ее положении присесть просто необходимо.

Он понимающе кивает. Коротко прошу Катю не спорить.

— Куда мы двинемся дальше? — я спрашиваю его просто, чтобы не молчать. И тут он отвечает:

— За нами пришла машина, нас уже ждут!

Я замираю, всего на мгновение.

Мне известно, что между Нью-Йорком и аэропортом ходят поезда автоматической монорельсовой дороги AirTrain (те же, что и между терминалами) до станции метро. Здесь есть метро! Совсем недалеко.

А также автобусы и такси. Зачем встречать нас на машине, неужели фонд помощи неимущим иностранцам встречает их всех в аэропорту личным транспортом?

В жилах моих вдруг стынет кровь от мысли — что ещё должен сделать или сказать этот человек, чтобы я поняла, что перед нами маньяк? Достать топор из-за пазухи и зарубить кого-нибудь на наших глазах, чтобы до меня, наконец, дошло?!

Медленно выдыхаю. Усаживаю Катю на пустующее кресло из пластмассы и металла, и уточняю у него как можно более безразлично:

— А почему мы не едем на метро? Кэтрин всегда мечтала прокатиться на метро в Америке.

Все горожане Нью-йорка, я знаю, в их подавляющем большинстве предпочитают добираться из аэропорта до города на метро.

В такси отсюда частые пробки, и дорога может затянуться на неопределенное время, автобусы вообще предпочитают единицы. Здесь ещё есть услуга для деловых и обеспеченных, вертолёт — доставка прямо в Манхэттен за сто пятьдесят долларов, если я не ошибаюсь и правильно помню, и это занимает до десяти минут пути. Данный вариант мы откидываем, конечно, он просто для справки. Метро — вот идеальный вариант для всех, дешево и быстро!

Томпсон мог бы ответить что угодно, но он говорит:

— Метро далеко, — и сразу, будто спохватываясь, — а вы уже бывали в этом аэропорту?

Он врет.

Я вру ему в ответ:

— Да, но я тогда была ребёнком и с родителями, смутно помню, что мы ехали на такси и попали в большую пробку. Мне не понравилось ехать на авто, поэтому я спросила.

Он облегченно вздыхает, или мне кажется? И снова эта улыбка манекена.

Мне уже даже не важно, что ответила Наташа. Я кладу телефон в карман, не взглянув на него. Решение в моей голове созревает стремительно.

С дьявольской точностью до минуты рассчитываю, когда именно курсирующий AirTrain отходит от нашего терминала к следующему. Грузный пожилой Томпсон никак не успеет заскочить в него с нами, если правильно рассчитать время.

— Мы не попадем в пробку, не волнуйтесь, Джейн, — обращается ко мне снисходительно.

Катя очень недовольна. Приседаю к ней поближе, роюсь в сумочке.

— Где твои таблетки? — спрашиваю озадаченно, она показывает. И совсем тихо прошу, всего два слова, — подыграй мне.

— Что такое, болит голова? — негромко спрашиваю через секунду-другую.